Северные морские пути России - Коллектив авторов

и сотрудники региональных и муниципальных спасательных служб; как правило, они разделяют ее между собой по территориальному принципу: кто ближе, тот и едет337. Промежутки между выездами, часто довольно долгие, могут быть заполнены конспектированием учебников, приведением в порядок формы или другими хозяйственными делами. Однако спасатели – не единственная категория сотрудников, вовлеченных в наземное спасение. Другая группа – оперативные дежурные, которые непосредственно принимают звонки. Основная структура, где работают дежурные, – Центр управления кризисными ситуациями (ЦУКС), но каждое подразделение также имеет своего дежурного. Работа оперативных дежурных больше похожа на работу капитанов-координаторов: они также принимают звонки, собирают информацию и принимают решения относительно необходимых действий. Технологически их работа завязана на собственную систему МЧС, которая пока не дает возможности удаленного наблюдения за местоположением пострадавших подобно системам, используемым капитанами-координаторами, и не имеет таких же средств радиокоммуникации. Коммуникации оперативных дежурных более приватны, если не считать сохранения аудиозаписей всех звонков. Таким образом, повседневная работа спасателей и оперативных дежурных МЧС локальна, и происшествия в море для них – часть ряда локальных происшествий, фиксация и реагирование на которые определяется требованиями к событиям на суше.

«У нас же, у нас же – информация именно только о тех событиях, которые попадали именно под чрезвычайную ситуацию. Это затопление судов. Вот. Грубо говоря. Или там какое-то кораблекрушение. Или как… Какая-то аварийная ситуация, в результате чего судно затонуло. Так вот можно сказать. То есть именно по затоплению судов. Информация, допустим, по… потере хода маломерного флота и рыболовецкого флота – у нас она есть, но ее надо очень долго собирать. Ее надо как бы кооперировать. Почему? Потому что… ну она не подходит ни под какие критерии. Но у нас она есть, она к нам поступает» (ПМ, Суша-6).

Расширение МЧС зоны своей ответственности в 1990‐е – начале 2000‐х затронуло сферу деятельности морских спасательно-координационных центров: в 1995 г. были приняты Постановление № 834 «О плане взаимодействия федеральных органов исполнительной власти при проведении работ по поиску и спасанию людей на море и в водных бассейнах Российской Федерации» и Положение о взаимодействии аварийно-спасательных служб министерств, ведомств и организаций на море и водных бассейнах России, сделавшие МЧС главным координатором спасения на водных бассейнах, включая территориальное море (12 морских миль от берега) (Положение… 1995). Кроме того, МЧС было основным актором в разработке норм аттестации для спасателей (ФЗ № 151, 1995), которые, невзирая на специфику рабочих контекстов, стали общими для спасателей, работающих в любых условиях – и на суше, и на воде, и под водой, и в воздухе. Таким образом, МЧС получило формальный контроль над спасением в прибрежной зоне – т. е. в наиболее людных водных местах, где услуги спасателей требуются в первую очередь, из‐за чего возникла юридическая неоднозначность относительно управления, которая на практике во всех обследованных регионах разрешалась признанием главенства МСКЦ в координации поиска и спасания людей и судов на море. Несмотря на наличие рабочего решения, формальная запутанность в подчинении вызывала у всех информантов (и из МЧС, и из координационных центров) фрустрацию. Правовая коллизия была разрешена уже по окончании сбора данных: в ноябре 2020 г. было принято постановление, определившее координатором любых поисково-спасательных операций на море морские спасательно-координационные центры и подцентры; МЧС получило роль одного из возможных участников (Постановление, № 1928, 2020338).

Таким образом, за координацию спасения человеческой жизни в условиях территориального моря в России, в том числе и на северном направлении, до самого последнего времени были юридически ответственны две организации – спасательно-координационные центры и подцентры и подразделения МЧС. Формальные ровесники, эти организации имеют разную историю: спасательно-координационные центры – продукт развития глобализации и стандартизации управления на море, в то время как подразделения МЧС, хотя и возникли в рамках общего тренда, отмеченного и в других государствах (переориентация гражданской обороны на ответ на угрозы гражданской жизни)339, тем не менее имеют сложносоставную генеалогию, которая продолжает определять ряд внутренних процессов в ведомстве и сегодня. Экспансивный рост структуры в первые пятнадцать лет существования создал ряд юридических коллизий, в том числе и относительно координации спасания в 12-мильной зоне. Главным способом решения подобных коллизий стали неформальные договоренности, которым в случае морского спасания немало способствовало наличие морского бэкграунда у их участников с обеих сторон, хотя и не давало абсолютной гарантии (см. критику МЧС сотрудником МСКЦ: Коровин, 2018340).

ОСОБЕННОСТИ ЭКСПЕРТНЫХ НАРРАТИВОВ СОТРУДНИКОВ СПАСАТЕЛЬСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ

Экспертные нарративы сотрудников МСК/ПЦ и МЧС отражают специфику формирования и деятельности каждой из них, так же как и в целом особенности профессиональных культур, к которым они принадлежат. Далее я остановлюсь на общих особенностях этих нарративов с тем, чтобы затем в каждом случае обозначить их отличия друг от друга. Несмотря на задачу спасения человеческих жизней на море, люди как объекты спасения занимают не очень много места в этих рассказах. Главный фокус этих нарративов – различные технические медиаторы спасения: транспорт, оборудование, экипировка, системы мониторинга судов. В МЧС интервью с сотрудниками на их территории часто переходило в экскурсию по зданию с демонстрацией имеющихся средств транспорта, оборудования и спецодежды с комментариями об их состоянии, удобстве в использовании и частоте применения. Рассказ о своей деятельности у них часто начинался с упоминания о наличии/отсутствии необходимых технических «расширений», если воспользоваться термином М. Маклюэна (Маклюэн, 2003), или оценки их состояния:

«Инф. 1: Ну как бы как вам сказать, чего мы здесь делаем? По сути мы здесь ничего не делаем. То есть ну как бы…

Инф. 2: Только начинается.

Инф. 1: Да, только начинается.

Инф. 2: Развиваться.

Инф. 1: То есть особого здесь обеспечения нету, ну ничего не предоставлено.

Инф. 2: Ни техники, никакого там материально-технического обеспечения у нас тоже нету.

Инф. 1: Мы так… на пожарных, что-то случается там, поиски. На пожар выезжали здесь ребята.

<…>

Инф. 2: Даже вот если по нашему комплексу, да, который в [городе] у нас там как бы…

Инт.: Да, да, мы видели, очень красивый у вас там.

Инф. 2: Вроде красиво все, да, но техника какая-то смешная, вот эти „Бураны“ четырехтактные.

Инт.: Мы видели. Вот здесь, да, такие же?

Инф. 2: Да. Не знаю, вот местный народ ходит, смеется как бы. Ну мы сами охотники и рыбаки тоже, там с [города] вот. Ну это не техника, это ерунда» (ПМ, Суша-1).

Или:

«Зона ответственности МЧС в территориальном море. Вот меня как бы вопрос, он в тупик ставит. У нас нет морских судов. У МЧС»