Скифская история. Издание и исследование А. П. Богданова - Андрей Иванович Лызлов

же греческий возбраняше ему пришествие, хотящи [вместо áспида – василиска] утвердити на царстве брата Амуратова Мустафу. Егда же прииде Амурат во Фракию[1634], тогда Мустафа изыде противо ему с воинством[1635].

И тако снидошася на брань. И бывши брани, побежден бывает Мустафа с воинством своим и сам на той брани убиен бысть. Понеже остася сын его, иже убоявся смерти отбежа в венгры и крестився, Давыд имянован бысть[1636], потом и в Полше бысть, просящи помощи противо дяди своего.

И тако Амурат совершенно престолом обладательства утвердися. И от того времяни, гневающися на греков, брань на них уготовляше, а со Стефаном деспотом сербским дружбу многу имяше[1637].

Сей Амурат султан к величайшей крепости сил своих умыслил пеший строй в воинстве своем, иже наречени быша янчары, и бяше их тогда токмо || (л. 206) тысячи три или мало болши[1638].

Тогда же краль венгерский и цесарь римский Жигмунт, слышав о смерти Махомета султана и о вражде между братей-сынов его бывшей, возмне благополучно время имети ко возвращению градов, взятых от турков во областех Венгерских[1639].

И тако лета 6936‑го, собрав немалое воинство, иде в Болгарию на турки. Еже слышав Амурат султан, посла противо его с воинством. Их же видев Жигмунт, убоявся множества турков, не сотворивши битвы, со срамом з болшою частью воинства побежа к Дунаю, прочих на погибель оставльши[1640].

А Кромер историк пишет[1641], яко цесарь с воинством не преходил Дуная, зане того турки на другом <брегу> будущи возбраняху, и с новым своим султаном Амуратом, по отце Махомете обладающим, Венгерскую и Седмиградскую земли зелно повоевали.

По сем той же Амурат, помнящи яко царь греческий Иоанн подав<а>ше помощь брату его Мустафе и имел с ним мир, собрався с воинством прииде к Константинополю. Еже видев царь Иоанн убоявся зело, поиде к || (л. 206 об.) римскому папе Евгению[1642], сущу ему тогда на соборе Флоренском, хотя соединити церковь и приобрести помощь на турки[1643]. Но ничто же благо содела тамо, кроме великия вражды и соблазна верным с римляны.

Амурат же, отшед от Константинополя, пребываше во Андрианополе. Тамо же слышав, яко умре сербский деспот Стефан, а по нем бысть властель братанич его Георгий или Юрик, его же Хронограф называет Гург или Груб[1644], обрати тамо воинство свое, воюющи Сербию и Далматию[1645]. Еже слышав деспот, хотящи укротити прещение Амуратово, присвоися к нему, дав ему дщерь свою в жену, аще той иных имел немало[1646].

Бяше бо и сам той деспот ни христианских, ни турчин. Егда некто законник наказоваше его, дабы совершенно держал христианскую веру, он же отвеща: «Хощу лучши повешен быти, нежели христианскую веру держати».

Но по вере его и бысть ему тако, ибо не поможе себе нимало оным присвоением к Амурату. Шед бо Амурат с воинством в Сербскую страну и до конца повоева || (л. 207) ю[1647]. И грады многия облада, их же имяна: Голубец, Срéбряник[1648], Жарнóв, Круши́вец, Корóвин, Севери́н, Острóвичь, Новобáрд, Шýрин, Кóшник, Ласковец, Зелéнный град, Прокóпию, такожде и Смидéров со многим богатством, идеже и сына деспотова пленил[1649].

А Кромер, Стрийковский и Гвагнин пишут[1650], яко дву сынов взял и ослепити повелел, деспот же с женою помощи ради в венгре убежа. Слышавши дщерь деспотова о братиах своих, моляше Амурата, да не повелит их ослепляти: «Ибо, – глаголющи, – уже во твоей власти суть, еже хощеш можеш им учинити».

Сие же все творяше Амурат, слышавши и видевши подлинно о несогласиах венгерских; уже и останки Рацкия и Седмиградския земли воевал. И пришед со многим воинством под Белъград, и всею силою добываше его[1651].

Краль же полский Владислав[1652], иже мало пред сим по изволению венгров прият и Венгерское кралевство, посла ко Амурату послов, мира требующи. Он же послов повеле отвести в Смидеров, а сам жесточае добываше Белаграда, уже седмь месяцов под ним стоящи; обаче со тщетою || (л. 207 об.) многою отыде, ничтоже успев.

Послом же отвеща, яко не имать смиритися, точию бы отдал ему краль Белград со останком всея Рацкия земли. Ни мало сам опасения имеющи и помышляющи о оном поражении у Белаграда, к тому частыя победы на воинство свое от воеводы венгерскаго Иоанна Гунеада[1653], егда многажды побеждал турков: единою тамо под Белградом, второе в Седмиградской земле, третие под Вашкопом.

Такожде и на границах Седмиградских кровавую брань сведши преславныя победы одержал над турки и пашу имянем Мези́ша[1654], славнаго и мужественнаго мужа, и с сыном его убил, и другаго пашу имянем Скавади́на[1655] к бегству срамному принудил.

Тогда же бысть в венгрех, яко и во иных христианских государствах, от папы римскаго кардинал имянем Иулиан[1656], иже понуждаше венгров на войну противо турков[1657]. К тому и деспот оный изгнанный зело прилежно моляше краля и властелей венгерских, дабы он от них могл приобрести оное свое погубленное || (л. 208) властельство.

И тако краль Владислав с венграми, таковыми прошении принуждени бывши и оными победами возносящися, советоваху о войне на турков, составльши сейм во граде Будине. На той же сейм и оные послы приидоша от Амурата, сказующи гордое его отвещание. Чем венгры наипаче возъярени будущи, усоветоваша войну на турков, посылающи о помощи и купном промысле на них.

Но ни откуда ничто же обретоша. И тако краль Владислав лета 6951‑го собрався со многим воинством, имеющи токмо помощь от Полскаго кралевства, изыде на турков купно с кардиналом Иулианом[1658]. И пришедше в землю Рацкую взимаху грады, взятые в той земле от турков. О сем уведав Амурат султан посла противо венгром многое воинство[1659].

И тако турки приидоша на венгров и брань с ними составиша, обаче побеждени быша от венгров, будущих под правлением воеводы Иоанна Гунеада, идеже четыре тысящи пленено бысть турков и осмь хоругвей их[1660]. И по сей победе поидоша венгры чрез славенския земли к Македонии[1661].

Амурат же, слышав о победе || (л. 208 об.) воинства своего и о шествии венгерскаго воинства, посла в помощь своим зятя своего, асийскаго беклербега и анатольскаго пашу имянем Керембея, заповедав ему, да не творит с венграми брани явныя[1662], но да стрежет и бранит им прешествие пути теснаго между горами великими