«С.Л.К.-10» Иллюзия победы. Часть вторая (СИ) - Фабер Ник

Но даже они не могли выдержать выстрел из пистолета. Не тогда, когда человек бросается на оружие и выстрел происходит буквально в упор.

Эдвин ощутил лишь тычок в грудь, хватаясь за ствол пистолета и пытаясь отвести его в сторону, но хватка его пальцев практически сразу же расслабилась, выпуская оружие из рук.

Молодой человек рухнул на палубу, посреди начавшегося на мостике хаоса.

Кто-то закричал.

Рядом с ним мелькнула фигура капитана, бросившегося к стрелявшему. Кажется, он его ударил. Эдвин не был уверен в том, что именно он увидел.

Всё вокруг него стало каким-то…приглушённым.

Чуть наклонив голову, он с удивлением осознал, что лежит на палубе и увидел дыру в собственной груди, откуда толчками выплескивалась кровь, стекая по разорванному плотному материалу скафандра.

Автоматика старательно накачивала его тело обезболивающими и стимуляторами, добавляя к ним коагулирующие препараты, чтобы замедлить кровотечение.

— Убрать его с мостика и запереть! — раздался где-то сбоку наполненный гневом крик. А затем в знакомый голос капитана «Трансильвании» добавились новые эмоции. Страх и тревога. — Медицинскую бригаду на мостик! Срочно! Парнелл!

Кто-то упал на колени рядом с ним. Чуть скосив взгляд, Эдвин увидел бледное лицо капитан.

— Дерьмо… Эдвин, держись, я уже вызвал медиков, — затараторил Форсетти, пытаясь вскрыть плоскую личную аптечку, находящуюся у него на поясе.

Рядом появилась ещё одна фигура. Эдвин не смог рассмотреть её лицо, но та что-то протянула капитану. Не теряя времени, Уильям начал заливать рану кровоостанавливающей пеной из специального спрея. Тот закончился и тогда Форсетти схватил новый.

— Кап… капитан, с… с вами всё в порядке? — с трудом произнося слова булькающим голосом спросил он, наблюдая за тем, как четыре руки пытались остановить текущую из раны кровь и закрыть её.

— Да, Эдвин, да! Всё в норме! Дерьмо! Где медики, мать вашу⁈

Последние слова, уже больше походившие на отчаянный крик, не нашли ответа.

Просто потому, что весь медицинский персонал сейчас боролся за спасение жизней раненных с «Цепеша».

Почему-то эта мысль показалась Эдвину удивительно забавной, и он даже попытался рассмеяться, но вместо этого подавился непонятно откуда взявшейся во рту кровью.

Лейтенант рейнского военно-космического флота Эдвин Парнелл умер за двадцать секунд до того, как добравшиеся наконец до мостика врачи ворвались внутрь, но застали лишь склонившегося над мёртвым телом капитана и ещё двоих офицеров из вахты мостика.

— Вызовите верденцев, — с трудом выдавил из себя Уильям, глядя на мёртвое тело перед собой. — Сообщите им, что мы принимаем их условия и сдаёмся. Хватит смертей. Достаточно…

Глава 44

— Ты так себе шею свернёшь.

Ещё пару секунд посмотрев на пронзительно голубое Сульфарское небо, Том опустил голову и посмотрел на стоящую рядом с ним Лизу.

Одетая в полный комплект брони, она опиралась спиной на стену дома, в тени которого они оба стояли. Разве что её шлем, как и оружие сейчас лежали на пластиковом ящике рядом с ней.

Взяв бутылку с водой, она сняла крышку и вылила половину себе на голову. Жара и духота стояли такие, что на открытом солнце становилось просто невыносимо.

— Не могу выбросить мысль о том, что сейчас я должен был быть там, — сказал Райн, всего несколько минут назад наблюдающий короткие отблески космического сражения, развернувшегося над планетой. — Там ведь сейчас и мои люди. «Архангел» и остальные…

Даже отсюда были видны крошечные всполохи и тонкие яркие линии ударов энергетической артиллерии. Сражение явно перешло в фазу ближнего боя и о том, какие потери понесли обе стороны, Том мог лишь догадываться.

— Я тебя понимаю, — произнесла Лиза. — Правда. Ты всегда был… слишком ответственным.

Последнее она произнесла уже с лёгкой улыбкой и Том не смог сдержаться, чтобы не улыбнутся в ответ.

