Первостепь - Геннадий Падаманс

Женщину понемногу сносит течением, и охотники тоже передвигаются по берегу. Плывущая уже достигла середины реки, но они всё ещё не могут её узнать. И всё же эта женщина плывёт явно к ним. А им остаётся только наблюдать, как иссякают её силы, как она кружится на одном месте, как её голова будто черпает воду.

Сосновый Корень бросает в реку кусочки мяса. Режущий Бивень тут же подхватывает задумку, в его сумке тоже есть мясо, он жертвует его Топильцу. Он просит этого духа оставить плывущую людям, обещает ещё принести в жертву хорошего жирного зайца. Слышит ли их Водяной?

Медленно темнеет, по-осеннему, почти незаметно. И так же медленно приближается голова женщины на середине реки.

Невдалеке пришла на водопой косуля. Она отделена кустами от трёх охотников и не подозревает худого. Но Львиный Хвост уже крадётся, а Сосновый Корень осторожно огибает кусты выше по берегу, чтобы отрезать будущей жертве путь к отступлению. Водяной дух насытится косулей и оставит женщину людям. Иначе подавится.

Режущий Бивень вступает в воду и тихо плывёт. Но вот вскрикнула косуля, наверное, копья достали её, однако Режущий Бивень даже не оглядывается. Он теперь сразу плывёт изо всех сил.

Плечевая повязка размокла, свалилась. Может быть, он поступил опрометчиво, больная рука как будто бы деревенеет в плече, но он не сомневается в своей удаче. Он просто не может представить, как способен утонуть. Вот женщина – он уже различает её тёмную голову – плывёт очень медленно, барахтается на месте. Её волосы спутаны, а лицо, несомненно, знакомо. Ещё несколько гребков, и он её узнаёт.

Зазевавшийся таймень ткнулся в бок. Режущий Бивень успевает подумать, какая хорошая, крупная рыба, и снова смотрит на женщину, приподнимается над водой. Она тоже видит его и стремится к нему. Это девочка Маковый Лепесток. Дочь Пёстрого Фазана.

Режущий Бивень опускает голову пониже, чтобы плыть быстрее. У середины реки на стрежне большое течение, вода становится заметно холоднее, его сносит в сторону, но дочь соплеменника сносит гораздо быстрее, и он спешит за ней. Силы её оставляют. Она начинает нырять, скрываясь под водой. Режущий Бивень плывёт как бобёр. Взбивает холодную воду ногами, рассекает руками перед собой. Вода податливо расступается, он не чувствует её холода, от такой скорости свистит в ушах. Маковый Лепесток совсем рядом, она снова нырнула, тёмная голова ушла полностью под воду, оставив за собой болтающийся круг из мелких волн. Режущий Бивень вторгается в круг и тут же ныряет. Он хватает девочку за волосы, потом перехватывает под мышкой и тянет вверх. Её глаза широко раскрыты, она понимает, что пришла помощь, помогает спасителю гребками ног, и они выныривают на поверхность.

Режущий Бивень успокаивает девочку. Говорит, что она не утонет, потому что он поплывёт рядом. Но она обязательно должна плыть сама, иначе замёрзнет и заболеет. Её синие губы не могут ответить, однако она поняла. И пускается плыть к своему берегу с новыми силами. Режущий Бивень её сопровождает.

На берегу уже полыхает костёр. Девочка сразу же падает в изнеможении на траву. Львиный Хвост проявил предусмотрительность. Та косуля, которую они с Сосновым Корнем убили для водяного духа, они принесли её в жертву не всю. Львиный Хвост забрал у той косули жира, не побоялся забрать, и этот жир сразу же пригодился. Львиный Хвост принялся растирать этим жиром посинелую девочку. Сосновый Корень тем временем сооружает носилки. Режущий Бивень своё дело сделал и теперь оказывается без работы. Он смотрит на трясущуюся девочку и улыбается. Жир косули скоро вернёт её щёкам прежний румянец. Режущий Бивень не сомневается. Он вдруг чувствует, что его сердце радуется. Радость разливается по всей груди и наполняет теплом, как от косульего жира. Режущий Бивень впервые за этот день улыбается. И когда Львиный Хвост останавливается с растираниями, Режущий Бивень нагибается к девочке и говорит: «Благодарим Макового Лепестка, что осталась с нами». Она улыбается тоже. Она не умрёт.

