Тавриз туманный - Мамед Ордубади

- Об этом я читал в "Китаби-Эгдэс" и "Бэян", - заметил я.

- Прекрасно. А в "Китаби-Эгдес" и "Бэян" написано: "Бог выразил свою волю и свой свет в лице человека, не бывшего учеником мектэба и не видевшего медресе".

- Все это со всеми подробностями я читал не только в "Китаби-Эгдэс", но и в произведении "Фэраид". Ошибок, допущенных здесь, больше, чем в упомянутых выше книгах. И я прошу вас сравнить 464 страницу с тем, что написано в "Китаби-Эгдэс" и "Бэян". Что же касается вопроса о том, что Баб и Бэха родились мудрецами, то и тут я должен заметить несколько слов: если бы история Баба и Бэха-Уллы насчитывала, как история Магомета, тысячелетие, то возможно нашлись бы люди, верящие в их чудесное рождение. К сожалению, школьные товарищи Баба и Бэха-Уллы живы, а школы, в которых они обучались, полностью сохранились.

Начнем хотя бы с Баба. Он сын ширазца Мирза Рзы. Зовут его Алимэхэр. В Ширазе они известные мануфактуристы. Еще будучи юношей, Баб обучался под руководством Шейх-Мухаммеда, известного под прозвищем Шихабид. Затем он поехал в Кербалу. И там брал уроки у ученика Шейх-Ахмеда - Ахсаи, Руштюли Сеид-Казыма. Помимо того, Баб как в самом Ширазе, так и в Бэндэрпуште и Багдаде учился в нескольких медресе. О каком же тут чуде и учености от рождения может быть речь?

А теперь скажу несколько слов о якобы родившемся в свет мудрецом и ученым Мирза-Гусейн-Али, называемом Бэха-Уллой. Почему в юности Мирза-Гусейн-Али брал уроки у доктора Мирза-Назарли, если он действительно, как вы утверждаете, родился ученым? К чему было ему брать уроки у учителя, не имеющего законного образования? Зачем он учился в городе Сулеймание? Зачем он брал уроки у Шейх-Абдурахмана, почитавшегося "раиси урефа" (глава мудрецов). Разве не в городе Сулеймание написал Бэха-Улла свой религиозный трактат "Икан"? Разве произведение это не называлось прежде "Китаби хулия"?

Доказав здесь всю несостоятельность теории о рождении Баба и Бэха-Уллы учеными, я должен осветить еще один вопрос, остающийся темным и не совсем ясным.

- Какой же это вопрос? - растерянно спросил Мир-Асадулла.

- К сожалению, для разрешения этого вопроса, я снова должен сослаться на ваши религиозные трактаты "Вэян" и "Икан" Если господин сеид разрешит, я остановлюсь на этом вопросе.

- Прошу, - проговорил Ага-Мир-Асадулла.

- Просим, просим, - воскликнули мисс Ганна и ориенталист Гертман.

- Прежде всего я должен остановиться на вопросе о так называемой божественности Баба и Бэха-Уллы. Как Баб, так и Бэха-Улла основали свое учение на базе одной из весьма спорных исламских сект. Каждый из них вынужден был выступить как имам шиитского чтения, ибо Магомет заявил, что является последним пророком и потому к каждому, именующему себя так, отнеслись бы, как к лжепророку. Прав ли я сударь?

- Да, правы.

- Объявившись имамом, они, чтобы стать пророками, в своих религиозных трудах выдвинули лозунг: "В каждом веке луч божий проявляется в лице одного человеческого существа. Сперва явился в мир Моисей, затем Иисус, затем Магомет, а после Магомета - я". Так ли как я говорю судар?

- Да.

- Прекрасно. А теперь скажите, какие у вас доказательства божественности Баба и Бэха-Уллы?

- Мы не называем их богами.

- Нет, называете. Разрешите напомнить вам несколько фраз из произведения Баба "Бэян". Вот что пишет Баб: "Кто хочет узреть Адама, Ноя, Сама, Авраама, Исаака и других пророков, пусть узрит меня. И Магомет и Али это я. И Гасан и Гусейн во мне". Предположим, что все это - истина. И верить этому возможно. Ибо подобно тому, как у Баба не было никаких сверхъестественных и сверхчеловеческих черт, так их не было и у перечисленных им пророков, и в том, что он говорит об этом громко, нет никакого безбожия и греха, ибо и сам Магомет в своей книге пишет: "Я такой же человек, как вы". Однако Баб не довольствуется тем, чтобы быть только пророком. В своем "Бэяне" он говорит: "Я бог". Бэха-Улла в "Икане" пишет об этом еще откровенней. Он говорит: "Баб не пророк, не халиф, не имам. Явление его - это явление бога. Это пришествие бога на землю. Бэха-Улла - бог единый, абсолютный. Он творец неба и земли. И на горе Синайской с Моисеем говорил сам Бэха-Улла". Теперь я спрашиваю вас: верите ли вы в эти истины, возвещенные в "Бэяне" и "Икане"?

