Речные заводи. Том 2 - Ши Найань

Волшебство, которому ты когда-то выучился, то же, что знает Гао Лянь. Но сейчас я научу тебя основным законам Пяти громов и Провидения. Действуя согласно этим законам, ты можешь выручить Сун Цзяна, спасти страну, обеспечить мир для народа и осуществить предначертанные небом добродетель и справедливость. Ты можешь не беспокоиться, я пошлю людей, которые неустанно будут заботиться о твоей старой матери. Ты когда-то был одной из тридцати шести небесных звезд, и поэтому я разрешаю тебе на некоторое время отлучиться и помочь Сун Цзяну. Береги свою душу, вступившую на путь добродетели и справедливости. Не поддавайся человеческим соблазнам, чтобы они не отвлекли тебя от того великого дела, которое ты призван совершить!

Опустившись на колени, Гун-Сунь Шэн принял от своего учителя тайну заклинаний, после чего он, Дай Цзун и Ли Куй совершили поклоны перед праведником Ло и простились с ним. Распрощавшись также и с остальными монахами, они спустились с горы и вернулись в дом Гун-Сунь Шэна.

Здесь Гун-Сунь Шэн вытащил два своих волшебных меча, надел железный шлем и кафтан даоса-монаха и, захватив другие необходимые вещи, попрощался со своей матерью. После этого они втроем покинули гору и тронулись в путь. Когда они прошли сорок ли, Дай Цзун сказал:

– Я пойду вперед, чтобы сообщить нашему старшему брату о вашем приходе, а вы, учитель, идите вместе с Ли Куем по тракту. Мы встретим вас.

– Вот и прекрасно! – согласился Гун-Сунь Шэн. – Вы, уважаемый брат, идите вперед и сообщите о нас. Мы тоже поторопимся.

– Смотри, заботься об учителе в пути, – наказал Дай Цзун Ли Кую. – Если с ним что-нибудь случится, то плохо тебе придется.

– Ведь он, как и праведный Ло, знает тайны магии, – сказал на это Ли Куй. – Как же могу я относиться к нему с недостаточным вниманием?

Тогда Дай Цзун привязал к своим ногам бумаги с заклинаниями и отправился вперед.

А Гун-Сунь Шэн и Ли Куй тем временем спустились с горы Двух святых и, покинув уезд Цзюгун, пошли по тракту. Когда наступил вечер, они отыскали постоялый двор и остановились на ночлег. Ли Куй, страшась волшебства праведника Ло, изо всех сил старался услужить Гун-Сунь Шэну и уж, конечно, не осмеливался проявлять свой характер.

Так они шли три дня и наконец пришли в какое-то торговое местечко, которое называлось Уганчжэнь. На улицах царило большое оживление. Гун-Сунь Шэн сказал:

– За эти дни мы очень устали в пути, не мешало бы нам купить по чашке простого вина и поесть какой-нибудь овощной пищи.

– Да, это было бы хорошо, – согласился Ли Куй.

В этот момент они увидели у дороги небольшой трактирчик, вошли туда и сели. Гун-Сунь Шэн занял главное место, а Ли Куй развязал свой пояс и сел ниже его. Подозвав слугу, они попросили его подать вина и принести на закуску овощной пищи. – Есть у вас здесь какая-нибудь постная еда? – спросил Гун-Сунь Шэн.

– Мы торгуем только вином и мясом, – отвечал слуга. – Никакой постной пищи у нас нет. Но на рынке в конце улицы продают финиковые лепешки.

– Пойду-ка я куплю немного и принесу сюда! – сказал Ли Куй и, вынув из узла немного мелочи, отправился прямо на рынок.

Купив стопку лепешек с финиками, он хотел уже идти обратно, как вдруг из боковой улицы до него донеслись восторженные крики:

– Вот это сила!

Ли Куй поглядел туда и увидел толпу людей, обступивших здоровенного парня. Парень этот проделывал упражнения с огромным железным молотком с когтями на конце. Жители местечка громко выражали свое восхищение. Ростом этот парень был больше семи чи, лицо его было изрыто оспой, с большой ссадиной на носу. Взглянув на молот, Ли Куй прикинул, что в нем больше тридцати цзиней весу.

А парень, закончив свои упражнения, с размаху ударил молотом по лежавшему на мостовой камню и раздробил камень на мелкие кусочки. Толпа снова пришла в восторг.

Этого Ли Куй не мог стерпеть. Он сунул свои лепешки за пазуху, выступил вперед и схватил молот. Увидев это, хозяин молота закричал:

– Ты что за черт такой? И как смеешь брать мой молот?!

– Да что же ты особенного сделал, что народ так восторгается тобой? – насмешливо сказал Ли Куй. – А мне так было противно глядеть на тебя. Вот смотри, что я покажу добрым людям!

– Ладно, возьми мой молот, – сказал парень. – Но если ты не сможешь даже поднять его, то как следует получишь по шее!

Ли Куй поднял молот с таким видом, словно это был небольшой шар, и, повертев им немного, легко опустил на землю. При этом лицо его не покраснело от натуги, сердце билось ровно, и дышал он спокойно. Увидев это, парень сразу же отвесил Ли Кую земной поклон и сказал:

– Разрешите, уважаемый брат, узнать ваше имя!

– А ты где живешь? – спросил в свою очередь Ли Куй.

– Да вот мой дом, перед нами! – ответил тот.

Он повел Ли Куя к своему жилищу. На воротах дома висел большой замок. Парень достал из кармана ключ и, открыв ворота, ввел Ли Куя в дом и пригласил его сесть. Оглядев помещение, Ли Куй увидел всевозможные инструменты: железную наковальню, молоты, кузнечный горн, клещи, долото – и тут же подумал про себя: «Этот парень, несомненно, кузнец и был бы очень полезен нам. Почему бы мне не пригласить его в лагерь?» И он обратился к парню:

– Дорогой друг, скажи мне, как тебя зовут?

– Фамилия моя Тан, имя Лун, – ответил тот. – Отец мой служил командиром в городе Яньаньфу. А так как он был хорошим кузнецом, то старый командующий Чун взял его к себе на службу. Недавно отец мой умер, а я пристрастился к азартным играм и отправился странствовать. Пока что я обосновался здесь и зарабатываю себе на жизнь кузнечным ремеслом. Но больше всего я люблю упражняться с пиками и палицами. Все мое тело изрыто оспой, и за это люди прозвали меня «Пятнистым барсом». А теперь разрешите мне узнать ваше почтенное имя, дорогой брат, – закончил он.

– Я удалец из стана Ляншаньбо, и зовут меня Ли Куй «Черный вихрь», – ответил тот.

Услышав это, Тан Лун снова поклонился Ли Кую и сказал:

– Я давно уже слышал о вашем славном имени, но кто бы мог подумать, что сегодня я неожиданно встречусь с вами?

– Разве сможешь ты разбогатеть здесь когда-нибудь? – сказал тут Ли Куй. – Уж лучше бы тебе отправиться вместе со мной в Ляншаньбо и вступить в нашу компанию. Ты стал бы там одним из главарей.

– Если