Пешки Сдвига - Вадим Громов

Впереди показалась целая кавалькада машин, штук шесть; мчащихся на приличной скорости. Мутант отошёл в сторону, сделав какой-то непонятный жест рукой.

- Вип-персоны нарисовались... - Ожил Книжник. - Или - одна, с сопровождением.

Исходя из того, что никто не спешил давать четвёрке команду - выгружаться из внедорожника: очкарик был полностью прав.

Машины, все - как одна, с затонированными лобовыми стёклами: приближались. На мосту, метрах в тридцати от блокпоста, по всей ширине моста, имелось зигзагообразное углубление - очередной автограф Сдвига, перед которым приходилось снижать скорость, чтобы его можно было преодолеть, без риска лишиться колёс. Кавалькада начала притормаживать, явно не желая с разгону влетать на аварийный участок дороги. Первая машина въехала на бугристую поверхность, размеренно закултыхалась вверх-вниз, двигаясь со скоростью черепахи: но, которой в чувствительное место, сунули некоторое количество скипидара. Лихо без малейшего любопытства смотрела вперёд, ожидая только одного. Разрешения ехать дальше.

За затемнёнными стёклами авто, абсолютно нереально было рассмотреть, сколько народу находится в салоне. Первая машина преодолела неровный участок моста, начала ускоряться...

Неожиданно Лихо ощутила тревогу. Вот только что всё было почти гладко, и вдруг - раз! - на тело словно набросили мелкую, незримую сеть, прикосновение которой, вызывало пока ещё непонятную

негативную реакцию, быстро начинающую проникать, и стойко оформляться внутри, заполняя собой всё... Блондинка, впилась взглядом в приближающуюся машину, но её возможность - видеть с закрытыми глазами, здесь была совершенно бесполезной. Но источник, пока еще непонятной тревоги - явно находился внутри "Лэнд Ровер Дискавери 4", бронированного драндулета британско-индийских кровей.

- Ты что? - Алмаз встревожено посмотрел на Лихо, начинающую меняться в лице. - Сейчас поедем, не переживай ты так...

Серебристый красавец на триста семьдесят пять лошадок, вдруг вильнул, притираясь к "Горынычу", и остановился. Тревога стала неотвязной, до понимания её причин остались какие-то мгновения. Вторая машина, уже почти преодолевшая "мутировавшее" место моста, остановилась неподалёку.

Боковое стекло в "Дискавери", находящееся со стороны водителя - поползло вниз...

- Привет, сука.

Лихо повернула голову на голос, при звуках которого всё стало яснее ясного. Кто ж знал, что так случится? В таком месте, в такое время, при таких обстоятельствах...

На пассажирском сиденье, рядом с водителем - невысоким блондином, сидела та самая рыжая милашка, отшитая блондинкой во Владимире, самым негалантным образом.

- Что, мандавошка, память отшибло? - Рыжая ощерилась в предвкушающей улыбке, и предвкушение это - было явно не из тех, которые сулили бы четвёрке неземные блага. Или хотя бы - спокойное продолжение дороги.

Ещё одна машина подъехала сзади, перекрывая "Горынычу" путь к спокойному отступлению. Три оставшиеся авто - не тронулись с места, поджидая с другой стороны повреждённого участка дороги. Блокпостовцы тоже начали подтягиваться к месту неожиданной остановки кортежа, держа оружие наизготовку. Коробочка закрылась. Плотно, обстоятельно: намертво.

- Вылезай, чего сидишь? - Рыжая открыла дверь, и вышла из кабины. - Поговорим за жизнь, давно не виделись. Поквитаемся за вежливость, за заботу твою... Ссышь, сука?

Лихо посмотрела на неё, прикидывая, что можно сделать в этой ситуации. Мутантов, как на подбор - размером с добротный платяной шкаф, было уже экземпляров пятнадцать, не считая тех, что находились в оставшихся трёх машинах.