Все улыбаются. Режущий Бивень, Львиный Хвост. И Сосновый Корень вдруг улыбается. Сделал носилки, выпрямился, стоит, улыбается.

****

Её спас живот. Ничто не предвещало беды, они переправлялись через реку на плотах, шутили, смеялись – как будто всем было хорошо, но только не ей. Она не могла ни смеяться, ни улыбаться. Ей было не по себе. Ей всё казалось каким-то хмурым, ненастоящим, и даже смех остальных звучал как-то обманчиво и резал уши. Мать спросила, что с ней случилось, и она ответила, что болит живот. Может, и вправду он болел. Ей подумалось, что она съела что-то не то, и эта вчерашняя охота с мальчишками – зря она ввязалась. Как только они пристали к берегу, мать направила её в кусты: «Сиди, пока живот не прочистится. Своим хмурым лицом портишь всем настроение». Она послушалась, но, как оказалось, живот у неё совсем не болел, прочищать было нечего. Она просто сидела в кустах и не понимала: что с ней происходит? что вдруг случилось?

И тут действительно случилось. Раздались крики, а затем страшные вопли. Наверное, кто-то напал там на женщин, лев или медведь – она вскочила и не могла решить, что делать: бежать ли ей на подмогу ко всем или, наоборот, спасаться к плотам. Пока она колебалась, кусты затрещали, кто-то нёсся сюда, прямо к ней, она от страха присела, и как раз вовремя. Мимо пронёсся Крыло Аиста с таким страшным лицом, словно на младшего сына старейшины набросились мертвецы. За ним и вправду гнались. Лесной человек, страшилище в боевой раскраске, выглядел ужаснее любого мертвеца. Маковый Лепесток просто-напросто потеряла контроль над собой. Она не могла шевельнуться от ужаса. Стоило только страшилищу повернуть голову и чуток пригнуться – и тот бы заметил её. Но тот торопился. Гнался за сыном старейшины. Он пустил дротик в спину мальчишке. Он не метнул дротик, как делают степные охотники, а использовал непонятную длинную копьеметалку в виде изогнутой ошкуренной ветки, концы которой связаны бечёвкой. Похожую на смешную детскую игрушку, только очень большую. Дротик сильно вонзился в спину мальчишке, и тот сразу же упал, как срезанная серпом травинка. Лесной человек не стал долго возиться. Ножом вырезал свой дротик из спины мальчишки, заткнул рану пучком травы, чтобы стекающая кровь не оставляла следа, и оттащил неподвижное тело в кусты, где небрежно припрятал. Всё это происходило всего в нескольких шагах, Маковый Лепесток до сих пор не могла шевельнуться от ужаса, стоило врагу только повернуться и пристально глянуть в её сторону, как она, несомненно, была бы обнаружена. И разделила бы судьбу Крыла Аиста. Но, наверное, дух-хранитель витал над нею и защищал. Ни разу враг не глянул в эту сторону. В сторону реки глядел больше всего, видать, опасался; и в обе другие стороны тоже поглядел – но только не туда, где оцепенела от ужаса Маковый Лепесток. Так и ушёл назад, даже не глянув в её сторону, а она всё сидела и даже не дрожала, оцепенело смотрела туда, под кусты, где валялся ещё вчера бывший вождём мальчишек и где, наверное, ей тоже надлежало валяться, уже и не ей, а кому-то… Она глядела туда, а там… там что-то зашевелилось, послышался стон – и Маковый Лепесток, сама не понимая, что делает, очумело пошла на стон.