Без помощи вашей - Роман Суржиков

К немалому разочарованию, вздохи и стоны утихли. Двое, находившиеся в спальне, больше не миловались, а беседовали. Мира услышала воркующий голос Кларенса:

– …кошечка, зачем тебе он понадобился?

Графиня мурлыкнула пару слов и поцеловала альтера. Он шепнул что-то в ответ и сделал что-то, от чего Сибил сладострастно вздохнула. Но вместо того, чтобы продолжить ласки, Кларенс сказал:

– Поверь, моя сладкая, ни к чему тебе это. Не влазь в эти дебри, прошу.

– Это еще почему? – голос графини стал тверже.

– Собачье логово… – несколько слов выпало, – …скверно окончится.

Какой-то шорох и чмоканье. Он попытался ее поцеловать и, кажется, не слишком успешно. Снова шорох. Что они там делают?.. Подглядывать в замочную скважину – это еще во сто крат хуже, чем подслушивать! К счастью, в скважину с той стороны вставлен ключ, избавляя от соблазна.

– Поясни-ка мне, дорогой, о чем ты толкуешь, – голос графини.

– Ну, если ты хочешь напрямую… – голос альтера.

– Уж будь любезен, скажи напрямик!

– Ты заводишь опасные знакомства, вот я о чем.

– Неужели?

– Ну, сперва Генри Фарвей, этот старый пройдоха-царедворец. Видишь ли, первый советник считает Фарвея своим человеком. Если советник узнает, что ты пытаешься переманить его союзника, то начнет кусаться.

– Я не…

Снизу, из трапезной, донесся звук шагов. Мира прижалась к полу, прячась в тень от балюстрады.

– …всякую чушь! – девушка поймала лишь концовку фразы.

– Дело твое, дорогая. Фарвей – еще полбеды. Но потом тебя видят с Катрин Катрин. Две дамы пьют чай под утро после бала… Уже рассвет: те спят, эти разъехались по домам, парочки прячутся в укромных уголочках. Казалось бы, кто мог вас видеть? Так вот, поверь, кому надо – те увидели.

– И что с того? – фыркнула графиня.

Действительно, что с того?.. И кто вообще такая Катрин Катрин? Вместо ответа Кларенс продолжил мягким, но твердым тоном:

– А теперь ты просишь свести тебя с Уильямом Дейви. Генералом Уильямом Дейви, вторым полководцем Короны – для ясности. Те, кто следит за тобой, – а таких, уж поверь, немало, – какие выводы они должны сделать?

– Да мне плевать на них!

– А им на тебя – нет. Ты пытаешься снюхаться с императорскими собачками, вот что решат. И не с простыми, а самыми крупными и кусачими из собачек! Заводишь дружбу с людьми, к кому владыка прислушивается! Это многие заметят… и не одобрят.

– Все так делают, – Мира легко представила себе жест руки, каким графиня отмахнулась от слов альтера. Тот, однако, настаивал:

– Не сейчас, дорогая моя. Только не сейчас. Очнись – через месяц летние игры! Все знакомства при дворе давно поделены. Все собачки давно знают, чей корм едят.

– А я вот думала, они служат императору.

– Ага, служат – ему. И лижут пятки – тоже ему. Но вот погладить себя позволяют и другим. Фарвей спелся с герцогом Альмера. Катрин Катрин – альтесса Шиммерийского принца. Генерал Дейви пьет с младшим Ориджином. За каждой собачкой, уж поверь, стоит какой-нибудь индюк.

– Поясни-ка, почему это Эрвину можно пить с генералом, а мне – нет?

– Лорденыш пьет с ним уже года три, а ты хочешь начать сейчас – накануне игр и реформ! Неужели не ясно?

Раздраженный упрямством графини, Кларенс говорил все громче. И к лучшему: Мира могла даже не жаться к двери, все равно отчетливо слышала речь.

– Говоришь, каждая собачка лижет чьи-то пятки? – голос графини скрипнул. – И чьи же выбрал ты?

– Твои, конечно.

Кажется, Кларенс подкрепил ответ действием – леди Сибил хихикнула.

– Прекрати, прекрати!

Когда он прекратил, то заговорил с неожиданной серьезностью:

– Как твой верный пес, я должен сказать. Дружба с архиепископом будет последней каплей. Если Айден Альмера и все его бесчисленные союзники еще не сделались твоими врагами, то непременно станут таковыми.

– Какая еще дружба? С каким архиепископом? – даже Мира сквозь дверь услышала фальшь в смехе леди Сибил.

– Ах, брось! Галлард Альмера, опальный приарх Праотеческой Церкви. Ты встречалась с ним в мае, потом вы беседовали на балу. Завтра он явится к тебе в гости.

Вот так новость! Сам архиепископ приедет к нам на обед?! Мира еще не знала об этом, так откуда узнал Кларенс?

