Дневники - Николай Мордвинов

4/X

ГРАНИЦА РУМЫНИИ

Встретил цыган. Я разговаривал с детьми-цыганятами, такие чудесные: огромные глазища на смуглом, худом и тощем личике. Такие открытые и прекрасные… нет, такие глаза не могут лгать, думал я, шаря свою ручку, чтобы набросать внешний вид… Но ручки уже не нашел.

Из Ясс едем в Болгарию в поезде, принадлежавшем королю. Хорошие вагоны. Стены обтянуты тисненой кожей, бронза.

Да, на тисненой коже царского вагона было обнаружено: «Сделано в России».

От Ясс нас тянет тягач и толкач.

5/X

Очень жаль, что едем по стране большей частью ночью и мало видим… Но то, что видим, — нищета… нищета… Здорово ограбили страну иностранные концессии… Заводы строятся нашими усилиями. Наша помощь огромна.

Вечером на пароме-ферриботе — через «голубой Дунай», в самом же деле через зеленовато-мутный Дунай. Через реку — Болгария. Дунай огромен и мощен. Берега той и другой стороны невысокие. Через Дунай строят мост пять государств — СССР, Болгария, Румыния, Чехословакия и Венгрия. Первый за историю. Для транзита между дружественными странами.

Рущук[353]. На вокзале масса народу. Встречают нас местные рабочие, интеллигенция, артисты. Очень радушны, приветливы, любознательны. Впечатление такое, что народ очень чистый и доверчивый, открытый. Производят великолепное впечатление. Как-то сразу чувствуешь себя «как дома».

Масса вопросов, узнавания, и все так приветливо…

Ночью произошла интересная встреча с Софийской оперой на станции Бяла. Опера ехала в Москву, мы в Софию. За десять минут было столько шуму! Поезда остановились почти одновременно. Народ высыпал из вагонов. Шел мелкий дождь и падали снежинки… а мы, радостные и возбужденные, пели песни о Москве.

Поезда ведут «лучшие машинисты» страны. Тянут два паровоза на огромной скорости. Болтает страшно.

Рано утром встал, чтобы полюбоваться горными пейзажами. Поезд вьется по карнизу утесов. Внизу горная река. Рельеф суров. Растительности совсем мало. Голые скалы. Отвесные обрывы.

СОФИЯ

Восторженная, горячая встреча на вокзале. Юпитеры, кино- и фоторепортеры. Цветы и такая ясная доброжелательная улыбка. Речи, скандирования: «Вечна дружба». Узнают артистов по кино. Выкрикивают фамилии.

Вечером на спектакле Национального театра. Смотрели пьесу Орлина Василева[354] — «Любовь».

Спектакль приятный. Традиции игры реалистические. Артисты есть хорошие, но играют как-то не в полное дыхание.

9/X

«ШТОРМ» — премьера

На спектакль выдают по одному билету. Как говорят здесь: «За билеты — Сталинградская битва».

Министры, жены сидят в последнем ряду бельэтажа.

На спектакле все правительство.

Перед спектаклем для приветствия болгарского народа вышли: Ю.А., Стрельцов[355], Марецкая и я. Нас приветствовали бурными аплодисментами, речами. Юрий Александрович отвечал. Скандировали «Вечна дружба».

10/X

«ОТЕЛЛО»

Еще одно испытание.

Новая страна.

Примут ли здесь, в стране, где любят театр и музыку, где в малом городке (45 тыс.) не только драматический театр, но и оперный, причем оба себя оправдывают.

Как мы поняли, от нас ждут мастерства такого, каково у них представление о Советском Человеке. Ждут глубину мысли и чувствование человека.

Мы отстаиваем единую точку зрения на общество, мораль, взаимоотношения, мировоззрение, общую для нас всех точку зрения на мир, на жизнь, на искусство. Мы всей жизнью, искусством устремлены на то, чтобы отмести ненужное, благословить полезное, настоящее, прогрессивное.

Поэтому — не демонстрацию мастерства, а глубокий показ человека в тех или иных обстоятельствах и жизнь его духа.

Мы обязаны отмечать и приветствовать лишь то, что прекрасно во всем объеме этого понятия, а не случайный трюк, не кричим «ура» талантливому безобразию.

Насколько я заметил, болгарский зритель необычайно восприимчив ко всему трогательному, откликается на страдание. Не спугнуть это его чувство. В восприятии очень непосредствен.

Я говорил Ю.А., что особенно заметно, где актер живет, а где играет, в тех случаях, когда не знаешь языка. Это удивительно… Все видно. Видно, что этот делает от большого вкуса, а этому чувство меры изменяет.

Необходимо повысить свою художественную бдительность. Проследить за интонацией, мимикой, жестом, мизансценой… Со временем текст, интонация теряют свою свежесть, молодость, непосредственность, стареют, как стареет основа их — человек.

Обновить основу.

Да, опять по К. С.: как в первый раз, как только что принятое и оцененное.

Опять по Ю.А.: играть классику — как современное, и современное, как классику.

Бессмысленно, неграмотно, неверно, а иногда и преступно фантазировать, когда это не усиливает линию роли и событий, а мельчит их.

В зале тишина, напряженная тишина.

По окончании — шквал. Когда дали занавес, «ура» неслось вперемешку с каким-то звуком, напоминающим «а… а… а…!»

Мы вызывали Ю.А. — опять то же самое.

Аплодисменты длились минут тридцать! Масса цветов. Представители от театров выходили на сцену зареванные, трясут мои руки, молчат, ничего не пытаясь говорить… И это все на зрителе…

На спектакле три исполнителя Отелло. Реакция общая, что у мужчин, то и у женщин, у взрослых и молодых — жмут руки, целуются в губы, лоб, щеки и даже… руки! Вот случай, когда анализ перестал существовать, и никакой «этикет» не является сдерживающим во взаимоотношениях. Видимо — захвачены. На спектакле был и Массалитинов[356]. За кулисы не зашел, и его мнения никто не знает.

Выходя из театра, я услышал на улице «ура». Я не придал этому значения. Подсознательно зафиксировал лишь, что где-то прокручивают пленку с торжествами… Оказывается, огромная толпа ждала актеров и провожала каждого криками «ура».

Когда я вышел, поднялось что-то несусветное… Меня подхватили на руки и стали качать. Потом подняли меня на вытянутые руки и на вытянутых руках понесли через площадь с криком «ура». Увидели Ю.А., который шел рядом, подхватили и его, не выпуская меня. Понесли к машине, усадили, закрыли дверку и всей толпой покатили машину, пока шофер не дал газ и не оторвался.

Признаться… такого я не испытывал. Не мечтал и не думал, что это возможно в наше время.

«РАССВЕТ НАД МОСКВОЙ»

На спектакле опять правительство. Третий день подряд.

А сегодня аплодисменты после каждой картины. Прием в общем хороший, но не восторженный. Да и сами виноваты в том изрядно. Монтировка из рук вон плоха. Почему-то несобранны артисты…