Висенна. Времена надежды - Михаил Бобров

— Не переживай! — засмеялся Сэдди Салех. — В хорошей компании времени не заметишь. Ведь как говорят у нас, в Пустоземье…

Спарк порадовался этому «у нас» — и прослушал пословицу. Впрочем, очень скоро проводник выучил ее наизусть: «За хорошим делом даже дни опадают листьями».

2. Дни опадают листьями. (Весна 3740 — лето 3742)

Листья шелестели вокруг собравшихся. Лето еще не вошло в силу. Большая поляна перед главными воротами новой Школы укрывалась в зеленой шепчущей тени. На поляне широким кругом расположились люди и звери. Посередине кольца говорил русоволосый маг в серой мантии — Хартли, наставник Школы Левобережья.

Наставник представлял учеников и учителей друг другу. Он нарочно выстроил их вперемежку, чтобы все сразу ощутили себя как «Мы, Школа» — а не учениками против учителей. Хартли окончил Академию Великим Магом; а стихией избрал Разум. Разум охотно и много пользуется словами, так что Хартли любил и умел поговорить красиво.

Учителей для школы призвали из Башен, особым приказом Доврефьеля. Первым и лучшим среди них все признавали старика Стурона, посвященного Жизни.

Затем шел Раган, лесной медведь из редкого племени просто медведей, или промедов. Отличался от прочих не ростом или там шерстью, как лесные гиганты Ур-Син, или горные коротышки Соэрра. Великий Маг Огня был среднего роста, и ничем на первый взгляд не примечателен. Выдавали его глаза: то зеленые, то синие, то алые, затем желтые; вдруг фиалковые, потом черные, словно тьма в колодце, и опять васильковые; и вновь солнечные, и так до бесконечности.

Учитель Воды звался Лагарп. Спарк смутно помнил его еще по первому перелету в Академию. Когда с Ахеном на Панталере добирались, то в Башне Лагарпа делали остановку. Как большинство башенных колдунов, Лагарп держался отшельником, а на его парадной мантии четко выделялись складки — от долгого лежания в сундуке.

Стихии Воздуха обучал Кентрай, пестрый грифон с резкими движениями и скрипучим голосом. Половинчатых людей или действий Кентрай не признавал, требовал во всем доходить до конца, и о том уже успел поспорить со всеми учителями, да и с половиной учеников.

Противоположность Воздуха — Земля. Земле посвятили при закладке Школу Левобережья. Ежик Лингвен, соплеменник Дилина, звался Великим Магом и представлял ключевую стихию Школы.

Учеников набрали немного. Четыре молодых парня из охотничьих семей, с заимок. Шесть ежей. Столько же медведей, все — лесные громадины Ур-Син. Восемь и один — Братство Ручья. Всего выходило три восьмерки с единицей.

Маги-наставники обитали в большом здании, в левом крыле. Середину занимал главный зал, на галерею вокруг которого выходили десять дверей — комнаты для занятий. Правое крыло заполняли припасы, учебные пособия и приборы. Остаток места разделили на клетушки и отдали ученикам. Но те пока что предпочитали спать под небом: дождей не предвиделось. Завьюжит зима, тогда и в стены. А пока госпожа Висенна дарит ласковой погодой — не отвергать же подарок.

За учебным корпусом в школьном дворе возвели обширный амбар. Слева от ворот начали строить Башню — ради грифоньей почты, наблюдения за звездами и ради магической сети. Пару дней назад, пока ученики еще съезжались, Спарк спросил наставника: отчего школу не учредили возле какойлибо существующей Башни? Ведь намного меньше строить бы пришлось! Хартли вежливо и подробно объяснил: тут-де лучшее место, чтобы принимать гостей… все ближайшие Башни — или не имеют достаточно полноводного источника, или в дальнем каком урочище стоят… а между строк Спарк яснее ясного услышал: школа должна быть здесь! Потому, что отсюда мы дотянемся, наконец, до северовосточных окраин. Потому, что вокруг Школы рано или поздно вырастет поселок, торговая поляна. Будет наезжать Опоясанный, разбирать споры и жалобы; накатают колею скупщики пушнины и привезут взамен дорогую северную соль… Окрестность покроется заимками, хуторами на пожогах. Укрепится разумным населением.

Словом, пора осваивать северо-восток, вот ради того и вынесли новую школу так близко к опушке, насколько это вообще возможно. И понял Спарк, что за спиной Хартли — те самые кромешники, которые издавна спорят с Великим Доврефьелем, и которых под Седой Вершиной представлял Дилин. Подумал и вздохнул: вот и опять новые люди, новые имена… долго ли я буду их помнить? За каждым собеседником океан мыслей, сновидений, личной и родовой памяти — но зачерпнешь из того океана лишь малой кружечкой личного понимания. На первый взгляд можно сказать, что медведь Раган и ежик Лингвен поддержат наставника. Грифону людские свары безразличны: Кентрай успел прожить лет триста, и предполагает прожить еще столько же. А за шесть сотен лет сгладится почти любой спор. Видимо, старые и мудрые колдуны, Лагарп со Стуроном, думают так же. Они никогда не противоречат наставнику, уважая его власть и должность. Но и не спешат радоваться новым замыслам, обсуждают их подолгу…

Долгая и цветистая речь Хартли, наконец, закончилась. Ученики и учителя согласно поклонились общим поклоном, потом разошлись по двору: готовить праздничный ужин. На ужине сперва друг друга дичились, и только въевшись, развязали языки. Пошли здравицы, пожелания, смешные повести. Называли имена и прозвища, и тотчас же забывали их. Охотники хвастали зимними шубами; медведи — собственными. Ежи на спор метали стальные иглы — в днище бочки с пятидесяти шагов, в браслет витой — с тридцати, наконец, в перстень — с трех восьмерок. Несмотря на то, что к последнему кругу метатели изрядно подвыпили, иглы ложились кучно, а над редкими промахами зрители беззлобно смеялись. Далеко заполночь расползлись, наконец, по спальникам.

Утром доели праздничные блюда, прибрали поляну — и началось обучение. Для большинства началось оно с грамоты. Науки посерьезнее собирались давать к осени — когда выявятся склонности, характер и способности учеников. В Братстве читать-писать не умели только Некст и Остромов. Зато из прочих шестнадцати азбуки не знал ни один. Спарк перекинулся парой слов с охотником, тот отвечал прямо:

— Магом там или кем еще, стану ли, нет — мне все равно. А что книги читать задаром выучат, так за тем и пришел. Потому что нашей семье надо хоть один грамотный, чтобы с приказчиками из ХадХорда меховые обороты вести. Все-то они мелкими закрючками ловчат; где и надувают нас, то поди поймай, если читать не можешь.

Платы за обучение, по традиции, с первого набора не требовали. Но и кормить школяров никто не собирался: не маленькие уже. Так что, вперемежку с уроками, те охотились, запасали на зиму мясо. Наставники тем временем обсуждали, кого чему учить. Ясное дело, всем это было крайне любопытно. Да не так-то просто подслушивать Великих Магов — в особенности, если те всерьез не хотят быть услышанными.