Музыкальный приворот. Книга 1 - Анна Джейн

— Что? — равнодушно бросил он.

— Келлочка, — милым голосом спросила Нинка, — что ты делаешь?

— К Дашеньке собираюсь, — услышала она в ответ наглые слова. — Ну что я могу делать, королева, посредине ночи? Сплю я.

Девушка очень хотела задать неприличный и провокационный вопрос «с кем?», но вместо этого кротко сказала:

— Милый, прости меня. Я погорячилась.

— В чем ты погорячилась?

«Провались ты в яму, переполненную дерьмом!» — яростно подумала девушка, не привыкшая оправдываться перед кем бы то ни было.

— В том, что безосновательно предъявила тебе обвинения, у которых фактически не было доказательств, — решила воспользоваться юридической формулировкой Журавль.

— То есть ты извиняешься? — повеселевшим голосом спросил парень.

— Да.

— Скажи: «Келла, прости меня, пожалуйста, любимый», — откровенно веселясь, попросил драммер.

— Чего? — на миг истинная сущность каким-то звериным рыком вырвалась из тщательно маскирующейся девушки, в которой на самом деле жил дух дракона.

— Повтори, королева: «Келла, прости меня, пожалуйста, любимый», — крайне веселым тоном сказал синеволосый.

«Гореть тебе в аду. Моем личном», — сжала зубы Нина. Она вновь встала с кровати, подошла к окну, и, глядя на чуть светлеющий восточный край неба, на котором почти совсем не было видно звезд, в отличие от его западного и северного соседей, произнесла очень отчетливо:

— Келла, прости меня, пожалуйста. Лю-лю… любимый, — на последнем слове ее голос чуть не сорвался. Нинка сейчас явно готовила особо тепленькое местечко для музыканта в своем личном аду.

— Что еще за лю-лю? — жизнерадостно отозвался тот.

— Тебе послышалось.

Наверное, барабанщик известной группы понял, что немного переборщил, поэтому он примирительно ответил, что, конечно же, он прощает свою любимую и вообще ждет не дождется завтрашней встречи.

— Какой еще встречи? — не поняла девушка.

— Твоей, моей и еще двух человек, — объявил синеволосый и зевнул. «Действительно, что ли, спал? — подумала Нина, — и обо мне забыл?»

— Не собиралась я с тобой в воскресенье встречаться, — отрезала девушка. — Мы в среду к Эльзе едем.

— В среду — да. Но и в следующий понедельник тоже, девочка моя. Я же пообещал поехать к твоей родственнице, только если ты со мной погуляешь. Но ты не должна меня бояться, — и он расхохотался в голос.

«Смеется тот, кто смеется последним», — мрачно подумала Журавль.

— Готовься, королева. Я и Кей хотим двойное свидание, — поведал ей Келла.

— Чего? Вы что, японских мультиков пересмотрели, что ли? — осведомилась девушка, все больше и больше понимая, что тот, кто влюбился в нее, — тупица и мальчишка по сути.

— В общем, бери свою подругу, будет классное двойное свидание. Кею для новой песни надо, — зачем-то пояснил обладатель эксцентричной прически.

В результате девушке пришлось согласиться, и, естественно, первым и единственным кандидатом на роль четвертого, заключительного звена на таком вот безбашенном свидании стала Катрина Томасовна.

Келла, услышав согласие Ниночки, которая не хотела упустить возможность поближе познакомиться с обожаемым Кеем, еще минут двадцать распинался в том, какая она распрекрасная, и описывал перспективы подобного вида свиданий.

— Ладно, королева, ты уже, наверное, спать хочешь?

— Хочу, — тут же сказала девушка, хотя сна у нее не было ни в одном глазу.

— Тогда прощаемся, девочка. Кстати, а почему ты вдруг решила мне поверить? Ты ведь так рассердилась. Кричала, ругалась, — насмешливо спросил парень, заставив мою подругу мысленно пообещать его убить при первой же возможности.

— Подумала, что ты мне лгать не будешь, — немного подхалимски прозвучала фраза Нинки, которая совсем не хотела рассказывать музыканту о Бабе-яге, который, к ужасу девушки, вернулся в город и теперь точно будет доставать ее, несчастную.

— Тогда спокойной ночи, милая, — проговорил заботливо Келла, — самых сладких снов моей девочке.

— Спасибо, тебе тоже отличных сновидений, — ответила с такими же интонациями Журавль, а про себя подумала: «Чтобы тебя во сне слоны на части разорвали и съели. Или чтобы в рабство к извращенцам попал, червяк».

— А можно последний вопрос? — игриво спросил молодой человек, до того как Нина успела нажать на красную кнопку.

