Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Топор снова попал в цель, погрузившись в сухожилие на шее дракона. Для Скьяландира то было укусом муравья. Болезненным, раздражающим, но едва ли смертельным. То же относилось и к заклинанию, направленному в его бок, и к укусам тех крошечных ружей. В действительности, не было ничего, чем бы эти мелкие создания могли ему по — настоящему навредить. Настало время заканчивать эту комедию.

Скьяландир просчитал свои возможности. Он может дыхнуть огнём на аэростат над металлической гондолой. Когда он прорвал аэростат, то обнаружил внутри тысячи небольших газовых шаров. Дракона был достаточно сообразителен, чтобы подметить — именно они удерживают корабль в воздухе. И если выпустить на них огонь…

Будет ли заклинание, наложенное на меч и защищающее его владельца от драконьего дыхания, защищать неживую конструкцию? Скьяландир сомневался. Он преподаст урок этим непрошеным гостям — гномам, вторгнувшимся в его владения и загрязнившим его охотничьи угодья своими машинами. Он убьёт их, как убил всех прочих гномов, которые выступали против него. Он уничтожит это судно точно так же, как уничтожил городки вокруг своего логова, а они никак не смогут его остановить.

Или, возможно, ему следует продолжать бить по металлической гондоле? Если та отделится от аэростата, все, кто находятся внутри, полетят вниз навстречу смерти. Тогда он сможет в своё удовольствие разобраться по одному с теми созданиями, что на аэростате. Что — то внутри его измученного искривляющим камнем мозга предпочло последний вариант. Как более жестокий.

Дракон сознавал, что оставшиеся гирокоптеры приближаются. Ну и пусть. Их паровое дыхание не может повредить ему, а жалкие взрывающиеся яйца едва могут поцарапать его бронированную шкуру. Да и вряд ли они осмелятся воспользоваться своим оружием столь близко к воздушному кораблю. С куда большей вероятностью они повредят собственное судно, чем причинят ущерб Скьяландиру.

Макс почувствовал волны магической энергии над головой. «Защитное заклинание, — предположил он, — причём вызванное не волшебником». Все волшебники обладают собственным магическим почерком, столь же особенным, как голос. И если его не замаскировать, почерк этот может быть распознан собратом по магическим искусствам. Искушённый практик, вроде Макса, способен даже определить расу и, в большинстве случаев, пол заклинателя, но в данном случае зацепки не было. Возможно, предмет или руна, но всё же имелся намёк на то, что за этим стоит какой — то чуждый интеллект.

«Сейчас не время выяснять», — подумал Макс. Через некоторое время после высвобождения заклинания, он обнаружил, что обманулся, полагая, что сможет действительно нанести вред дракону. Он способен поранить, причинить боль, но так же способен убить дракона, как жало пчелы — слона. Существо слишком огромно и могущественно, и по самой своей природе окутано столь большим количеством магии, что Макс не способен нанести ему существенный вред.

«Вот и ещё одно существо, более могущественное, чем я, — криво усмехнувшись, подумал Макс. — В последнее время они попадаются мне на каждом шагу».

Среди прочих мыслей промелькнула мысль о заклинании побега, но он сомневался, что из этого получится что — либо путное. Вероятнее всего, оно не сможет перенести его через всё расстояние до земли, но даже если сможет, то он будет двигаться в том направлении, что сейчас, и с той же скоростью. Если же Макс будет и на земле перемещаться с той же скоростью в том же направлении, что и „Дух Грунгни“, то, скорее всего, разобьётся о скалу, дерево или какое — либо иное препятствие.

И Макс не был уверен, что хочет уходить. Ульрика оставалась на корабле, а он не желал её оставлять. Пока она жива, он никуда не пойдёт.

Феликс смотрел на дракона. Он чувствовал, что тот словно насмехается над ним. Существо летело чуть дальше, чем требовалось для удара, и игнорировало оскорбления, выкрикиваемые Готреком и Снорри. Феликс сознавал — дракон желает дать понять, что способен уничтожить их в любой момент. Он играет с ними. Похоже, правдой оказалось всё то, что Феликс когда — либо читал о злобности и жестокости драконов.

Он ощутил краткий приступ отчаяния. После всего пережитого, неужели конец станет таким? Едва ли казалось справедливым, что оставшись в живых после множества приключений, Феликс погибнет в случайном столкновении в горах Края Мира. И потом, кому дано знать, когда наступит смертный час? Рано или поздно удача оставляет любого, а в последнее время Феликс начал подозревать, что и так израсходовал больше удачи, чем ему положено. Феликс жалел лишь о том, что тут была Ульрика, и что в этот последний момент он находится не рядом с ней.

Феликс бросил взгляд на Готрека, чтобы увидеть, как Истребитель поведёт себя теперь, в последние секунды своей жизни. «Вполне подобающе», — решил Феликс. Гном размахивал своим топором и выкрикивал угрозы дракону. Снорри поддерживал.

Краем глаза Феликс заметил, как нечто по дуге поднялось вверх, чтобы оказаться над драконом, а затем обрушилось вниз, словно пикирующий ястреб.

Варек сжимал рычаги управления гирокоптера и разочарованно теребил бороду. Он сделал всё что мог для уничтожения дракона, но органная пушка на того не подействовала, и Варек не смог попасть в него бомбами. Теперь дракон собирается уничтожить „Дух Грунгни“.

Но самое худшее то, что на борту воздушного корабля находятся утраченные богатства Караг — Дума и молот Огнебородого — легендарное оружие народа гномов. Если „Дух Грунгни“ будет уничтожен, молот снова будет утрачен, на сей раз, вероятно, навсегда. Варек гордился тем, что сделал для экспедиции, гордился быть членом команды воздушного корабля, и пока ещё гордился, что принял участие в экспедиции, которая возвращает древнее руническое оружие его соплеменникам. Варек сознавал, если сейчас они потерпят неудачу — он обреет свою голову и станет Истребителем, чтобы искупить свой провал. Он понимал, что не сможет жить с сознанием того, что, зайдя настолько далеко и вытерпев столь много, они всё — таки не смогли в итоге удержать успех. Варек понимал — подобное станет терзать его всю оставшуюся жизнь.

И секунду спустя его осенила мысль, он понял, как решить свою проблему. Если он станет Истребителем, ему потребуется искать смерти в бою против могучих чудовищ. Перед ним как раз такое. Он не сможет найти другое, столь же величественное — в этом Варек был уверен. Он обладает оружием, способным убить чудище, пусть и ценой собственной жизни. Но это станет великим деянием. А гибель Варека навечно внесёт его имя в анналы истории народа гномов и навеки прославит его клан и предков. Одним махом он сделается Истребителем драконов и спасёт жизни всех своих товарищей. Не собираясь предоставлять себе шанс передумать, Варек немедленно приступил к делу. Он рванул рычаг управления гирокоптером, заклинив его на максимальной скорости, и направил машину прямо на дракона.