Категории
Самые читаемые
Лучшие книги » Документальные книги » Биографии и Мемуары » В водовороте века. Мемуары. Том 3 - Ким Сен

В водовороте века. Мемуары. Том 3 - Ким Сен

Читать онлайн В водовороте века. Мемуары. Том 3 - Ким Сен

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 120 121 122 123 124 125 126 127 128 ... 135
Перейти на страницу:

Разумеется, это сновидение, которое было прервано отчаянным зовом: «Брат Сон Чжу! Умоляю, очнись и открой глаза. Если ты не поднимешься, наша страна больше не увидит света!»

Этот крик привел меня в сознание. Кто-то, наклонившись над санями, внимательно всматривается в мое лицо. Я признал в нем комсомольца Валь Рёна, который с первых пор моей борьбы в Гирине находился при мне, выполняя разные поручения, а иногда и работу писаря.

За санями медленно проплывал снежный покров дремучего леса, багровеющего при ярком закате вечернего солнца. Приближались сумерки. Над головой кружились клочки холодного вечернего неба.

Роняя крупные слезы, за санями тащился Валь Рён, который приговаривает: «Брат Сон Чжу! Брат Сон Чжу!» Затем кто-то, — не знаю кто, может быть, О Дэ Сон или другой боец, — приникнув ко мне, отчаянно кричит:

— Товарищ командир! Если вы так уйдете, Корее будет конец!

Бойцы, безмолвно шагавшие впереди и позади саней, вдруг окружают меня и начинают громко рыдать.

Я хотел успокоить их и сказать «Не плачьте!» Но я, совсем изнеможенный, не мог даже открыть рта. Да, в ту минуту, по правде говоря, я и сам был в слезах. Через несколько секунд опять впал в коматозное состояние.

На следующий день утром, видимо, от временного спада температуры я на мгновение пришел в себя и открыл глаза. Вижу — на лесной поляне стоят сани, а вокруг них распластались на снегу 16 моих боевых друзей.

Теперь они не в силах утешать меня, заботиться о них придется мне. Откуда у них возьмутся силы? Несколько дней у них пустые желудки, — ни пищи, ни глотка воды. Только одни бои. Сколько мучились они, чтобы спасти меня. Факт, что последние несколько лет мы с ними жили в тяжких мучениях в Цзяньдао. Но никогда они не выглядели такими изможденными, никогда их одежда и обувь не были в таких лохмотьях.

Я почувствовал невыносимую душевную боль и погрузился в мучительные думы. «Перед нами лежит еще далекий путь. А что же мне делать дальше? Вот они, мои верные друзья, свалились, выбитые из сил. Найдется ли у них сила подняться со снега и вернуться в Ванцин? Да, они, возможно, никогда не смогут встать, их, может быть, навеки занесет эта свирепая пурга. Тогда зачем мне одному жить, да и что дальше делать? Ведь до сих пор я мог беззаветно сражаться, подняв знамя антияпонской борьбы и преодолевая встречающиеся на пути трудности. Всем этим я им обязан: они неизменно поддерживали и уважали меня. И я, со своей стороны, настойчиво боролся, веря в них и опираясь на их силы. Да, без них все для меня немыслимо — ни выживание, ни революция. Они до смерти старались спасти меня, а значит, теперь я должен спасти их. Поднимись сейчас же, и тогда спасешь своих боевых товарищей, зарытых в снегах, продолжишь борьбу за революцию. Но я не могу подняться — нет сил даже пошевелить пальцем! Боже мой, что же делать?!»

Мое сознание опять окунулось в море густого тумана. Смутно ощущаю, что сердце разрывается на тысячи кусочков от крушения цели всей моей жизни, от того, что у меня, бесстрашного феникса, свободно парившего в небесах, сломаны крылья, и я вынужден свалиться на землю. В голове у меня молнией промелькнула мысль: «Если мы здесь не сумеем подняться и останемся прижатым и к земле, то нашисоотечественники, взирающие на нас с надеждой на возрождение, будут вечно горевать от разочарований».

