Страсти по Фоме. Книга 1 - Сергей Викторович Осипов

одним — оргиями. Жизнь двора превратилась тоже в нескончаемую оргию крови и плоти, промискуитет был узаконен…

«Что, что?» — переспросили слабоумные, боясь незнакомых ученых слов, которые могли значить только новое неиспытанное на них лекарство или такую же процедуру, вроде «закрутки». «Беспорядочная половая связь», — бессильно опустил руки советник. «А! — обрадовались сумасшедшие. — Ну-ну!..»

Меж тем, с легкой руки магистра Ордена Голубых Кругов, был разгромлен Орден Розовых Кругов, а его магистр убит, и Орден Голубых Кругов занял главенствующее идеологическое положение в стране. Начались разорительные для Кароссы войны, мор, голод. Депрессии короля становились все чаще и чаще, пытки и оргии все страшнее…

Все это или нечто подобное Фома уже слышал от кого-то, кажется, от соседа по столовой, буйно помешанного старика рыбака, нагло заявлявшего, что это он поймал все эти розовые и голубые картонные кольца, украшавшие их палату.

— Достаточно, — сказал он, закрывая глаза, — что-то я с вами устал, господин советник.

Советник продолжал еще, по инерции, говорить, но Фома его не слушал, с блаженной улыбкой считая трещины на потолке. С этой улыбкой он и проснулся под пристальными взглядами Доктора и секретаря.

— Извините, господа, в доме скорби манная каша, — поделился он с ними, охорашиваясь от сна и с удивлением замечая, что Танер его не любит.

— Может быть, нас здесь тоже покормят или хотя бы кофе принесут? — спросил он еще, чтобы отвести от себя слишком пристальные взгляды.

— Кофе заказан, — был сухой ответ.

Оказалось, не прошло и пяти минут.

Его превосходительство государственный советник сэр Торонтел Меркин появился вместе с кофе. Неожиданно отворилась потайная дверь, ворвался уже знакомый шум и гомон недалекого веселья и в кабинет вошел высокий, лысоватый мужчина с брезгливым выражением лица. Фома с искренним сожалением узнал в нем клиента своего дурдома, того что снился.

Секретарь поспешно вскочил:

— Ваше превосходительство, господа Джулиус и Томас, странствующие рыцари!

Доктор и Фома молча кивнули головами, причем Фома не преминул справиться о здоровье его превосходительства. Советник недоуменно посмотрел на своего помощника, тот едва заметно пожал плечами и сделал такое выражение лица: мол, не обращайте внимания, ваше превосходительство, я от него еще и не такое слышал!.. Доктор, в свою очередь, тоже быстро взглянул на Фому: ты с ума сошел? — спрашивал его взгляд. — Это уже не трактир!

«Доктор, здесь одни сумасшедшие!» — ответил ему Фома ясным взглядом. После перекрестного обмена взглядами беседа возобновилась. Советник витиевато, хотя и несколько надменно поведал им о безграничной благодарности короля и о сожалении последнего, что не может сам лично передать эту благодарность — дела. Но он просит господ странствующих рыцарей быть завтра у него на обеде, устроенном в их честь, на котором его величество сможет выразить все те чувства, которые переполняют его.

Доктор в том же духе, церемонно, поблагодарил его величество в лице советника за оказанную честь и сказал, что они счастливы принять это милостивое приглашение. Фома присоединился к словам своего товарища, присовокупив только, что изумлен способностью его величества работать в глухую ночь под такую разнузданную музыку, что доносится до него. Он кивнул в сторону потайной двери. Последовал еще один обмен взглядами. Фоме все это надоело.

— Я бы хотел знать, после того, как получил благодарность его величества и сожаление о том, что встречи сегодня не будет, можем ли мы с моим другом рассчитывать на отдых?

— Конечно, господа! — хмыкнул советник. — Но прежде, все-таки позвольте узнать, кто вы такие и откуда? Насколько я понимаю, вы у нас впервые?

— Впервые, — подтвердил Фома. — Мы, как правильно заметил ваш помощник, странствующие рыцари, ищем, так сказать, счастливую дольку.

— И откуда вы?

— Послушайте! — возмутился Фома, не придумав, что на это сказать. — Это что, допрос? Я согласился с тем, что ваше величество бессмертно, но не любит говорить о своем здоровье! Хорошо, бессмертно так бессмертно, но всему есть предел!..

Он возбужденно прошелся по кабинету.

— В конце концов, мы оказали вам услугу и немалую, насколько я понимаю! Причем здесь — откуда? Разве вы спрашиваете у доктора, откуда он взялся, когда он спасает вам жизнь?.. Откуда?.. Оттуда!..

Фома махнул рукой вверх: с потолка, мол… — и исчез.

Советник и его помощник судорожно переглянулись, потом посмотрели на Доктора. Так они стояли в молчании, друг против друга.

— Господин Джулиус! Что происходит? — не выдержал советник.

Его изумление постепенно переходило в возмущение.

— Его нельзя волновать, он выходит из себя! — меланхолично сказал Доктор.

— Что это за фокусы? Немедленно верните его обратно!

— Хорошо, господа, он вернется, а пока обсудим наши дела…

Дома Фома обнаружил красочную открытку с двумя огромными золотыми кольцами и похожими на розовых молочных поросят купидонами. Это было приглашение на свадьбу Ирины. Ну вот и все, подумал он, последний человек, который меня терпел. Через некоторое время зазвонил телефон. Звонила Ирина.

— Как сегодня? — удивился он. — Когда?.. Через два часа?!

Он повертел открытку: действительно сегодня, в шестнадцать ноль-ноль, состоится торжественная церемония бракосочетания, за которой воспоследует банкет, посвященный этому радостному событию.

— Да, да, — рассеянно отвечал он. — Я только сейчас ее увидел.

— А где ты пропадал эти три недели, я тебе каждый день звонила? — кричала Ирина в трубку.

— Где?.. — Фома удивился: какие три недели? — Там же, где и всегда.

— Не было тебя в баре!

— А ты уверена, что мне надо приходить? — спросил он.

— Фомин, ты негодяй! Ты будешь последним подлецом, если не придешь на самый светлый праздник моей жизни! — предупредила Ирина.

— Ну, а жених-то тоже так думает?

— Причем здесь жених? Это же моя свадьба!

— А, извини, я не знал! Но он-то хоть приглашен?

— Фомин, ты подлец! Если ты испортишь мне и этот праздник, я сама