- Должны верить.

- Действительно ли Баб, явившийся на землю, бог?

- Да.

- В таком случае, как быть с утверждаемой мусульманами теорией о незримости бога? Остается ли она? Или, отбросив божественное свойство незримости, бог перебросился на землю?

- Нет, бог по-прежнему незрим

- Теперь я задам вам еще один вопрос: по верованию мусульман бог един и иного бога нет. Что вы скажете на это, могут ли быть два бога?

- Нет, не могут.

- В таком случае на основании ваших же слов мы придем к выводу, что... Хотя, по правде говоря, это будет большой дерзостью...

- Говорите.

- Бэхаистов, дающих богу совладельцев, и Баба, почитающего себя богом, должно считать нечестивцами, а их учение и книги ложными. Если б у Баба и Бэха-Улла проявились сверхчеловеческие черты, возможно, невежды и те, кто пока не отрешился от дурмана религии, могли бы сплотиться вокруг них.

- Они у них есть! - воскликнул Ага-Мир-Асадулла. - И у Баба, и у Бэха-Уллы имеются черты, не присущие людям. В этом я могу уверить вас.

Стол был накрыт. За ужином Ага-Мир-Асадулла был не в своей тарелке. Его авторитет перед ориенталистом был подорван, и он потерял возможность привести его к бэхаизму.

***

Встав из-за стола, мы перешли пить чай. Я и Ага Мир-Асадулла старались избегать дальнейших споров; мне не хотелось углубляться в этот вопрос, я не хотел оскорбить Ага-Мир-Асадуллу. Мисс Ганна и ориенталист Гертман настояли на продолжении спора. Сначала они обратились ко мне, но я сослался на то, что очередное слово принадлежит Ага-Мир-Асадулле, в прерванном споре он обещал привести доказательства божественности Баба

- Великолепно! - отозвался он. - Я могу привести вам много случаев, о которых вы, вероятно, не слышали. Вам следует знать, что истины, возвещенные Бабом, не провозглашал ни один из пророков. Баб не делит человечество на классы, он возвещает братство всего человечества. Баб говорит: "Лишь через возвещенную мной религию мир придет к истине". С распространением на земле религии Баба, среди народов исчезнут религиозные распри и войны. Религия Баба уничтожит между народами вражду, культура и цивилизация расцветут на прочных основах новой веры.

Сказав это, Ага-Мир-Асадулла обратился ко мне:

- Что вы можете возразить на это? От кого до сих пор приходилось вам слышать что-либо подобное?

- В этих словах, - отвечал я, - нет ничего, доказывающего божественность изрекшего их. Все это выдвинуто было еще задолго до Баба, но с той разницей, что с незапамятных времен великие люди для уничтожения существующей между людьми вражды находили нужным прежде всего ликвидировать религию. Баб же принес человечеству новую веру.

Ага-Мир-Асадулла на мгновение умолк. Бессильный доказать мне свою правоту, он задал вопрос:

- Если б Баб и Бэха-Улла не обладали божественной силой, как могла религия, возвещенная двумя обыкновенными людьми, распространиться по всему миру?

- Иранцы, вынужденные принять ислам, в свое время ввели в него совершенно особое толкование - шиизм. После династии Сефевидов, создавшей под знаменем шиизма могущественное государство, Иран стал ослабевать как политически, так и экономически, уступая свое значение соседним государствам. Шиизм, не опирающийся больше на твердую государственную политику, начал сеять в умах иранцев семена упадочничества и растерянности. И бэхаизм - одно из выражений этой реакции. Иранская интеллигенция рассчитывала, что новая религия создаст решительный перелом в положении Ирана и будет содействовать прогрессу; это способствовало некоторому распространению воззрений Баба.

Учение бэхаистов восприняли недовольные, не желающие мириться с политикой правительства, и когда ученики Баба подняли в Мазандаране, Тегеране, Зэгнане восстания против правительства, уставшие, измученные тиранией шахов и местных правителей мелкие ремесленники, торговцы и другие недовольные элементы примкнули к последователям Баба.

В столкновениях в Ширазе и Джахриге правительственными войсками и последователями Баба было пролито немало крови. Один из последователей Баба - молла Мухаммед-Али с помощью разорившихся кустарей и мелких торговцев овладел городом Мазандараном. И это одна из главных причин, содействовавших распространению бэхаизма. Есть ли необходимость приводить вторую?

Ориенталист поднялся и пожал мне руку. И даже сам Ага-Мир-Асадулла вынужден был любезно заметить:

- Я счастлив, что начал спор не с неопытным и неосведомленным лицом, а с человеком вполне культурным. Если б вы не симпатизировали бэхаизму, вы не смогли бы его так подробно изучить. Что касается некоторых допущенных вами ошибок, надеюсь, с помошью всеблагого Хэзрэти Абдул-Бэха вы их исправите и вступите в лоно истинной религии.