Демон Жадности. Тетралогия - Юрий Розин

проскрипел он. — Но знай. Один неверный жест. Одна попытка использовать силу, и в эту комнату ворвутся не двое Сказаний. Четверо Хроник. Они разнесут тебя, твое кресло и половину кабинета в щепки, прежде чем ты успеешь моргнуть. И я буду аплодировать.

Я молча усмехнулся. Угроза была предсказуема. Практична. И скорее всего я бы не выстоял один против четверых. Но демонстрация с наручниками сделала свое дело — он испугался и заинтересовался. Настолько, что готов был слушать. Этого пока хватало.

— Предупреждение принято к сведению, — сказал я легко, постукивая свободными пальцами левой руки по дубовому подлокотнику. Золотой свет скользил по полированной древесине. — Итак, мое предложение. Я знаю, что «Бал Невинности» — мероприятие не разовое. Следующий должен произойти через несколько месяцев. Где, если не секрет?

— Зейс, — буркнул он.

Я довольно ухмыльнулся. Идеально.

— На следующем Балу я предлагаю вам, во-первых, абсолютную безопасность. Я ее обеспечу. Никаких ограблений, никаких похищенных лотов, никаких мертвых охотников. Моя личная гарантия. — Я подчеркнуто посмотрел ему в глаза. — Вы видели, на что я способен, когда действую против вас. Представьте, на что я буду способен, действуя на вашей стороне. Ни один нежелательный гость, ни один конкурент, ни один… недовольный клиент не испортит ваш праздник. Ваши гости смогут тратить свои миллионы в спокойствии и роскоши.

Он не шелохнулся, но в его взгляде мелькнуло мимолетное, почти неуловимое раздумье. Безопасность после такого провала — это было то, что нужно. Отчаянно нужно.

— Во-вторых, — продолжил я, — я предоставлю вам для продажи на аукционе товар. Раба. Значительно более ценного, чем Силар Демиан. Настолько ценного, что он станет жемчужиной вашего мероприятия.

— Кто? — вырвалось у него хрипло. Скепсис боролся с жадным любопытством.

— Это пока мой секрет, — я улыбнулся, видя, как его губы сжались от досады. — Но поверьте, я знаю цену словам и рискам. Чтобы доказать серьезность своих намерений, я готов дать клятву. Артефактную. Нерушимую. Назовите условия — я их приму. После выполнения вами вашей части сделки.

— Моей части? — он нахмурился, пальцы впились в подлокотники глубже.

— Естественно. Такая гарантия и такой товар… требуют аванса. Значительного. — Я выдержал паузу, давая ему понять масштаб. — Ни один аукцион не обходится без невостребованных лотов. Что-то оказалось слишком скучным. Что-то не нашло своего ценителя. Что-то было настолько непонятным, что даже вы сами не сумели понять, какую цену поставить. — Я видел, как он напрягся. Он понимал, куда я клоню. — Мне нужны они. Все нераспроданные лоты. Все, что осталось в ваших хранилищах. Весь этот… неликвид. В качестве аванса. Залога моего добросовестного сотрудничества.

— Ты хочешь, чтобы я просто отдал тебе все, что мы не смогли продать? Без гарантий? На слово какого-то неизвестного оборванца? Да эти непроданные лоты даже по стартовым ценам в общем счете потянут миллионов на пятнадцать. Ты оцениваешь свои услуги слишком высоко. Лучшая охрана во всем Небе не стоит и четверти этой суммы за один вечер. Пусть даже для «Бала Невинности». К тому же эти товары не испорченные и не сломанные. Они просто не нашли своих покупателей. Почему я должен отдать их тебе, а не оставить для следующего аукциона?

Я усмехнулся.

— Подумайте. Эти лоты… почему их не купили? Слишком дороги? Слишком специфичны? Слишком бесполезны? Не важно. Важно то, что, если вы попытаетесь выставить эти же лоты снова — где угодно, хоть здесь, хоть на другой Руине — что подумают покупатели? Что «Бал Невинности» отчаянно пытается сбыть залежалое барахло? Что его репутация безнадежно подмочена? Что его товар… несчастливый? — Я щелкнул языком. — Сомнительная честь платить за такое миллионы. А вот вложить это… барахло… в меня? В гарантию безопасности следующего Бала? И в эксклюзивного раба, который заставит забыть о Силаре? Позволю себе предложить еще кое-что сверху. Не только уникального раба, превосходящего Силара, но и еще рабов на общую сумму, равную заплаченному мне сейчас авансу. Это уже не отчаяние. Это — стратегический ход. Гениальный, если позволите. Вы не теряете миллионы. Вы конвертируете испорченный актив в нечто гораздо более ценное: безупречную репутацию и золотое будущее.

— Кто⁈ — вырвалось у него снова, почти криком. Его лицо побагровело от напряжения. — Кто этот раб⁈ Назови имя! Или это все блеф?

Я покачал головой, сохраняя загадочную полуулыбку.

— Сюрприз, дорогой управляющий. Оставьте мне немного таинственности, раз уж я сам пришел к вам, раскрыв свое лицо и имя. Но клянусь вам на чем угодно — он будет стоить куда дороже Силара.

Он тяжело дышал, его грудь поднималась и опускалась. Жажда, страх, ненависть — все смешалось в его взгляде. Он видел логику. Видел возможность. Но гордость, злость и недоверие душили его.

— Заманчиво… — проскрипел он наконец, но голос его был полон яда. — Очень заманчиво. Но есть один, гораздо более надежный способ восстановить репутацию «Бала Невинности». Доставить твою голову на блюде тем, кого ты оскорбил. И твоих сообщников в придачу. Живыми или мертвыми — не столь важно. Репутация, построенная на крови врагов… она куда прочнее, чем построенная на сомнительных обещаниях. — Он сделал шаг назад, к краю стола, где, я заметил, была почти невидимая кнопка в дереве. Его палец завис над ней. — Почему я не должен вызывать охрану? Скажи мне, Мак?

###

Оглушительный рев двигателя «Летучего Лиса» разрывал тишину небесного пространства Руин Трех Лун. Маленький катер, похожий на испуганного жука, лихорадочно петлял между отрогами, выступающими далеко в Небо.

За нами, как тени гончих псов, неотступно следовали три корабля преследователей — два юрких катера и один более тяжелый с несколькими десятками противников на борту.

Их корпуса, окрашенные в грязно-серый цвет хамелеонной краски, сливались с мрачными скалами, но огоньки артифактных пушек выдали их позиции.

— Левый! — проорал я, вцепившись в штурвал.

Ярана, стоявшая у кормовой турели, тут же развернула наспех присобаченный к борту артефактный пулемет. Гулкий вой маны слился с визгом раскаленного воздуха, и сноп огненных трассеров прошил пространство перед ведущим катером преследователей.

Тот резко рванул вверх, уворачиваясь, но один заряд угодил ему в кормовую пластину. Взрыв оранжевого пламени осветил скалы, но корабль лишь клюнул носом и продолжил погоню.

— «Молот» заходит сверху! — Силар, замерший у носового орудия, предупредил глухим голосом. Его мощная фигура казалась неподвижной скалой посреди тряски. — Готовит залп!

Я рванул штурвал на себя. «Летучий Лис» взмыл вверх, едва избежав губительного луча инея и сконцентрированной силы, который прошел в сантиметрах под нашим днищем, оставив на скале ледяной шрам.

— Не могу держать всех! — Ярана выругалась сквозь скрежет турели. Ее пальцы летали по панели управления, перезаряжая пулемет. —