От этой мысли я вздрогнул, как бы от удара электрического тока. Да, будет горевать корейская нация — обрадуются японские империалисты. Отчаяние наших соотечественников предоставит им удовольствие. Если мы свалимся, этому будут рады лишь богачи и милитаристы Японии. Империалисты с тех островов хотят, чтобы мы здесь, в медвежьем углу Маньчжурии, свалились навеки от голода и холода и, отчаявшись, сложили оружие. История еще не дала нам праваумирать. Если каждый из нас, не выполнив задания, возложенного на него историей и эпохой, погибнет и станет горстью рыхлой земли, наверняка останется для родины блудным сыном. К тому же это не дело в какой-либо одной семье или в роду! Значит, станешь неверным сыном народа — того, кто родил и растил тебя! Нет, нет, мы не будем блудными сынами своего народа!

Я потер горстью снега веки бессильно слипавшихся глаз и стал соединять нити молнией промелькнувших размышлений.

…Если мы, бойцы революционной армии, будем навечно зарыты в ледяных снегах на Тяньцяолине, то японские империалисты сразу же обрушат на наш народ в десять, во сто раз больше репрессий. Они и сейчас, когда здравствует КНРА, жестоко выжимают все соки из нашего народа, яростно злобствуют, предпринимая попытки сделать корейцев «верноподданными японского микадо».

Японские империалисты после выхода в 1933 году из Лиги Наций хотят возместить свой ущерб, понесенный из-за экономической блокады, экспроприацией корейской нации. Если в 20-е годы состряпанный генерал-губернатором Сайто план роста производства риса, политика увеличения сбора хлопка и тутовых шелкопрядов убыстряли процесс классового расслоения в корейской деревне и усугубляли трагедию крестьян, которым приходилось бросить землю, покидать свои насиженные места, то во времена правления генерал-губернатора Угаки политика «индустриализации Кореи», «поощрения добычи золота», «развития хлопководства на юге, овцеводства на севере Кореи» превратила слабое хозяйство Кореи в придаток для поддержания пахнущей порохом японской милитаристской экономики. Сталь, каменный уголь, хлопок, овцы — все, что выкачано из Кореи, отдано на алтарь у крепления государственной мощи и вооруженных сил Японии.

Корейский язык и письменность оказались в состоянии неофициального диалекта. Вся прогрессивная печать была брошена в костер японскими самураями. На Родине множатся лишь военные плацы и тюрьмы. Пресловутая Со дэмунская тюрьма со следами пролитой нашими патриотами крови не в силах вместить всех заключенных, число которых все растет. Теперь, говорят, тюрьма эта расширяется. Японские магнаты, военщина, грезящие о мировом господстве, и их холуи продолжают бешен ую гонку на колеснице милитаризма. До вспышки китайско-японской войны остаются считанные дни. Спустить курок винтовки — все это зависит от решения японской военщины. Фашистами Германии и Японии с небывалой скоростью надвигаются угрозы с запада и с востока земного шара. Их черные тучи чреваты опасностью новой мировой войны. Как же в такой час, когда контрреволюция отчаянно неистовствует с злобой, мы, решившие покончить с ней, можем отчаиваться хоть на миг и сетовать на трудности сложившейся ситуации?

Пусть рухнет небо, но мы должны во что бы то ни стало выжить и продолжать революцию. Что же станется со столь многими делами в Восточной Маньчжурии, ждущими наших рук, если мы не вернемся туда живыми? Если мы свалимся здесь, падем на колени, то корейцы, наверняка, станут вечными рабами японских империалистов…

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
1 ... 120 121 122 123 124 125 126 127 128 ... 135
Перейти на страницу:
На этой странице вы можете бесплатно скачать В водовороте века. Мемуары. Том 3 - Ким Сен торрент бесплатно.
Комментарии
Открыть боковую панель