Другие правила - Валерия Аристова

вам стоит задерживаться здесь. Завтра я приглашу нотариуса, и вы сможете ознакомиться со всеми бумагами, выразить свои пожелания относительно проживания вашей жены и ее содержания.

— Мадам де Медин уже ознакомлена с ними? — спросил дон Хуан, впервые называя ее своим именем, от чего расстроился еще больше.

— Нет, — Жорж усмехнулся, — я стараюсь не тревожить ее. Она подпишет все позже. Мадам де Медин, — он снова усмехнулся, — согласна на любые условия, которые я сочту приемлемыми. Я думаю, что вам лучше не встречаться с ней, она еще не совсем оправилась и вряд ли захочет вас видеть.

Свет окончательно померк. Дон Хуан сжал губы.

— Наверно вы правы, — сказал он, — нам лучше не встречаться.

На этом аудиенция была окончена. Жорж де Безье сослался на какие-то дела и пригласил лакея, который проводил дона Хуана в его комнату. Дон Хуан оказался в самом дальнем крыле замка, и не запомнил всех лестниц и переходов, которыми его вели. Жорж явно не желал его встречи с Валери.

К ужину его тоже не пригласили, подав его в комнату, и сопроводив это решение глубокими извинениями господина графа де Безье, который срочно вынужден был уехать из города до завтрашнего дня.

Стало окончательно ясно, что в замке Безье его не ждали и не собираются долго терпеть. Жорж без лишних слов указал ему его место в жизни Валери. Дон Хуан сидел за столом, не прикасаясь к еде, и размышлял о собственном безумном поступке. Он согласился на раздельное проживание только ради того, чтобы увидеть свою жену. Хоть на один день. Он видел ее издали, и это все, что ему было позволено. Но он хотел большего.

Замок города Безье был огромен. История его начиналась с римской виллы и продолжалась все последующие века, оставив от каждой эпохи по стене, дому или башне. Все эти постройки были связаны между собой кривыми переходами, лестницами, тайными дверьми и узкими коридорами. Так и не прикоснувшись к ужину, дон Хуан, который не мог больше сидеть на месте, покинул комнату и отправился бродить по замку. Себе он говорил, что просто посмотрит замок, но в тайне надеялся, конечно, встретить Валери или хотя бы тайком взглянуть на нее еще раз.

Оказавшись с Валери под одной крышей, но не в состоянии увидеть ее, он впал в какое-то нервное состояние. Понимая, что Жорж де Безье сделает все, чтобы предотвратить его встречу с его женой, и что через два дня, как только будут подписаны все бумаги, Жорж выставит его за дверь, дон Хуан решил во что бы то ни стало увидеть Валери. Просто посмотреть на нее. В конце концов она — его жена, и он имеет право общаться с ней, даже если они по обоюдному желанию готовы подписать соглашение о раздельном проживании.

Через час блужданий по замку дон Хуан ни на шаг не приблизился к своей цели. Один темный коридор сменял другой, и он понял, что заблудился, потому что с трудом представлял не только, в какой части замка он находится, но и даже то, на каком он этаже. Тем более было совершенно невозможно найти свою комнату.

Тогда он сделал единственное, что было возможно. Он нашел лестницу, которая вела вниз, и спустился до самого конца, где небольшая деревянная дверка вывела его в сад. Если войти с главного входа, то можно попросить дворецкого проводить его в его комнату, в гостиную, в столовую, где его не ждали, куда угодно.

Но дворецкого на месте не оказалось. Видимо он тоже блуждал по коридорам замка. Дон Хуан стоял в широком холле совершенно один. Была уже поздняя ночь и слуги ушли спать, поэтому его шаги звонко отдавались в пустом помещении, лишенном других звуков.

И тут ему повезло.

Где-то наверху послышались легкие шаги, и по лестнице промелькнула тонкая фигурка. Дон Хуан узнал ее издали.

— Сафи! — позвал он.

Девушка остановилась, замерла, а потом медленно стала спускаться к нему вниз.

— Доброй ночи, мессир, — сказала она.

Она стояла на последнем пролете, и не собиралась спускаться ниже. Дон Хуан смотрел на нее снизу в верх. Он готов был поклясться, что она искала встречи с ним. Сафи молчала, но он знал, что у нее есть, что передать ему.

— Сафи, я желаю видеть мадам Валери, — сказал он без предисловий, — граф де Безье не хочет нашей встречи, но я должен обсудить все с ней без посредников.

— И желательно без свидетелей, — весело усмехнулась Сафи.

— И без свидетелей, конечно, — повторил он.

— У Вали нет никакого желания говорить с вами.

Повисло молчание.

— Вали, конечно же, известно, что вы в замке, — продолжала Сафи через некоторое время, — она не желает видеть вас, поэтому послала меня сообщить вам, чтобы вы не искали встречи с ней. Мессир Жорж будет говорить вместо нее.

— А тебе не кажется, что это глупо? — спросил он, желая скрыть глубочайшее разочарование и подступающую к груди злобу, — мне проще обсудить все с ней, чем говорить через третье лицо. Неужели Валери... мадам де Медин, так боится меня?

— Боится? — Сафи рассмеялась, — нет, конечно же нет. Она... она очень сильно на вас обижена и у нее нет никакого желания видеть вас.

— Я тоже на нее обижен и не очень-то желаю видеть ее, — сказал он, — но я проделал такой путь не для того, чтобы играть в прятки. Попроси мадам выйти ко мне завтра утром. Я клянусь, что не отниму у нее много времени!

Он развернулся и ушел обратно в ночь не попрощавшись. И только пройдя до самого дальнего крыла по дорожке парка он понял, что его всего трясет, как в ознобе, и что руки его холодны, как лед. Сам не зная зачем, он вернулся к центральному входу и стал бродить по аллеям, потом сел на одну из скамей и так и сидел, уронив голову на руки, не зная, чего ждет, и не зная, что делать дальше.

Возможно, он сам не отдавал себя отчета в том, что ехал сюда не для того, чтобы расстаться с ней навсегда. И если умом он хорошо понимал, что Валери никогда его не простит, то в тайне надеялся, что она тоже ждет встречи с ним. Теперь же, когда стало очевидно, что в замке его совсем не