Барсук (СИ) - Бывший Читатель

хватило разума не подходить. И плевать, что под ногами разъяренной женщины лежал Слизнорт. Чай, не красна девица. Директору надо — пусть сам и спасает. А они в сторонке постоят.

— Помона, что произошло? — спросил Дамблдор, аккуратно ступая на покрытый сажей пол. — Что вы такое не поделили с Горацием?

— Альбус-с-с… — от шипения женщины Снейп содрогнулся. Потому что она никогда не шипела и всегда хохотала, когда сам зельевар начинал подражать символу своего факультета. Но сейчас это звучало зловеще. — Скажи пожалуйста, старый друг, ты совсем обалдел? Уточню: ты совсем обалдел приглашать преподавать того, кто не осознает всей нашей школьной «кухни» и только усиливает межфакультетскую вражду?

— Э… Помона, о чём речь? Твои барсучата же ни с кем почти не конфликтуют!

— Правильно, потому что мы всегда нейтральны… Но если нас разозлить, мы очень даже враждебны!

Женщина чуть повела палочкой, но от молнии, выстрелившей из неё, со стены брызнули осколки.

Прикрывшись щитом, Снейп оглянулся и с удивлением увидел, что полугоблин, кроме стандартных щитовых чар, что-то высекает прямо на каменном полу.

— Коллега, чем вы заняты?

— Готовлюсь к взрыву, — буднично ответил Флитвик, не отрываясь от своего занятия. — И вам советую то же.

— Зачем?..

— Потому что в последний раз она так злилась почти тридцать лет назад, — нервно хихикнул полугоблин. — Именно поэтому Астрономическая башня настолько открытая. Ремонт после гнева Помоны возможен только вручную… И да, там не осталось ни стен, ни крыши. Вот сколько лет прошло, а ремонт еле движется…

— Ааа…

Мужчина снова повернулся к главным действующим лицам. Директор мягко пытался уговорить строптивую травницу не сердиться и отпустить опального зельевара с миром. Слизнорт, о котором шла речь, уже не пытался сбежать. Он не отводил взгляда от палочки разъяренной женщины и явно потел от мысли, что та молния может повториться.

Другие преподаватели прятались за углом. И даже МакГонагалл, вернейшая последовательница директора, не рисковала сейчас выйти из укрытия.

Стараясь не привлекать внимания, зельевар подошёл к женщине.

— Профессор, вы не объясните, что происходит? Чего все так трясутся? Профессор Спраут, бывает, выходит из себя, но всё не так страшно…

— Ты очень молод, Северус, — мужчина оторопел, услышав, что голос несгибаемого декана Гриффиндора дрожит, как заячий хвост, — и не знаешь, КАК страшна Помона в гневе… И если у Альбуса получится её успокоить, клянусь, я пойду в «Три Метлы» и осушу стакан Огденского за его здоровье!

— А вы не окосеете? — с усмешкой поинтересовался Снейп.

Можете это назвать любопытством, идиотизмом или гриффиндорством… Хотя второе и третье мужчина всегда считал одним целым, но Снейп вышел из-за угла и подошёл к троице, стоящей в разрушенном коридоре. И едва пройдя границу заглушающих чар, он начал понимать, в чем дело. И тут же раскаялся в своем недальновидном поступке, осознав, что вновь поступил как последний из гриффиндорцев — влез в самую гущу!

— … сказал, что он будет поощрять талантливых студентов! А то, что студентка Минервы напала на моего хаффлпаффца — это мелочи!

БАХ! Излишне энергичный мах палочкой породил ещё одну молнию, оставившую выщербину на стене. Слизнорт икнул и упал в спасительный обморок. Снейп не посчитал это за малодушие. Всё же наблюдать, как в пядях от твоей головы молния выбивает каменные осколки, под силу далеко не каждому…

— Помона, Гораций всегда имел некую ммм… заинтересованность в студентах. Да и ты привечаешь тех, кто увлечен Травологией! А Филиус очень трепетно относится к энтузиастам-исследователям…

— Но ни я, ни Филиус не заводим любимчиков, которых стали бы выгораживать, Альбус, — процедила Спраут. Снейп едва не отшатнулся, чувствуя явную угрозу. — И мы не закрываем глаза на их проступки.

— Помона, прошу тебя! Северус не потянет ещё и занятия зельеварения!

Мужчина напрягся. Не то чтобы он сильно жалел Слизнорта — преподавателем он был аховым. Свое дело он, может, и знал, но знания у его учеников редко задерживались.

Но если женщина случайно убьет коллегу, то кому бы достались все его уроки? Разумеется, Снейпу!

— Профессор, прошу вас, — чуть кривясь от осознания своего «падения», выдавил Снейп. — Слизнорт не самый лучший образец преподавателя, признаю. Но вы его уже предупредили! Больше он этого не допустит! Верно? — Спраут насмешливо фыркнула. Видимо, по её мнению, вопрошать бессознательное тело было явно лишним. — Ладно, он ответит, когда придет в себя. Но он в жизни не посмеет обижать твоих барсуков!

— Хммм… Ладно, — женщина убрала палочку. — Но я его предупредила.

— Безусловно, Помона! — оглянувшись, Снейп увидел директора в конце коридора. Когда только успел, стервец! — Северус, проводи Помону! Филиус, помоги Горацию! Минерва, в мой кабинет, нужно поторопиться и составить расписания!

— Что это было?! — спустя две чашки кофе, обильно сдобренного коньяком, Слизнорт пришел в себя настолько, чтобы связно излагать свои мысли. — Когда я соглашался, Альбус не говорил, что Помона так сильно изменилась! Мерлинова борода! Да она больше была похожа на разъярённую тигрицу!

Флитвик вежливо покивал:

— Привыкай, Гораций. Такое веселье у нас последние лет пять…

— Мерлин… Но я же всегда привечал талантливых ребят, что изменилось-то?..

— А то, Гораций, — неодобрительно покачал головой полугоблин, — что твоя талантливая Уизли напала на выводок Помоны. А у неё в последнее время сильно развит инстинкт наседки. Да и староста у неё… Ух!

— Староста? Это он доложил?

— Скорее всего. Раньше барсуки бы подобное замолчали, но теперь у них там Тафнел, поэтому…

— Тафнел… Тафнел… Найджел