Первое правило волшебника - Гудкайнд Терри

Рэчел прижала к себе Сару и взяла узелок.

— Ну что ж, пойдем дальше, как нам сказал Джиллер.

Проходя мимо озера, она забросила подальше ключ от сундука, и улыбнулась, услышав всплеск.

В молчании шла она вперед по тропе, уводившей от замка. Она помнила, что Джиллер не велел ходить к ее сосне, поэтому повернула в другую сторону, по оленьей тропе, на запад.

Глава 34

Ричард услышал звук. Словно бы тихое шипение и потрескивание. В том смутном полусне-полубодрствовании, в котором он пребывал, не имело смысла пытаться понять, что это такое. Постепенно просыпаясь, он все сильнее чувствовал запах жареного мяса. Он немедленно пожалел, что сознание его стало ясным: ведь это принесло и воспоминания обо всем, что случилось, и тоску по Кэлен. Он лежал, свернувшись калачиком, болезненно ощущая твердую кору дерева, к которому прислонился. Все тело затекло — он всю ночь проспал в одной позе. Сейчас ему ничего не было видно, так как голова его уткнулась в колени. Он только понял, что уже начинало светать.

И все-таки поблизости кто-то был.

Притворяясь, что еще спит, он соображал, где оставил оружие. Меч лежал не очень близко, за ним надо было еще тянуться. А нож был рядом. Его пальцы нащупали ореховую ручку. Он осторожно взял нож в руку, стараясь не делать резких движений. Неизвестный находился слева от него. Одного прыжка, пожалуй, будет достаточно.

Он осторожно поглядел в ту сторону — и с изумлением увидел Кэлен. Она сидела, облокотившись на бревно, и смотрела на него. На костре жарился кролик.

Ричард сел.

— Что ты здесь делаешь? — осторожно спросил он.

— Можно с тобой поговорить?

Ричард убрал нож в ножны и, вытянув затекшие ноги, стал растирать их.

— Я думал, мы уже обо всем поговорили. — Он тут же пожалел о своих словах, увидев, как посмотрела на него Кэлен.

— Извини, — продолжал он, смягчаясь. — Конечно, можно поговорить. О чем ты хотела?

Кэлен пожала плечами.

— Ты знаешь, я много думала... — Она взяла длинную березовую ветку, которую Ричард вчера подобрал на растопку, и стала обдирать кусочки коры.

— Вчера, после того как я ушла, у тебя сильно болела голова...

— Как ты узнала?

Она снова пожала плечами.

— Я всегда вижу по глазам, когда у тебя болит голова.

Голос ее был тихим и мягким.

— Еще я знаю, что последнее время ты мало спишь, и это моя вина. Поэтому я решила, прежде чем... прежде чем уйти, посторожить, пока ты будешь спать. Поэтому я и пришла сюда, под деревья, где могла охранять тебя. — Кэлен посмотрела на ветку, с которой продолжала обдирать кору. Мне нужно было удостовериться, что ты хоть немного поспишь.

— Так ты просидела здесь всю ночь? — Ричард не смел поверить словам.

Кэлен кивнула, не глядя на него.

— А пока я охраняла тебя, я решила поставить ловушку, как ты меня учил, посмотреть, не поймаю ли чего-нибудь тебе на завтрак. И пока я сидела тут, еще о многом передумала. Больше всего я плакала. Я не могу вынести того, что ты думаешь, будто я предательница. Мне больно, и меня это злит.

Ричард счел за лучшее молчать, пока Кэлен подбирает нужные слова. Он не знал, что сказать, и боялся, что, если скажет что-нибудь не так, она опять уйдет. Кэлен между тем содрала с ветки еще кусок коры и бросила его в костер, где тот сразу вспыхнул.

— А потом я еще подумала над твоими словами и поняла, что должна рассказать тебе, как следует себя вести при встрече с королевой. Кроме того, мне надо тебе сказать, каких дорог следует избегать, а где можно идти. Я все думала, что мне тебе рассказать, чтобы не забыть ничего важного. И прежде чем успела обо всем этом подумать, я поняла, что ты был прав. Во всем.

Ричарду показалось, что она вот-вот заплачет, но она не заплакала.

Она просто продолжала вертеть в руках ветку и избегала его взгляда. Она молчала. А потом вдруг задала неожиданный вопрос:

— По-твоему, Шота хороша собой?

Он улыбнулся.

— Да, но ты лучше.

