Деревня на голгофе летопись коммунистической эпохи: от 1917 до 1967 г. - Тихон Козьмич Чугунов

class="stanza">

Председатель блины пёк,

Кладовщик подмазывал,

Счетовод про это знал,

Никому не сказывал.

Колхозные начальники часто устраивают выпивку коллективную, но не забывают и индивидуальную.

Зоотехник наш Ванюша

Самогонку только глушит,

Позабыл он про свиней,

Только пьёт, работать лень.

Бригадир единоборствует с «зелёным змием» не только дома, но и на всех лесо–луго-полевых угодиях:

Мой знакомый бригадир

Рано в поле выходил:

Чтоб не видели в бригаде,

Как в лесу он водку пил…

От колхозного начальства не желают отставать в «борьбе против зелёного дракона» и их ближайшие помощники, механизаторы.

В поле ехали с заправки

Трактористы здешние —

И застряли у прилавка

На два дня сердешные…

Когда механизаторы собираются «разуть» чужой трактор, автомашину, или когда колхозникам нужно стащить что–либо ценное из-под охраны, то они спаивают сторожа. И тогда предстаёт любопытная картина из гоголевской повести:

На дороге я споткнулся —

Думал, спит в грязи свинья;

Пьяный сторож огрызнулся:

«Осторожней, это — я»…

Такое повальное пьянство начальства и их слуг происходит не только в колхозных деревнях, но и в районьгх центрах, куда съезжаются сельские начальники по разным делам и безделицам.

Есть закусочная в Судже,

Сильно там ругаются.

Кто–то крепко «закусил» —

Под крыльцом валяется…

«Радение родному человечку»…

Колхозные начальники покровительствуют своим родным и близким. Начальники обильно их питают, хорошо одевают и освобождают от колхозной барщины. Частушки об этом подробно рассказывают. Прежде всего о детях колхозных начальников.

Бригадир у нас хорош…

Кто же сомневается?!

Только дочки у него

В поле не являются.

* * *

Наша Маша брови бреет,

Голова с завивочкой,

А работать лишь умеет

Ложечкой да вилочкой.

* * *

Хлеб он ест в обед и в ужин,

Хлеб на завтрак ему нужен;

Где и как родится хлеб —

В двадцать лет не знает Глеб.

Колхозные начальники покровительствуют — за счёт колхоза, конечно, — своим «зазнобам»: снабжают продуктами из колхозных складов, освобождают от барщины.

Полюбила бригадира,

На работу ходить лень:

Бригадира поцелует,

Он запишет трудодень.

* * *

Полюбила бригадира,

На работу не ходила:

Ночь гуляла, день спала

И ударницей была…

* * *

Маша третий год мечтает

Быть на ферме птичницей:

По три нормы уплетает

Колбасы с яичницей.

Расплата за «романтические повинности» трудоднями, освобождением от работы происходит и тогда, когда «она» является колхозной начальницей, а «он» — крепостным.

Моего бедняжку Ваню

Одолела, видно, лень —

Говорит: «За провожанье

Начисляй мне трудодень…»

«Грабиловка»…

Для того, чтобы колхозные начальники могли обеспечить свою семью, родных и близких хорошим питанием, одеждой, могли обзаводиться домами, — нужны большие средства. Эти средства они достают, разворовывая колхозное добро. «Грабиловку», «растащиловку» частушки рисуют как повседневное явление колхозной жизни.

Вот, например, как живописно изображена самоотверженная деятельность колхозного кладовщика:

Кладовщик Иван Кукушкин

Сил в работе не щадил:

За два дня в свою избушку

Воз зёрна перетащил…

Самым активным деятелем «грабиловки» является управляющий колхозным имением, председатель. Больше всего частушек посвящено ему:

Председателю колхоза

Кони задали вопрос:

«Ты скажи нам, председатель,

Где девался наш овёс?..»

* * *

Про откорм пустые речи

Председатель наш ведёт:

Чтоб жилось ему полегче —

Поросят он продаёт.

Председатель на базаре

Разбазарил поросят.

«Он в торгашеском ударе» —

Так в колхозе говорят.

А в свинарнике приплод

На беду пошёл в расход…

«В расход» пускают колхозные начальники и скот и птицу, оформляя свои преступления «липовыми» документами.

У нас курочки гуляли

И на горке и в лесу.

Девяносто штук пропало —

Все списали на лису…

В оформлении таких «липовых» оправдательных документов председателю колхоза и кладовщику чаще всего помогают бухгалтер и зоотехник. Частушки об их «деятельности» были уже приведены выше.

Нищета наглядная и «любовь заочная»

Так частушки свидетельствуют, что колхозное начальство занимается, главным образом, воровством, пьянством, растранжириванием колхозного добра. А колхозную деревню начальство повергает в трясину нищеты и бедствий.

О жилищах без окон и ремонтных порядках частушка иронизирует:

Здесь же радом ремконтора

Восстанавливает дом,

И хотя прошло три года,

Но стоит он без окон…

«Граждане» самого передового коммунистического государства, жители социалистической деревни, не имеют «лампочки Ильича». Часто они вынуждены обходиться даже без дедушкиной керосиновой лампы, пользуясь лунным освещением…

А как в нашенском колхозе

Света не имеется:

Председатель, видимо,

На луну надеется.

В деревенских лавочках хоть шаром покати: нет ничего, кроме водки да иногда гнилой кильки.

В дождь и слякость в магазины

Возят водку, возят вина,

Но зато здесь нет и нет

Мыла, соли и конфет.

Килька пряного посола,

Для обеда — в самый раз:

Покупая, не забудьте

Одевать противогаз…

Частушки говорят не только о материальных неурядицах колхозников, но также и о душевных их бедствиях: об одиночестве колхозных женщин, их горькой «заочной любви», об увядании без мужа. Нищета колхозной деревни, бегство мужчин в города, горькое одиночество колхозниц — это неизбежный результат жестокого ограбления деревни, бесчеловечной эксплуатации и растранжиривания грандиозных средств на подрывную работу советского правительства во всем мире и на безумно–дорогую пропаганду, в частности, на всякие «спутники» и «лунники».

Разлучила нас дорога,

Дальняя, восточная.

У нас с милым переписка

И любовь… заочная…

Колхозницам всякие «космические зрелища» ненавистны вдвойне: эти дорогие пропагандные игрушки являются одной из важных причин и колхозной нищеты и бегства мужчин в