Деревня на голгофе летопись коммунистической эпохи: от 1917 до 1967 г. - Тихон Козьмич Чугунов

это приказ, ругань, издёвка, угрозы. Застенчивая девушка, прилежная работница–доярка, почтительно и боязливо доказывает председателю, что без пастуха нельзя обойтись. Коровы бегают повсюду и топчут траву, а вечером доярки часами разыскивают их. Председатель отвечает этой девушке издевательством: «Что, жениха захотела?!» Девушка–колхозница должна была приходить к нему три раза с этой просьбой о пастухе…

На старуху председатель кричит: «Ты, пережиток капитализма!»… Своим служащим угрожает; «Под суд отдам…» Колхозникам, спокойно и убедительно ему возражавшим, председатель угрожал: «Из колхоза выгоню и участки отберу!..» Смирных колхозниц он доводил до слез: от него плакала и старушка и смиренная девушка Нюрка. Председатель «нагонял страх на всех»…

Своё пренебрежение к людям председатель довёл до того, что в качестве клички своему псу дал человеческое имя: «Тишка». Председатель натравливал свою собаку на птиц, овец, даже на детей…

Повесть рисует такую картину: «На улице она (собака) каталась колобком от дома к дому, бросалась на кур, на овец, на жеребят, на мальчиков с лаем, то злобным, то весёлым, и от неё все сторонились, убегали»… А председатель радовался, забавлялся…

Сельский начальник считал безропотность и беспрекословное послушание главными положительными качествами колхозника. Повесть А. Яшина рассказывает: «Нюрка нравилась и председателю колхоза, и бригадирам, и всем прочим колхозным начальникам: безотказная, нестроптивая, нетребовательная, куда ни пошлёшь — пойдёт, что ни поручишь — Сделает, нагрубишь ей — слова в ответ не скажет, роптать не станет». Изо всех колхозников председателю больше всего нравилась эта послушная, прилежная и безропотная колхозница.

А наиболее недоброжелательно и даже враждебно колхозный председатель относился к Шурке, юноше самостоятельно думающему, критикующему колхозные непорядки и распоряжения начальства. Колхозный председатель сильно не любил Шурку, хотя тот был очень хорошим работником…

Директор школы похвалил Шурку в присутствии председателя:

«— Понравился мне паренёк: умный, самостоятельный…

— Вот–вот, самостоятельный! — вскинулся Прокофий Кузьмич. — Знаете к чему такая самостоятельность приводит? Сегодня он меня не признает, завтра — вас, потом секретаре райкома нагрубит, а там, гляди…» «Такой вот Шурка подрастёт, да волю ему дай, да власть, весь народ разболтается, сами править начнут, колхоз распустят»…

Самостоятельно мыслящие и непокорные колхозники внушают начальнику кошмарный страх: «Колхоз распустят, сами править начнут.» Поэтому, когда Шурку хотели избрать бригадиром, колхозный председатель не допустил этого. Сказал, что ещё молод, рано и доверия не заслуживает — «шумит много». «Шумит» — это значит критикует…

В повести Яшина дан яркий, живой, детально обрисованный портрет колхозного председателя, нового помещика–крепостника.

«На том свете выспишься…»

Работа в колхозах очень тяжёлая. Повесть Яшина так описывает труд коровниц:

«Доить коров, конечно, не легко, особенно, если их много. Убирать двор лопатой и вилами тоже не сладость. А носить утром и вечером воду на коромысле, да греть её, да разливать пойло по корытам — от этого за один год можно сгорбиться. Но, пожалуй, тяжелее и надоедливее всего — каждый вечер бегать за коровами на выпас». Пастуха в колхозе нет. Прежние изгороди сгнили. «И скот пошёл гулять по посевам, по сенокосам, по болотам и лесам. Вечером жди не жди — не придёт в колхозный двор ни одна корова. Долгое время на выгон бегали сами доярки… Несутся все в разные стороны. Найдут коров, пригонят домой, но сами так вымотаются, что и подойник в руки брать неохота»…

Кормов мало, скотина зимой голодает. У чувствительных скотниц «сердце кровью обливается». Зимой колхозники вынуждены заготовлять для коров очень много веток: кормят коров… «хворостом»…

Для свиней тоже кормов мало. И свинарки вынуждены для них добывать дополнительный корм. Иногда даже таким способом, о котором рассказывает колхозник в повести:

— «Тогда Нюрка (свинарка) что придумала? Стала собирать конские свежие яблоки и кормить ими свиней… Навалит полное корыто, чуть посыплет отрубями да перемешает, и свиньи жрут на доброе здоровье. Падеж прекратился. В районной газете — читали, наверно? — целая страница была напечатана, как в нашем колхозе свиное поголовье сохранили. Нюрка делилась своим опытом.

— Изобретательная девушка! — восхищённо воскликнул директор школы, прослушав этот рассказ. — Правильно сделала, молодец!

— Конечно, правильно сделала, — заметил рассказчик Шурка. — И молодец — тоже правильно. Только про такую правду лучше бы в газетах не печатали. Свиньям и то стыдно было»…

Кроме тяжести труда и жалости к голодающему скоту, колхозницы нередко испытывают смертельный страх при уходе за злыми, рассвирепевшими, голодными животными, например, свиньями. Колхозницы работают словно в отделении тигров или ядовитых змей в зоологическом саду

В повести «Сирота» приведён рассказ колхозника об условиях ухода за голодающими свиньями: «Есть у нас такая Нюрка, маленькая девочка. Её поставили на свиноферму. А зимой свиньи от голода — совсем как дикие звери. Все деревянные кормушки изгрызли. Нюрка каждое утро уходит из дому и с матерью прощается, потому что боится: схватят её когда-нибудь свиньи и съедят… И падеж каждую зиму».

Колхозники делают все, что заставит их начальство. Руководители могут каждый день менять место и характер работы колхозника. В повести рассказано: бабушка показывает внукам фотографию их отца, колхозника, погибшего на войне, когда дети ещё были маленькими.

«— Кем он был, бабушка?.. Что в колхозе делал?

— В колхозе–то? Все делал… Что надо было, то и делал… Колхозник ведь!..»

И такую, истинно каторжную, работу в колхозе выполняют в основном женщины и девушки. В повести «Сирота» состав одного полеводческого звена охарактеризован так: из 15 членов звена — один молодой мужчина — звеньевой, два–три старика и дюжина девушек и женщин.

Работу колхозники выполняют ежедневно, «с утра до ночи», без выходных дней, летом и зимой.

А кроме колхозной, у крестьян ещё много работы в доме, в своём хозяйстве. Поэтому у них не хватает сил на работу, не хватает времени даже для сна…

Автор охарактеризовал вопрос о переутомлении и недосыпании колхозников несколькими штрихами:

«Шурка (сильный юноша) так уставал на колхозной работе, что с вечера забирался на сеновал спать… Спать хочется. Если не заснуть сейчас, то завтра опять придётся клевать весь день, того и гляди под колеса попадёшь, а то и под лемеха»…

Вечерний разговор девушек–колхозниц: «Груня, пойдём полуношничать». — «Спать охота!» «— Плюнь, на том свете выспишься…»

При колхозной каторжной работе люди не имеют возможности выспаться. У них пропала даже всякая надежда на это: выспаться они смогут только… «на том свете»…

Артель «Напрасный Труд»…

Колхоз, описанный в повести, носит поэтическое имя: «Красный Боровик». Шурка называет его иронически: «Ариель «Напрасный Труд»… Это название лучше всего характеризует социалистическое хозяйство.

Колхозный председатель сельского хозяйства