Кэлен улыбнулась в ответ и откинула волосы.

— Немногие осмелились бы сказать это... — Она снова остановилась. Ее тайна стояла между ними. И снова она заговорила:

— Есть старая поговорка у женщин, может быть, ты слышал ее: «Не позволяй красивой женщине решать твою судьбу, если при этом есть мужчина».

Ричард усмехнулся и встал, чтобы размять ноги.

— Нет, не доводилось это слышать. — Он полусидя оперся на бревно и сложил на груди руки. Он и не думал, что Кэлен будет беспокоиться, не похитит ли Шота его сердце. Ведь Шота сказала, что убьет его, если они еще встретятся. Да и без этой клятвы Шоты у Кэлен, он знал, не было причин для беспокойства.

Кэлен отшвырнула ветку и встала рядом с ним. Наконец она заглянула ему в глаза и сдвинула брови.

— Ричард, — она говорила тихо, почти шепотом, — этой ночью я поняла, что была очень глупой. Раньше я боялась, что ведьма убьет меня сразу, но сейчас поняла, что она почти добилась этого. Просто я сама бы за нее это сделала, позволив ей решить мою судьбу. А ты был во всем прав. Мне следовало бы с большим вниманием отнестись к тому, что говорил Искатель Истины. — Кэлен опустила глаза, потом снова поглядела на него. — Если... Если еще не слишком поздно, то я хотела бы вернуться к своим обязанностям, снова стать твоим проводником.

Ричарду даже не верилось, что все кончилось. Кажется, он никогда не чувствовал себя таким счастливым, никогда не испытывал такого облегчения.

Вместо ответа он обнял ее и крепко прижал к себе. Она положила голову ему на грудь, затем отстранилась.

— Ричард, теперь я хотела бы поговорить с тобой еще об одном деле. Если ты согласен взять меня назад, то ты должен прежде выслушать меня. Я не могу оставаться с тобой, если не расскажу о себе. Это жжет мне сердце, потому что я ведь должна быть твоим другом. Мне следовало бы рассказать тебе об этом с самого начала. У меня никогда не было друзей, подобных тебе, и мне не хотелось бы, чтобы наша дружба прекратилась. — Ричард удивленно смотрел на нее. — Но теперь я должна рассказать тебе, кто я, — закончила она очень тихо.

— Кэлен, я ведь уже говорил тебе, ты — мой друг, и ничто не может изменить этого.

— Эта тайна — может. — Кэлен опустила голову. — Это связано с магией.

Ричард не был уверен, что ему необходимо узнать ее тайну. Он только что вновь обрел Кэлен, и ему вовсе не хотелось потерять ее снова. Он сел на корточки у костра и снял с огня палку, на которой жарился кролик. Он гордился тем, что Кэлен сама сумела поймать кролика тем способом, которому он научил ее.

— Кэлен, твои тайны не интересуют меня сейчас. Меня интересуешь только ты, вот и все. Пойдем, кролик готов, поешь.

Она села на землю рядом с Ричардом, а он отрезал ножом кусок мяса и подал ей. Мясо было горячим, и она держала его осторожно и дула, чтобы остудить. Ричард отрезал кусок себе и тоже сел.

— Ричард, когда ты в первый раз увидел Шоту, она и вправду была так похожа на твою мать?

Ричард посмотрел на ее лицо, освещенное огнем, кивнул и откусил кусок мяса.

— Твоя мать была красавицей. У тебя ее глаза и ее губы.

Ричард слегка улыбнулся, вспомнив об этом.

— Но ведь это была не она.

— Значит, ты рассердился на Шоту за то, что она притворилась человеком, которым в действительности не могла быть? На то, что она обманула тебя? — Кэлен тоже откусила кусок мяса, вдыхая воздух ртом, потому что оно было еще очень горячим. Она внимательно смотрела на Ричарда.

Он пожал плечами, испытав горечь при воспоминании.

— Да, по-моему, это было нечестно.

Кэлен прожевала мясо и проглотила его.

— Вот почему я должна рассказать тебе, кто я такая, даже если ты после этого возненавидишь меня. Ведь ты был моим другом. Хотя я, может быть, не заслуживала дружбы. Вот и еще одна причина, почему я вернулась: я не хотела, чтобы ты узнал об этом от кого-нибудь другого. Лучше, если ты узнаешь все от меня. После того как я расскажу тебе все, то, если ты захочешь, я уйду.