— Да, — милостиво разрешила она.

— Во что ты сейчас одета? — невинно поинтересовался парень. — Какое у тебя белье цветом, м?

— Козел, — все-таки прорвало Нинку, и она отбросила телефон в сторону, чтобы избавиться от искушения рассказать Келле о том, к представителям каких зоологических видов он относится.

Музыкант, услышав о том, что он представитель подсемейства козьих, ничуть не расстроился — более того, он расхохотался.

— Ну что? — с ленивым интересом посмотрел на него один из близнецов, входящих в группу «На краю», сняв большие наушники, в которых играла громкая агрессивная музыка.

— Норм, — поднял большой палец кверху Келла. — Поверила. А, черт, я думал, это конец! Как я так прокосячил, а? Писал Дахе, попало королеве, — и он с размаху упал на большой мягкий диван, на котором возлежал ноутбук, валялись какие-то журналы (в том числе и парочка таких, кои консервативные пожилые люди скорее всего назвали бы непотребным чтивом), пара металлических банок, хрустящие обертки от чипсов и распечатанная пачка сигарет. Именно ее схватил Келла, и, лежа закурив сигарету, с удовольствием затянулся.

— Следи за своими девчонками, и все будет в порядке. А я же говорил, что мой знакомый — отличный хакер, — покачивая в такт взлохмаченной головой, на которой еще пара часов назад красовалась модная молодежная прическа, отвечал один из близнецов.

— Точно, отличный — пятнадцать минут, и взломал почту и аську демоницы. Охрененно!

— Королевы, — насмешливо поправил синеволосого Кей, входящий в комнату с очень усталым лицом. — Называй ее королевой, не забывай.

— Не забуду. А, черт, эта Ниночка такая клевая, жаль, что пока недоступная. Где шарился? — выпустил новую порцию дыма Келла, но в это время Рэн так громко включил колонки, что ворвавшаяся в помещение музыка не дала никому расслышать ответ Кея. Он решил, что тяжелую музыку лучше всего слушать не в одиночку, а всем вместе, и отсоединил тонкий провод наушников от музыкального центра.

А Нинка в это время злилась. Успокаивать свои нервы девушка стала онлайн-просмотром любимого реслинга, который транслировал известный американский спортивный сайт, а также поеданием прямо в постели большого пакета чипсов и шоколадки, которые покупались Ниной тайно ото всех. От брата и сестры — потому что они мигом могли уничтожить «неприкосновенный запас», а от родителей — потому что они не одобряли подобного рода пищу, считая ее «одним большим консервантом». Поедая «запрещенные» кушанья, девушка неотрывно следила за борьбой двух спортсменов, сражающихся за пояс чемпиона ВВЕ в тяжёлом весе. Нинка особенно болела за любимого реслера, который всегда почему-то ходил с белым, как мел, лицом и имел кучу татуировок и пирсингов. Наверное, у нее в роду была написана любовь ко всяким «неформатным» молодым людям и мужчинам.

Уснув на заре в обнимку с нетбуком, Журавль и встала, соответственно, очень поздно. В то время когда Катрина наслаждалась обществом Кея и его машины, Ниночка неспешно и вкусно позавтракала, обсудила какие-то материальные вопросы с мамой, порадовалась отъезду сестры, посплетничала о соседях сверху и только потом вспомнила, что должна предупредить лучшую подругу о свидании в понедельник. Но не только предупредить — еще и уговорить, что в принципе у нее хорошо получилось.

С чувством выполненного долга Нинка записалась на прием к маникюрше и, пребывая в хорошем настроении (ее любимец вчера все-таки выиграл злосчастный пояс, обрушив на голову соперника неизвестно откуда взявшийся стул), даже ответила на эсэмэски Келлы и двух парней, которые решили пригласить ее на свидание. Им, правда, не повезло, ибо свое предпочтение блондинка, конечно же, отдала Келле — путеводителю к богатствам тетушки Эльзы.

Когда Нинка решила отзавтракать еще раз, ее спокойствию пришел конец. На телефон начал названивать Баба-яга, о котором Ниночка уже успешно позабыла. Каждый раз она блокировала его номер, чтобы Валерий оставил ее в покое, и каждый раз молодой человек менял номера, горя желанием услышать голос любимой. И сегодня, едва услышав в трубке знакомую восторженную речь: «Любимая моя Ниночка, это я…», девушка занесла номер неизвестного телефона в черный список, а потом и вовсе отключила телефон.

— Лучше бы на его месте был Кей, — произнесла она и задумалась. — Нет, главное, чтобы он так не унижался.

— Что ты говоришь, дочка? — не расслышала Софья Павловна, сидевшая рядом и гладившая Кота.