Игры на острове - Джоанна Макдональд

Алесдер смотрел на компас и понемногу поворачивал его так, чтобы стрелка указывала точно на нее. Подняв голову, он так посмотрел на Нелл, что у нее перестало биться сердце.

Нежным шепотом она процитировала:

Стой, где ты стоишь, пожалуйста, стой —Я еще разыщу свой компас.Он приведет меня к тебе, хотяИ не самой легкой дорогой.

— Никогда не думал, что ты сможешь запомнить, — сказал Алесдер, а в глазах его было удивление.

— А я запомнила, — ответила его возлюбленная.

Финелла, как угадала Нелл, щедро выбрала для каждого из них наряды из кашемира. Тэлли открыл свой сверток и обнаружил роскошный, двойной вязки свитер с узором «косами», темного оттенка индиго. Когда он мерил свитер, Финелла гладила его, как любимого кота, и что-то шептала на ухо. Увидев, что брат залился румянцем, Нелл остолбенела. Тэлли выглядел таким довольным и счастливым, словно не пережил совсем недавно разрыв с Флорой, а Финелла, прижавшись к его руке, напоминала мурлычущую львицу. Она, взяв Тэлли за запястье, вывернула наизнанку манжету: крошечное красное сердце было вышито на ее изнанке.

— Вот ты каков! — засмеялась Финелла. — На рукаве носишь мое сердце!

В этот момент через дверь для сотрудников вбежал запыхавшийся Мак.

— Марсали! Она телится! — выдохнул он, беспокойно обводя взглядом всех собравшихся.

Мик попросил Мака присматривать за коровами, пока сам он уехал домой на Рождество, потому что Мак, имевший опыт работы на ферме, был единственным, кому Мик доверил доить коров с той еще уверенностью, что заботами Мака коровы будут в тепле и удобстве.

— Вот это да! — воскликнула Нелл. — Ох, бедный Мик, у него будет разрыв сердца, когда узнает, что такое пропустил. Как она? Мучается?

Мак с некоторым сомнением сказал:

— Думаю, что она о’кей. Может, нам надо попросить Дункана Мак-Кэндлиша помочь принять теленка. Он знаток. Думаю, что она капельку рановато, знаете ли, до ее срока, так что теленок может быть слабоват.

Нелл посмотрела на молчаливого Тэлли, которому явно было не по себе при столь неожиданной встрече с Маком, когда еще не решена драма из-за ребенка Флоры.

— Ах, Мак, а вы можете сами позвать Дункана? — взмолилась Нелл, спеша загладить неловкое молчание брата. — Если вы его попросите, я уверена, он придет, несмотря на то что сегодня Рождество.

— В Рождество у него работы немного, — сказал Мак, согласившись без особых возражений. — Все в его руках, вот так. Может, он будет рад компании.

Нелл себя почувствовала бесконечно виноватой: ведь ей даже в голову не пришло, что раздражительный фермер на Рождество мог находиться в одиночестве.

Мак снова ушел выполнять поручения.

— Можно нам всем пойти и посмотреть? — робко спросила Финелла у Тэлли. — Никогда не видела, как теленок родится.

— Не знаю, — с беспокойством в голосе отозвался Тэлли. — Мы ее можем разволновать. Но через перегородки, я думаю, мы сможем понаблюдать. Она в довольно большом стойле, так что мы толпиться рядом с ней не будем.

— Мы затихнем, как мыши, — заверила Финелла. — Она не узнает даже, что мы там.

Марсали совершенно равнодушно встретила появление шестерых наблюдателей человеческой породы. Она была не первотелка, уже пятым телком. Отел был для нее не в новинку. А вот у зрителей впечатление было необыкновенное, из ряда вон.

В сарае было холодно. Облака пара от дыхания поднимались, крутясь около единственной электролампочки, свисавшей с потолка на шнуре над головой Марсали. Корова стояла на глубокой подстилке из соломы, голова опущена, челюсти ритмично двигались, как будто она жевала жвачку. Глаза широко раскрыты, выражение их немного ошарашенное, но, судя по виду, она не мучилась. По натянутым бокам вздувшегося живота у нее волнообразно проходили мышечные сокращения, на какое-то время прерывая методичное движение челюстей и увлажняя длинные ресницы. Корова стояла тихо и смиренно, ожидая сильных спазмов и неотвратимых родов.

Примерно через сорок минут появился Мак с Дунканом. Время от времени Марсали громко мычала, но в остальном вела себя спокойно.

— Благодарю, что вы пришли, Дункан, — сказал Тэлли, который какое-то время держал за рога корову, стоя с ней рядом. — Я не знаток, но вроде она о’кей.

— В большинстве случаев природа свое дело делает прекрасно, — ворчливо пробормотал фермер, ставя на пол ведро с горячей водой и другой инструмент, который принес с собой в стойло. — Будем надеяться, что никакие веревки нам не понадобятся.

— Веревки? — в тревоге прошептала Финелла, обращаясь к Нелл. — Да для чего могут понадобиться веревки?

— Ну, я думаю, иногда приходится вытягивать теленка веревками, — ответила Нелл, которая однажды смотрела по телевизору передачу по ветеринарии. — Если это отел не головой, а задом или еще что-нибудь. Подозреваю, что то, что плохо для коров, то плохо и для людей — по одинаковым причинам.

— Не показывайте мне веревок, если я когда-нибудь буду рожать, — слабым голосом попросила Финелла. — Я думаю — им бы следовало не показывать их и бедной корове.

— Как у нее идет дело? — спросил тихий голос, раздавшийся в полутемном проходе стойла: это была Флора — руки засунуты в карманы стеганой куртки, на голове белая вязаная шапка.

— Мне Мак позвонил, — добавила она, почти извиняясь.

— Боже! — воскликнула в изумлении Джинни. — Если бы я была в вашем положении, я бы ни за что не пришла сюда.

— Надеюсь, вы не против, — спросила Флора у Нелл, подходя к группе людей у перегородки. — Я раньше помогала при отелах. Мой отец на ферме всегда держал корову.

— Конечно, нет, — ответила Нелл, отодвигаясь в сторону, чтобы Флора могла видеть происходящее.

Но в неудержимом порыве Флора поднырнула под перекладину и, подойдя к корове, стала гладить ей шею напротив Тэлли, тоже гладившего коровью шею. Над опущенными рогами его глаза встретились с ее. Они ничего не сказали друг другу, а разговор велся таким манером, что они оба ободряюще бормотали корове: «Хорошая девочка, храбрая девочка, сладкая девочка».

Отел проходил легко и без осложнений. Вскоре после того, как показалась голова, ровно и гладко выскользнуло и длинное туловище (в холодный мир в облаке пара), подхваченное Дунканом и любовно уложенное на солому — под громкие радостные восклицания ликующих зрителей. Захватив пучки соломы в горсти, заработали Дункан с Флорой, вдвоем помогая Марсали освободиться от последа, а теленочку начать двигаться.

— Это телочка, — радостно прокричала Флора.

— Телочка! — повторил Тэлли для тех, кто был за перегородкой.