– Ты следишь за мною?! – рыкнула графиня. – Как ты смеешь?!

– Не слежу, а присматриваю, чтобы ты не натворила бед и не навредила самой себе, – примирительно сказал альтер.

– Присматриваешь за мною? Я кто тебе – доченька? Младшая сестренка? Я что, нуждаюсь в твоей опеке?!

– Уймись, не свирепей.

– Как тебе только пришло на ум! Подлец, нахал!

Послышалась возня, злое придыхание графини, чмоканье губ. Кларенс попытался заткнуть ей рот поцелуем. Кажется, успешно: когда леди Сибил вырвалась, ее голос звучал уже мягче:

– Эта ваша мужская дурь… Вечно вы уверены, что женщине не обойтись без вас…

– Так ведь правда: куда вы без нас, а?

Он снова поцеловал ее, и графиня окончательно смягчилась.

– Ладно… что ты говорил про архиепископа?

– Ходят слухи, что ты давно с ним знакома. Кто не поленится, тот сможет узнать: Галлард Альмера был в Уйэмаре на празднествах в честь Семнадцатого Дара богов. Ты тоже была там – еще девчонкой.

– А кто там не был? – хихикнула графиня.

– Ага…

Звук поцелуев перемежал дальнейшие слова.

– Что еще есть обо мне гадкого и пошлого? – медово мурлыкнула леди Сибил. – Раз уж ты собрал коллекцию, то поделись!

– Да нет, больше ничего такого…

– Неужели? Говори, говори! Хочу вместе с тобою посмеяться!

– Ну, это уже не то, чтобы слух…

– Не слух?.. Как жалко!

– Люди этого не говорят, но я вот подумал про этого Галларда Альмера…

– Так-так, любопытно!

– Прошу, только не злобись. Это всего лишь мысль… Просто я давно тебя знаю, и вот подумал…

– Говори уже!

Голос Кларенса превратился в неразборчивый шепот.

– Что, правда? Ты так подумал? – воскликнула графиня и рассмеялась. – Проказник! Вот же выдумал!

– Ай!..

Раздался стук и звон. Кажется, леди Сибил столкнула альтера с кровати, и тот грохнулся на пол, по пути опрокинув что-то. Графиня хохотала все громче, пока вдруг не вскрикнула:

– Нет, не смей!.. – и тоже полетела с кровати.

Мира прыснула, представив себе картинку. Из комнаты слышалась веселая возня.

– Сладкая моя!..

– Хочу вина! Еще!

Звон колокольчика.

– Не смей звать слуг! Я что, покажусь им… хи-хи… в таком виде?

– Ладно, я сам выйду. Для тебя – что угодно, дорогая!

Сообразив, что сейчас произойдет, Мира опрометью кинулась к лестнице. Она преодолела уже целый пролет, когда дверь спальни со стуком распахнулась, и имперский конюший крикнул, давя смех:

– Эй, кто-нибудь! Вина для госпожи!

Стрела

Семнадцать раз за время, пока пишется история человечества, боги посылали людям Дар. Реже, чем единожды в столетие.

Семнадцать раз где-то среди просторов Империи исполинская сила взламывала земную твердь, и Дар возникал в разломе. Чаще всего он представлял собою открытую пещеру, по которой разбросаны, вдавлены в ее стены, укрыты в закоулках и гротах несметные сокровища. Пещеру стали называть ложем, ибо сама она – не Дар, а лишь емкость, в котором он хранится.

Бесценное содержание Даров составляли Священные Предметы, рассыпанные в ложе. Предметы – творения Богов, произведения их непостижимого искусства. Кто видел хоть один Предмет, не усомнится в этом: рука человека не способна создать ничего подобного.

Предметы могут творить удивительные вещи. На заре человечества с их помощью святые Праматери исцеляли смертельно больных, призывали дожди или солнце, превращали воздух в питьевую воду, а воду – в пищу; поднимались в небеса, будто птицы. Вложив в Предметы частицу своего могущества, боги отдали их Праматерям и Праотцам. С помощью этой силы святые предки нынешних дворян сумели вытащить человечество из бездны невежества, голода, грязи и хворей, подчинили себе кочевые племена и создали первое государство. Мощь Священных Предметов в хрупких ручках Праматерей заложила фундамент Империи Полари.

Лорд Ориджин, имперский наблюдатель Филипп Лоуферт, механик второй гильдии Луис Мария и трое северных рыцарей стоят на тропе, окаймляющей провал. У их ног – бездонное ложе Дара. Весь остальной отряд отправился в глубину, на поиски.

– Боги, несомненно, благоволят к нам, господа! – говорит Филипп, сверкая глазами. – Мы принесем Империи богатейший подарок, наши имена войдут в легенды и останутся в веках! Скоро мы пустимся в обратный путь, неся несметные сокровища! Владыка щедро вознаградит нас!