Заклятье волка - Евгений Анатольевич Леухин

моя, просто доверься мне. Карты показали мне удачу, значит, мы спланировали всё правильно!

Остановившись у очередного колодца, Хельга посмотрела наверх. Через заросшую паутиной шахту пробивались лучи света.

–Ну что, это здесь? – спросила Виллара.

Сверху послышался звук проезжающей телеги.

–Хм… Похоже что да!

Через несколько минут Хельга с Вилларой и ещё десятком воинами уже были на мостовой. По улице изредка проходили прохожие, с опаской озираясь на подымающихся из колодца вооружённых людей. Поодаль, через несколько кварталов, виднелось величественное здание храма Вознесения Эллари. Внезапно с противоположенной стороны улицы за квартал от отряда Виллары, на перекрёсток выехало несколько миеринских всадников. Увидев, превосходящих их по численности, воинов они, переглянувшись и что-то сказав друг другу, моментально скрылись за углом здания.

–Твои карты не ошиблись по поводу удачи? – спросила Виллара, вздохнув.

–Ещё ни разу за мою долгую жизнь! – нахмурила брови Хельга.

–Внезапной атаки теперь, к сожалению, не получится!

Двери и окна близлежащих домов стали открываться и из них стали выглядывать любопытные лица горожан. Признав в вооружённых людях Хранителей Божественного огня, более смелые стали подходить к ним и расспрашивать о происходящем. Из соседского дома вышел коренастый мужчина, лет сорока с топором в руках. Сигерд выхватил меч и, предостерегающе, направил его на незнакомца.

–Госпожа, позвольте мне примкнуть к Вашему отряду! Терпеть этих гадов больше нет сил! – воскликнул мужчина с топором и опустился перед верховной жрицей на одно колено.

–Если хочешь сделать что-то полезное для Нифльхейма, собирай людей и стройте баррикады. Перекрывайте улицы, идущие к центру города, этой ночью мы выбьем захватчиков из столицы! – ответила Виллара.

Через несколько минут ожидания, где-то вдалеке города, послышались тревожные звуки горна. Больше медлить было нельзя. Обнажив оружие, немногочисленный отряд во главе с Сигердом двинулся в сторону храма, не дожидаясь пока все воины поднимутся на поверхность. На площади, ощетинившись копьями и мечами, их уже ожидали темнокожие стражники Ферсинии, охранявшие подходы к храму.

В том месте, где в округе Сторби заканчивались поля и начинались холмы поросшие лесом, единственным путём на север была королевская дорога. Равнина, сужалась высокими обрывистыми холмами, а в том месте, где Быстрица текла вдоль дороги, путь проходил в глубокой ложбине. Здесь холмы обрывались крутыми кручами, оголявшие белые скалы песчаника и серые валуны. Именно по этой дороге и отступали конники Асмунда.

Ульвен придерживал разгорячённого Баркона, пытавшегося вырваться вперёд, опередив других всадников. Оказавшись в ложбине, он оглянулся. Позади на него неслась огромная лава миеринских и ферсинийских конников. Расстояние между ними и всадниками Нифльхейма неумолимо сокращалось. Осадив лошадь, Ульвен развернул Баркона, поставив его на дыбы. Конь воина воинственно заржал, выпустив в воздух облако пара. Выхватив из ножен Зарницу, Ульвен поднял её над головой, дав условный сигнал.

Прозвучал рог. Внезапно, по обе стороны ложбины, на круче и из-за деревьев показались нифльхеймские арбалетчики. На головы врагов посыпались сотни стрел, выкашивая их густые ряды. Тут же, из-за укрытий показались и копейщики. В дело пошли алебарды и бердыши. Пехотинцы стаскивали всадников на землю, орудуя длинными орудиями. Ульвен неспешно достал из-за спины копьё и, отпустив вожжи, дал своему ретивому коню волю. Баркон, бивший копытом землю, только этого и ждал. Чёрной молнией он ринулся на врагов, неся на спине своего смертоносного всадника. За ним бросились в бой и остальные конники.

