Дом Морганов. Американская банковская династия и расцвет современных финансов - Рон Черноу

1931 г. комитет банкиров и экономистов "May Committee" предсказал, что дефицит бюджета Великобритании увеличится до 120 млн. фунтов стерлингов, и конца красным чернилам не будет видно. Комитет рекомендовал повысить налоги и сократить на 10% пособия. Через несколько дней на мировых рынках произошел обвал стерлинга. Банк Англии сообщил Филипу Сноудену, канцлеру казначейства, что Великобритания почти исчерпала свои валютные ресурсы. Несмотря на необходимость жестких мер, лейбористское правительство Рамзи Макдональда не смогло справиться с проблемой. При наличии 2,5 млн. безработных профсоюзы не хотели отказываться от выплаты пособий по безработице.

За несколько дней до публикации майского отчета Монти Норман вышел из банка "со странным чувством". За год до этого, уставший и измотанный, он взял двухмесячный отпуск в Южной Америке. Теперь изможденному от переутомления Норману врачи предписали лечь в постель. Когда он снова стал ходить, ему было рекомендовано отправиться за границу, чтобы восстановиться после нервного срыва. Нормана временно заменил его заместитель, сэр Эрнест Харви. Когда надвигался кризис стерлингов, Джек Морган и Тедди Гренфелл решили тайно вывезти Нормана из Англии. Опасаясь, что он может сорваться, Дом Морганов сговорился с британскими властями о его временном изгнании. После согласования вывоза Нормана с Эдвардом Пикоком, директором Банка Англии, Гренфелл сообщил в Нью-Йорк: "М.Н. не добился никаких успехов, и ему намекнули, что он должен держаться подальше и оставить № 2 руководить шоу". Неясно, были ли врачи частью этой схемы, или они использовались для прикрытия операции.

Поражает как имперская спесь Моргана, так и нежная забота о Нормане. Банк желал достойно изгнать его. Джек телеграфировал с жестом королевского великодушия: если он желает, Норман может взять Corsair IV в любой точке Европы, Северной Африки или Дальнего Востока, с лечением у врача по своему выбору. "Здесь есть комнаты для шести человек, кроме него самого, - сообщил Джек Гренфеллу, - и для всех слуг, которых он может пожелать". Норман уже отплывал в Квебек, когда по радио пришло сообщение от Джека, и он отказался от "великолепного предложения". Чтобы развеять слухи о заговоре банкиров, он хотел вообще избежать Соединенных Штатов. Он восстанавливал силы в замке Фронтенак, где также общался с Джорджем Харрисоном. В изгнании Монти был избавлен от необходимости обрушивать топор на свой любимый золотой стандарт, и Гренфелл сказал впоследствии, что не выдержал бы такого напряжения.

Дом Морганов помог Великобритании вернуться к золотому стандарту в 1925 г., а теперь выступил гарантом последней попытки его спасти. Премьер-министр Рамзи Макдональд и Филип Сноуден понимали, что фунт стерлингов невозможно защитить без иностранного займа. Нью-Йорк и Париж владели большей частью мирового золота, и Джордж Харрисон предложил организовать совместный американо-французский заем. Информировать Макдональда о мнении Уолл-стрит относительно шансов Британии на получение кредита выпало на долю 23 Уолла. Посыльным был Тедди Гренфелл, обладавший тройным авторитетом - как директор Банка Англии, член парламента от консерваторов в Сити и старший партнер Morgan Grenfell. Недоброжелательно относясь к лейбористам и решительно выступая против их программы национализации промышленности, он был язвительного мнения о Макдональде, которого считал грубым и бесхарактерным. "Единственное, что в нем белое, - это его печень, а единственная часть, которая не красная, - это его кровь". В начале августа Гренфелл предупредил Макдональда, что полумеры не помогут и что британский кредит с Уолл-стрит будет принят с трудом, если он не предпримет смелых действий и не сократит бюджетный дефицит. Чувствуя назревающий кризис, Гренфелл разыскал лидера консерваторов Стэнли Болдуина, находившегося в то время во Франции, и предложил ему немедленно вернуться в Англию.

В зависимости от точки зрения, история Рамзи Макдональда в 1931 г. - это либо история дальновидного премьер-министра, благородно пожертвовавшего идеологией ради национального блага, либо история черносотенца, предавшего свою партию и платформу в угоду иностранным банкирам. (На сайте можно найти поразительные параллели между действиями Макдональда и отчуждением Гровера Кливленда от своих сторонников-демократов во время золотого кризиса 1895 года). Пламенный и убежденный социалист, Макдональд пришел к власти в 1929 г., пообещав бороться с безработицей, и ввел в действие пособия по безработице, которые стали священными для профсоюзов. Однако, несмотря на всю свою "буйность", он был истинным англичанином, верящим в стерлинг как средство мировых финансов. Поэтому в августе 1931 г. перед ним встала острейшая дилемма. Иностранные банкиры настаивали на том, чтобы он ликвидировал бюджетный дефицит как предварительное условие для получения кредита. Но любые разговоры о жесткой экономии вызывали возмущение лейбористских министров, которые считали предательством своих сторонников умиротворение богатых банкиров.

Выступая от имени Уолл-стрит, Гренфелл прямо говорил с Макдональдом. "Мы все устали от обещаний", - предупредил он в середине августа". Гренфелл настороженно наблюдал за Макдональдом, подозревая, что тот сделает выбор в пользу целесообразности. Как и в случае с Черчиллем в 1925 г., партнер Моргана оценил свою цель довольно язвительно: "П.М. наконец-то встревожен, но он настолько самодоволен и пушист, что будет трудно удержать его на плаву". Он сильно недооценил Макдональда. Когда профсоюзы проявили неуступчивость в вопросе о сокращении пособий по безработице, Макдональд, возмущенный их упрямством, перешел на сторону Гренфелла. Многие из его собственных министров упрямо стояли на своем и сопротивлялись сокращению пособий.

Дальнейшие шаги по преодолению кризиса были замысловаты. Банк Англии выяснял у ФРС Нью-Йорка, будет ли компромиссный план канцлера Сноудена по сокращению бюджетных расходов гарантировать получение кредита на Уолл-стрит. Макдональд опасался, что его кабинет оскорбит идея консультироваться с нью-йоркскими банкирами, и хотел проверить мнение тайно. Джордж Харрисон из ФРС Нью-Йорка рекомендовал Банку Англии обратиться в Morgans.

На протяжении всего кризиса Дж. П. Морган и Морган Гренфелл имели тайный канал связи с Банком Англии. Как пояснил Гренфелл, "если бы премьер-министр сообщил своему кабинету министров, что он уже раскрыл свой план иностранным банкирам и попросил у них кредит, его кабинет был бы сильно возмущен. . . . Вы должны понимать, что ни премьер-министр, ни его кабинет никогда не видели ни одной из телеграмм между J.P. Morgan & Co. и Морганом Гренфеллом, хотя многие из них были показаны губернатору Норману и заместителю губернатора". 22 августа 1931 г. Харрисон получил телеграмму из Банка Англии с изложением нового компромиссного бюджета, который Макдональд должен был обсудить со своим кабинетом в воскресенье, 23 августа. Премьер-министр хотел знать, могут ли они быть уверены в получении нью-йоркского кредита, если кабинет примет его. Харрисон показал телеграмму Джорджу Уитни и другим партнерам Morgan, собравшимся в доме партнера Фрэнка Д. Бартоу в Глен Коув.

Эта закулисная интрига подготовила почву для разборок между Мак-Дональдом и