- Выходи... - Рыжая была уже рядом. - Потолкуем о делах наших женских. Так сказать - с чувством, с толком, с некоторым моральным, и физическим удовлетворением.

"Придётся унижаться..." - Безэмоционально подумала блондинка. Чётко понимая, что пространными извинениями, пусть даже изложенными высоким штилем, с трагическим заламыванием рук, показывающим, насколько Лихо сожалеет о своей тотальной ошибке - дело не поправишь. Рыжая захочет чего-то более весомого, зримого, паскудного...

Придётся унижаться. Путей для бегства - практически нет. При первых же признаках активного сопротивления, сюда прискачет (не исключено даже, что - стуча настоящими копытами) - как минимум половина Мутантограда. И явно - не в виде болельщиков. Задействовать Алмаза с Шатуном - было чересчур соблазнительно, но чревато: уже озвученными на первом блокпосту, последствиями. Придётся потерпеть - ползать на коленях, целовать рыжей ноги, умолять, изображать из себя ничтожество. Возможно, скорее всего - даже получить порцию физического насилия. Но Лихо надеялась, что насилие обойдётся несколькими выдранными из её головы, прядями. Главное сейчас было - выпутаться из этой идиотской ситуации в той же комплектации, в которой они заехали на территорию экс-Красноярска.

Водитель машины, которую покинула рыжая, тоже вышел из кабины, и стоял, переминаясь с ноги на ногу, словно приводя затёкшие от долгого сидения мышцы - в рабочее состояние. Всё происходящее как будто не интересовало его.

- Ты что, корни там пустила? - В голосе рыжей проскочили первые, нетерпеливые нотки. - Не огорчай меня, сука... Давай лучше сама.

Лихо задавила в себе, возникшее желание хлестануть ребром ладони по кадыку красотки и, глядя на Алмаза, чуть-чуть помотала головой, давая понять, что к активным действиям не приступать. Ни в коем случае. И начала вылезать из машины.

- Иди, иди...- Рыжая дождалась, когда она подойдёт, с ходу залепила ей пощёчину. - Ну, что надо сказать при таком долгожданном свидании? Не слышу?

- Я прошу прощения. - Громко и внятно сказала блондинка. - Я очень сожалею о том, что произошло между нами, и глубоко раскаиваюсь в своём поступке.

- Раскаиваешься, значит? - Мечтательно протянула рыжая. - Только, кажется мне, что недостаточно глубоко. И никак я не могу отделаться от этого впечатления...

- Вика, время. - Негромко сказал водитель, стоящий метрах в трёх от неё. - Пора ехать.

- Короче, так. - Прекословить блондину, рыжая даже не собиралась. - Делаем так. Вы, трое - вытряхиваетесь из бибики, оставляете всё, мало-мальски ценное внутри, и шагаете из города. У меня к вам никаких претензий, так что - считайте, что удача сегодня поцеловала вас в сраку. Очень вдохновенно, очень продолжительно, и очень сладко. А эта курва - останется со мной. Нам с ней есть о чём поговорить. Достаточно душевно. Ну, не повезло вам с подругой, такая вот ерунда...

За спиной Лихо щелкнул дверной замок и, рядом встал бледный Книжник. Если судить по виду - беспредельно решительный. Ещё через пару секунд, из "Горыныча" вылез Алмаз, сзади послышалось какое-то чересчур деланное пыхтение: это Шатун, изображая из себя неуклюжего вахлака, выбирался из внедорожника. Выбрался. Затоптался на месте, старательно продолжая корчить растерянного до глубины души, индивидуума. Лихо напряглась, понимая, что все её предыдущие наставления уже лежат в руинах и, команда приняла собственное решение. "Калаш" Алмаза, остался на сиденье, но дверь была распахнута настежь, и достаточно было просто протянуть руку. А уж как "дыродел", как бы сам собой, прыгает в руку "стеклорезу", находясь на некотором отдалении от хозяина: Лихо наблюдала не единожды.