Эпоха мёртвых. Начало - Андрей Круз

— Ага, так и есть, — кивнул Самбист. — Других точно не найдём, эти последние. А делать нам всё равно нечего, ребята звонили, говорят, что в городе бардак и лучше туда вообще не соваться. Отдыхаем пока.

— А в санатории чего? — вдруг обеспокоился Валера. — Кормить-поить-то нас будут? Не разбежался персонал? А то бросят нас тут, на хрен…

— С этим без проблем, — ответил Вовка. — Кто не нужен был, тот разбежался, а кто нужен… Тут же банщики приезжие, им всё равно деваться некуда, жить здесь останутся. Так что с этим без проблем, как я сказал, без всяких.

— Тогда чё, только в сутенёре проблема? — усмехнулся Валерка. — Единственная преграда на нашем пути к счастью?

— Ну да, — кивнул Самбист, как-то странно глянув на друга, а затем спросил со скрытой подначкой: — А ты чего на этот счёт думаешь?

— Проблемы созданы для того, чтобы их решали, — заявил Валера, направляясь в гардеробную.

Открыв шкафчик, он выволок оттуда металлически звякнувшую сумку, вжикнул «молнией», расстегнув её, и вытащил чёрный пистолет-пулемёт, называвшийся «Витязем», как ему подсказал один из пацанов Самбиста, с которым он беседовал сразу после приезда, до наступления провалов в памяти.

— Сходить с тобой? — как-то нехорошо осклабился Самбист.

— На хрена? — пожал плечами Валера. — Я сюда их приведу. Ты мне вот что скажи, банщики эти потом никуда звонить не будут?

— С ума сошёл? — даже удивился Самбист. — А кто приедет? По всей Москве стрельба идёт, говорят, не до нас теперь. А сами они соображают, кто их тут кормит и танцует и с кем дальше жизнь строить надо.

— Ну и славно, — кивнул Валера и поправил на бёдрах норовившую свалиться простыню. — Пройдусь.

Самбист только кивнул в ответ и полез в шкаф, откуда извлёк большой пистолет АПС,[22] вовсе не поражавший габаритами в его ручищах. Со стороны двери послышались голоса, звук удара, а затем в сауну забежали два испуганных парня в спортивных костюмах, держащие руки на затылке. Следом за ними шёл пьяный и довольный Валера, держа их на прицеле «Витязя».

— Вот, красавцы! — с какой-то гордостью указал он на пленных. — Это вот Дима, а с ним Петя. Дима сутенёр, а Петя при нём за водилу и охрану. Так?

— Слушь, мож, не надо бычить? — вместо ответа с тоской в голосе спросил тот, кого представили Димой — высокий, мускулистый, цыганистого вида смуглый парень, с заметным акцентом. — По-человечески разойдёмся?

«Молдаван», — подумал Валера, но вслух сказал:

— А кто бычит? Ты бычишь? Нет вроде. И я не бычу, потому что не бычу никогда, по определению. Как я могу бычить? Это же неприлично. Мы с тобой так, беседуем. Ты проходи дальше, к бассейну.

При этом Валера стволом «Витязя» показал направление, куда идти. Парни промолчали, опасливо косясь на ствол, и пошли дальше. А странно улыбающийся Самбист поманил рукой перепуганных проституток, сидящих за столом, приглашая идти следом. Те были уже ни живы ни мертвы от происходящего, осознавая, что если клиенты так шутят, то тогда им кранты от сутенёров. А если не шутят, тогда вообще неизвестно, чем всё закончится.

Парни в спортивном зашли в большую комнату, середину которой занимал немалых размеров бассейн, и Валера отогнал их к дальней стене, обитой ламинатной доской под дерево, подталкивая в спину рукой, но ни на секунду не опуская «Витязь», приклад которого был прижат к плечу. Вообще-то в таком деле удобней был бы пистолет, но трофейное автоматическое оружие ему просто нравилось.

— Слушай, Валер… Валера ведь, да? — снова заговорил цыганистый Дима. — Нет у нас никаких возражений, пусть бабы с вами будут, пока вы отдыхаете. Не надо беспредела, а? Давай по-человечески, а?

— Давай, давай, заходи, — негромко подгонял Самбист девок, загоняя их следом в помещение. — Нам тут кворум нужен.

— Чего? — испуганно спросила третья девка, с длинными распущенными волосами, крашенная в ненатуральную блондинку.

— Кворум говорю, дура! — рявкнул Самбист. — Это как минет, но чуток лучше.

— Ага! — сделала она вид, что поняла.

— Вот те и ага, — буркнул Вовка. — Садись давай.

— Ребят, может, не надо, а? — снова тоскливым голосом заговорил Дима, чувствуя неуклонно приближающееся нехорошее.

Нехорошее было видно уже со всех сторон. И в шальных и пьяных глазах Валерки, и в спокойствии Самбиста, и в испуге девок. Сутенёры уже отчаянно жалели, что взялись качать права, что не смылись сразу, а остались ждать наверху, заночевав в доме отдыха, но ещё пару дней назад это было здесь в порядке вещей, никто не беспредельничал, а сейчас эти правила неожиданно поменялись. Они действительно собирались вместе со своими подопечными прорываться на родину, надеясь, что вдали от ставшей такой проблемной Москвы сумеют пристроиться к тому же делу.

— Ты этих боишься? — спросил Валера, кивнув в сторону сутенёров и уставившись своими налитыми кровью похмельными глазами под опухшими веками на Любаню. — Сильно?

Против Валериных ожиданий, девка совершенно неожиданно не стушевалась, а с каким-то даже вызовом кивнула и сказала:

— Этих, Валерик. Их боюсь. А что? Работа у меня такая, что сутенёра бояться положено.

— Так а чего их бояться? — пожал он плечами. — Они и не страшные вовсе, смотри.

Грохот двух коротких очередей, оглушительных в тесноте подвала, слился с отчаянным визгом проституток. Брызнуло щепой из ламинатной облицовки стены, два тела дровами повалились друг на друга, напомнив Валере Артёма с напарником — те тоже так свалились. В воздухе повисло прозрачное облако пороховых газов, едко пахнущих, но быстро вытягиваемых в вентиляцию. И наступила звенящая, обалдевшая тишина. Слышно было, как переступила по плитке мокрыми ступнями одна из девок.

— Ну, и чего их бояться? — вдруг спросил Валера, обернувшись. — Говорил же, что не страшные. А вы, дуры, не верили.

Звук его голоса словно в церкви заутреню поломал — настолько странно он прозвучал сейчас, над трупами. Девки замерли, глядя на трупы сумасшедшими глазами. Очухалась первой всё та же Любаня, закрывшая рот руками и сказавшая сквозь пальцы:

— Ой… и куда же мне теперь?

— Глухая, что ли? — удивился Валера и неожиданно рыгнул, не удержавшись. — В двадцатый раз говорю: со мной останешься. Плохо тебе, что ли? Ты до своего Хохлостана теперь всё одно не доберёшься, сгинешь, а так, считай, замуж вышла.

— Да ну, так уж и замуж, — растягивая гласные, протянула она в полном обалдении. — Ты тоже скажешь…

— А чем не жених? — подбоченился Валера, выводя девок из комнаты с трупами. — Сейчас и свадьбы сыграем. Со всеми по очереди, чтобы не мелочиться.