Подземелье - Ваня Мордорский

посмотрел вправо-влево, принюхался, и махнул им, чтобы шли за ним.* * *

Следующие недели прошли в поисках нормального источника воды, потому что их отряд, все это время перебивался водой, которую они брали из мелких вонючих лужиц и даже ее катастрофически не хватало. Попутно приходилось использовать те из растений, которые хорошо накапливали влагу. Толстые и неповоротливые гусеницы тоже служили источниками влаги. Все это время их не покидало чувство постоянной жажды, не дикой, но все же вполне ощутимой.

Старик шел впереди: неторопливо, все так же временами приостанавливаясь и принюхиваясь своим длинным носом к воздуху в тоннелях, будто тот мог ему о чем-то сообщить.

Еще больше недели они шли по узким и низким тоннелям, прежде чем выйти в более крупный, в полсотни шагов в ширину. Драмар в нем передвигался очень осторожно, даже его привычно стучащий посох не издавал ни звука, а глаза постоянно вглядывались как вперед, так и назад.

Вдруг, перед тремя ответвлениями ведущими вправо он застыл, как вкопанный, а глаза на долю мгновения сверкнули желтым огнем.

— Так-так-так… — пробормотал он и бесшумно снял с себя корзину, оставив в руке одно копье.

— Впереди неприятность, — сказал он еще через секунду, — Снимайте с себя корзины и держитесь подальше от меня и от нее.

Дети остановились за ним, не понимая что происходит и начали, как и сказал Драмар, снимать с себя корзины.

— Отойдите туда… — сказал старик, указывая на место в основном тоннеле, шагах в тридцати от него, — И будь наготове в случае чего бежать.

Дети отошли подальше и застыли. Они в подобных ситуациях слушались старика беспрекословно, не так как это было в самом начале, когда часть медленно реагировала, а Саркх так и вовсе возмущался.

— Зур’дах, кинь свое копье!

Гоблиненок перебросил старику оружие, и тот, теперь с двумя копьями в руках стал напротив одного из проходов.

Зур’дах прислушался, напрягшись всем телом. Без копья он вновь почувствовал себя беззащитным и уязвимым, поэтому вытащил кинжал. На пару мгновений ему почудился какой-то странный звук, но когда глаза всех без исключения детей расширились от страха он понял, что звук реален, и что ему вовсе не почудилось. Из тех тоннелей справа шло злое и громкое шипение…Как будто…

Шипит змея!

Драмар полуприсел и наклонился вперед, схватив оба копья посредине древка.

Все дети выставили копья перед собой. Просто для собственного спокойствия.

Сначала из тоннеля выглянула, покачиваясь, голова змеи — и сердце Зур’даха застыло от неожиданности и внезапного страха.

Змея была огромна! Куда там той, которая гналась за ним на Испытании.

Только голова ее была размером с Каю, если не больше.

И старик вздумал драться с этой тварью?

Голова продолжала раскачиваться и всем телом вползла плавно и незаметно, будто завораживая всех присутствующих своими движениям. Зур’дах и сам незаметно начала покачивать головой в такт ее виляниям, будто она гипнотизировала их всех.

Тело, длиной шагов в двадцать, выползло из пещеры, скрутившись в несколько колец.

Драмар же сохранял полную неподвижность тела.

Змея повернула голову в сторону детей, а потом развернулась обратно на старика. Раздвоенный язык с шипением вырывался из пасти. Глаза превратились в щелки.

Вдруг Драмар зашевелился. Он начал совершать медленные плавные движения, раскачиваясь совсем как змея перед ним. Та уже через мгновение начала водить головой вслед за ним, сама будто завороженная стариком.

Раз пять ее голова качнулась, а потом резко как из пращи, змея выстрелила в старика своей головой.

Бам!

В воздух взлетела каменная крошка. Змея в миг вернулась в исходное положение. На ее голове не было даже царапины после того, как она раскрошила каменный пол.

Старик стоял невредимый в шаге от того места, куда ударила змея и вновь покачивался.

Бам!

Еще один удар во время которого змея размазалась. Зур’даху даже не удавалось разглядеть сам удар, только как взрывался каменной крошкой пол.

И вновь мимо.

Старик двигался медленно и будто бы устало, но каждый раз успевал оказаться в шаге от того места, куда лупила своей башкой змея. Гоблиненок заметил, что глаза Драмара теперь горели не переставая золотым.

Змея после неудачных атак будто взбесилась и начала с сумасшедшей скоростью атаковать старика.

Удар! Удар! Удар!

Там где стоял старик уже вздымались кучи пыли, поднятой от раскрошенного камня. И каждый раз Драмар успевал.

Зур’дах первые мгновения с замиранием сердца следил за этой схваткой, но вскоре оно забилось как ненормальное. Ладошки вспотели, он хотел даже переключиться на другое зрение, но удержался. Кто знает, может, тогда змея заметит его?

Старик продолжал двигаться плавно и опасно, как хищник, выжидающий нужный момент.

После двух десятков ударов змею все-таки проняло.

Она тряхнула головой, словно прогоняя боль. Наверное даже она не могла так часто лупить головой о камень без каких-либо последствий для себя.

Словно это придало ей мозгов, она атаковала и головой и хвостом, пытаясь смести мелкое существо перед собой. Драмар и уклонился от головы и перепрыгнул мчащийся на него хвост. Следующий удар хвоста, который точно должен был снести его, старик принял на скрещенные перед собой копья. Те выдержали. Драмар даже не сдвинулся крепко упершись в пол.

Через мгновение он отскочил в сторону и атаковал. Змея самонадеянно рванулась навстречу. Копья старика полоснули по коже змеи, однако вместо раны нанесли лишь мелкие порезы.

Мгновение — и Драмар отскочил в сторону, избегая ответного удара змеи.

Тварь тут же рванулась за ним.

Зур’дах до сих пор не понимал, как же старик собирается справиться с этой огромной тварью.

Копья вновь полоснули по коже змеи, оставляя за собой кровоточащие порезы.

Только теперь тварь не просто зашипела, а раскрыла пасть и почти зарычала от бешенства. От этого шипения-рычания по телу гоблиненка пробежала холодная дрожь и он еле устоял. Ноги просто подогнулись от нахлынувшего страха.

Все девять пар