Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

- Отбой тревоги, можно возвращаться на постамент, мы сами разберёмся. – пришлось отдать команду Безликому, которую тот сразу же выполнил.

А потом встал перед пареньком, загородив собой стражей:

- Привет, меня зовут Кан, это Карл, здесь никто не желает тебе зла, как тебя зовут?

На него наконец уставились заплаканные глаза:

- Отпустите меня, я больше не буду.

- Что не будешь? Воровать? А как же ты будешь жить, за что?

- Нападать на вас. - взгляд ушёл в сторону, а потом вернулся. – И у вас не буду воровать…

- Это очень мудро с твоей стороны, но разве тебе не хочется нормально жить, хорошо кушать, спать в кровати и честно зарабатывать… сколько Карл?

- Десять золотых в месяц. – ответил тот.

- Десять золотых? – глаза парнишки сначала опять увеличились, а потом подозрительно сощурились. – И что нужно делать?

- Стоять вот за этим прилавком, продавать эликсиры…

- И за это платят десять золотых? – сквозило сильнейшее недоверие в голосе оборванца.

- Здесь некоторые зелья стоят по сто золотых за флакон, а отдельные покупатели сразу тратят тысячи золотых, поэтому не такая уже и большая сумма, нужен ответственный и добросовестный работник…

- И вас до сих пор не ограбили???

Кан немного сдвинулся в сторону – парнишка опять застыл.

- Дураков нет, а которые были, быстро закончились.

- Можно и я пойду? Вы меня на улицу выведите и больше никогда не увидите…

Ответить Кан не успел, открылась дверь и прозвучала трель, извещающая о появлении посетителя, хотя каждый видел входящего Арбитра, Профсоюз быстро отреагировал, не зря Карл золотой передал за запрос.

- Леонард Кресс, рыцарь Профсоюза, Карл Кауфман, что у вас за запрос?

- Да вот стоит. – ответил Карл. – Поймал на попытке воровства, хочется узнать кто это, говорит жетона нет. Если отраб, то хочу выкупить его долг.

Парнишка затравленно оглянулся, отступать было некуда.

- Жетон у неё есть. Ки Хироши, первый ряд серебряной лиги, жетон проплачен ещё на два года, двадцатый уровень, но измерения проводились в десять лет, то есть шесть лет назад. Долгов за ней нет. Желаете записать её в должники за попытку ограбления?

- Нет, не нужно, а почему она бродяжничает?

- Это нужно у неё спрашивать, родители погибли два года назад, должна до восемнадцати лет жить с опекуном.

Виновница разбирательств стояла с опущенной головой и молчала.

- Ммм, у меня больше нет вопросов, спасибо, запрос закрыт.

Арбитр ушёл, в приёмном покое царила тишина, которую разрушил Кан:

- Мои родители тоже погибли, когда мне было четырнадцать. – история Ки нашла отклик в сердце Кана. – И опекуны сразу же, можно сказать, продали меня в отрабы, оставив без наследства. Как ты оказалась на улице?

- Отпустите меня, а? – как-то тоскливо протянула девушка, которую очень трудно было рассмотреть из-за накрученных лохмотьев, чумазого лица и коротко и неровно обрезанных волос.

- Вообще не вариант! – сделался строгим голос Кана. – Ты никуда не пойдёшь! Карл, если нужно я оплачу комнату, пусть остаётся здесь жить.

- Да я не против, и не отказываюсь от идеи с продавцом, но убежит же…

- Убежишь? – обратился Кан к Ки.

- Нет. – не смотрела та на парня.

- У нас в Эсико ценят и уважают правду и не терпят ложь. А я тебя не оставлю, в любом случае. – Кан моментально повесил на девушку следящий массив. – И найду тебя везде, не поленюсь, и ты не снимешь его – он восемьдесят пятого уровня. А ещё тебе проверку нужно пройти, в нас ты кидалась массивами совсем не двадцатого уровня, по ощущениям уровня так пятидесятого.

Девушка стояла с поникшими плечами. Потом Кауфман отвел её наверх, показал туалет, ванну. Выдал чистый халат, сказал, что завтра закажут одежду и оставил Ки одну. На утро та не вышла из комнаты, хотя Кан чувствовал, что она там. На стук не реагировала, тогда он зашёл и застал девушку на полу, забившуюся в угол, по-прежнему чумазую и заплаканную. Он растерялся и вышел, рассказал об этом Карлу.

- Думаю, я знаю чего она боится.

- Чего? – недоумевал Кан

- Насилия…

- Какого насилия? – не понимал парень.

- Которое могут учинить два мужика над молодой девушкой…

До Кана наконец дошло, он аж начал задыхаться от возмущения:

- Да никогда… Что за ерунда…

- Такие сильные страхи не бывают беспочвенны… - договорить Карл не успел. С грацией носорога Кан полетел обратно в комнату к девушке:

- Кто это делал с тобой?!? Имена, Ки, имена!!! Я оторву им головы…

Девушка сжалась ещё больше и спрятала лицо в ладонях. Хорошо хоть пришёл Карл и вытащил из комнаты разбушевавшегося молодого человека.

- И что делать будем? – наконец немного успокоился Кан.

- Конечно, лучше бы с ней поговорила госпожа Селена, но её нет, попробую я.

Через минуту он уже был в комнате девушки и сидел тоже на полу недалеко от неё:

- Ты нам не веришь, это понятно, ну а в Безликих ты веришь?

Наконец-то была получена какая-то реакция: девушка подняла голову и настороженно посмотрела на Кауфмана.

- Они видят и слышат всё, что происходит вокруг, стены им не помеха. Если ты вдруг решишь украсть что-то у нас с Каном, то тебе, скорее всего, сломают руку, если попытаешься убить нас – мучительно умрёшь. – девушка сжалась в страхе ещё больше. – А как думаешь, что будет, если я попытаюсь убить Кана?

- Он, вроде, восемьдесят пятого уровня… вряд ли у вас такой же…

- Молодец, хорошо детали подмечаешь и выводы делаешь. – улыбнулся Кауфман. – Но даже будь он слабее, скорее всего, меня бы не убили на месте, но эта информация сразу бы попала руководству Эсико. Главная управляющая у нас молодая девушка, Селена Дрейк, восемьдесят пятого уровня, а то и больше, и она не терпит ложь, а ещё подлость, предательство, не говоря уже об издевательствах и насилии. Так что меня бы казнили позже, после разбирательств, те же Безликие или ещё один совладелец Эсико, господин Ингвар. Были прецеденты, люди разные бывают, я видел похожие ситуации, никто церемониться не будет – приговор смерть. Тебе здесь нечего бояться, а согласишься работать в Эсико, Безликие и тебя защищать будут, и ты сможешь им приказы отдавать.