— Я думал, что это во мне тебе и нравится.

— Ну-у-у… — задумчиво протянула Вейл задрав носик, — это, как минимум, одна из огромного множества причин.

— А какие другие?

— Я тебе потом расскажу, — с хитрым блеском в глазах заявила она. — Если хочешь, то даже список тебе нарисую.

При этом сделала это с такой уверенностью, словно в наступлении этого самого «потом» даже не сомневалась.

Райн хотел было пошутить в ответ, но его прервал громкий окрик со стороны.

— Они приближаются! — громко крикнул Масуд, подбегая к ним. На плече сульфарец нёс переносную пусковую установку.

— Поверить не могу, что мы творим такую хрень, — не отстала от него взъерошенная Аша. Короткие каштановые волосы липли к вспотевшему лбу, и Лиза милостиво кинула ей бутылку с остатками воды. — Спасибо. Но, блииин… Мы же их вроде как прикончить собирались! А теперь собираемся договариваться⁈

Лиза в ответ только пожала плечами.

— Ну, ты же знаешь всю эту хрень. Типо «враг моего врага» и всё такое.

— Ага. Именно, что хрень, — фыркнула Аша. — Враги остаются врагами. Лично я бы пристрелила этих ублюдков за всё, что они сделали. Эти уроды убили кучу наших друзей во время нападения на «Колыбель» если ты ещё не забыла. А теперь Шехар хочет, чтобы мы с ними пообнимались и как дебилы строили из себя лучших друзей? Нет, ну правда…

— Аша, заткнись, — приказал ей Масуд. — Мы будем в том здании. Если что, то прикроем вас оттуда.

Он указал на стоящий на углу перекрёстка семиэтажный дом, и Лиза кивнула. Все, кто мог держать оружие уже заняли позиции по эту сторону перекрёстка и в домах вокруг него.

И сейчас их было куда больше, чем всего несколько часов назад.

И это стало неожиданностью не только для Вейл и остальных, но и для самого Шехара. Ведь подавляющее большинство жителей планеты считали, что он мёртв. Пропагандистская машина Рустала потратила немало сил после нападения на комплекс в горах Битет для того, чтобы убедить всех в этом.

По началу, когда они бросились помогать людям после последствий, никто даже не и не понял, кто именно они такие. Только через некоторое время люди стали узнавать в покрытом пылью мужчине брата погибшего короля.

И тогда всё… нет, не изменилось, но молва пошла. Слухи и россказни о неожиданном воскрешении Шехара распространялись во все стороны будто лесной пожар. Оставшиеся в полном хаосе после удара по центру города люди, лишившиеся своего правительства, увидели в нём того, кто мог взять управление на себя.

И ведь он ни о чём таком не думал. Просто делал то, что считал нужным. Помогал людям. И окружающие как-то сами собой собирались вокруг него, принимая приказы и бросаясь на их исполнение. Казалось, что они и сами рады, что нашёлся тот, кто мог эти приказы отдавать.

И парадокс всей ситуации заключался в том, что этим человеком необязательно было быть именно Шехару. Даже если это оказался бы кто-то из хашмитского правительства, то люди всё равно бы делали то, что им говорили. Потому что именно так устроен человек. Кто бы что ни думал, но на самом деле мало кто в стрессовой ситуации готов взять ответственность лидерства на себя. Конечно же, всегда найдутся те, кто будут кричать громче всех. Это неизбежно. Но в первую очередь люди потянутся за тем, кто поведёт их вперёд.

И так уж вышло, что в этот критический момент этим человеком стал именно Шехар.

То, как он сделал это, не могло не вызывать уважения. Шехар Аль Хан не превратился в сгорающего от жажды мести революционера, желающего крови тех, кто повинен в том, что стало с его жизнью и жизнями его близких. Да, он жаждал убить Рустала. Глупо отрицать этот факт. Но это так и не смогло стать для него основной целью, затмевая собой все остальные.

Однажды, не так уж и давно, Том встретил человека, для которого месть из мотиватора превратилась в сам смысл его жизни. Того, кто потерял семью и родных из-за действий тех, кто находился у власти. И этот человек положил свою жизнь и жизни сотен других лишь для того, чтобы утолить собственное эгоистическое желание справедливости, прикрываясь рассказами о свободе, независимости и новом будущем.