Копьё насквозь пробило тело миеринца, отбросив его наземь. Тут же над головой Ульвена сверкнула Зарница, и опустившись на шлем ферсинийца, расколола его надвое. Отбив удар щитом воин вонзил свой клинок в грудь нападавшего, с лёгкостью прибив его кольчугу. Выдернув меч, в лицо Ульвена брызнула струя горячей крови. Со всех сторон кипел бой. Раздавались крики яростных атак, неистовое ржание лошадей и предсмертные стоны. Заснеженную дорогу заливали лужи крови, а испуганные лошади, лишившиеся всадников, прыгали в реку, проламывая под собой слабый лёд. Силы Нифльхейма переломили атаку объединенной армии захватчиков, и лишь только горстка ферсинийских тяжеловооруженных всадников продолжала оказывать сопротивление.

Огромные лошади – тяжеловозы, одетые в такие же неприступные доспехи, как и их всадники, несли на себе чернокожих воинов неустанно рубящих своих врагов. Генерал Рунако, возглавлявший непоколебимый отряд, махал длинным двуручным мечом, как тростинкой. На копейщика попытавшегося скинуть исполина с лошади с помощью алебарды посыпались удары, один из которых угодил несчастному в каску. Оглушенный, он упал на землю и тут же попал под тяжёлые копыта лошади. Второй был насквозь проколот длинным клинком.

Поставив лошадь на дыбы, Ульвен поднял Зарницу над головой, дав знак исполину приготовиться к атаке. Рунако понял кто перед ним и, подняв забрало, презрительно сплюнул на землю. Баркон метнулся вперёд, быстро набирая скорость. Вскользь отбив размашистый удар меча, Ульвен атаковал, нанеся жёсткий рубящий удар в грудь противника. Латы генерала даже не прогнулись. Усмехнувшись, он занёс меч для новой атаки. В воздухе блеснула Зарница, полоснув противника в запястье. Толстая металлическая накладка выдержала, но на секунду рука верзилы онемела и пальцы разжались. Выронив меч, генерал наглухо закрылся щитом, выпустив противника из вида.

Пытаться пробить щит и толстые доспехи Рунако, шансов было мало, поэтому Ульвен решил испытать судьбу, и заскочив на седло, прыгнул на своего противника. В прыжке, он увидел слабо защищённый участок на теле исполина. Там, где заканчивался толстый стальной воротник и начинался шлем, тело защищала кольчуга, дававшая возможность генералу двигать головой. Такая маленькая щель в непробиваемых доспехах ферсинийца. Схватившись за рукоять меча двумя руками, Ульвен глубоко всадил его в тело Рунако. Испустив последний вздох, генерал замертво повалился на снег.

Окружённые со всех сторон всадники, увидев смерть своего предводителя, побросали оружие и сдались на милость победителям. Из-за стволов деревьев пробивались редеющие лучи заходящего солнца. Где-то вдалеке завыл волк. Фигура генерала Асмунда показалась на вершине холма. Оглядев поле боя, он произнёс:

–Барди, если мы не упустим из своих рук удачу, то сможем не только отвлечь основные силы Лонгвея от столицы, а ещё и разбить его здесь!

–Господин генерал, у Лонгвея всё ещё имеется большое численное преимущество! – ответил полковник.

–Численное преимущество ему в данный момент ни чем не помогло!

Потеряв часть своей кавалерии, войска Миерина отступили. Узнав о бесславном бегстве своих солдат, Лонгвей рвал и метал. Он приказал всеми силами идти в наступление. Обойти противника по флангам, а затем окружить и уничтожить его. Отойдя на небольшую дистанцию от холмов, кавалерия дождалась отставшую пехоту и, перегруппировавшись, снова пошла в атаку. Ощетинившись копьями, воины широкой цепью пошли в лес. За ними шли тяжеловооруженные мечники и лучники. Солнце зашло,