Барсук (СИ) - Бывший Читатель

парень поманил девушку за собой, и они встали на мертвый якорь напротив проблемного купе. Гриффиндорцы заворчали, но предъявить ничего не могли, и поэтому нехотя, но начали успокаиваться.

— Родители не согласились уехать?

Салли-Энн погрустнела и опустила голову.

— Они… Они сомневаются. Министерство, конечно, признало Его возвращение и то, что Поттер сражался с ним, но… Они будто надеются, что это всё же шутка…

— Это они зря, — покачал головой Найджел. — Сейчас время дорого. Ты же сама рассказывала…

— Да, знаю… Но… Мама… Папа пытался её убедить, но… Она будто боится уехать…

— Надежда… В данной ситуации это ненужное и даже вредное чувство, — заметил парень.

— Как можно! Это же надежда! — возмутилась Салли-Энн. — Только она нас поддерживает в это трудное время…

— Вот именно. Я не говорю, что она не нужна. Но иногда надежда ослепляет, лишая чёткости зрение. Я не против, что нужно верить в лучшее. Но сидеть на месте, потому что ты надеешься на лучший исход… Это не очень умно.

— Я… Я постараюсь убедить маму… На рождественских каникулах. Да. Я очень постараюсь.

— Вот и правильно. А теперь пошли, — кинув взгляд в купе, Найджел убедился, что проблемные третьекурсники приступили к обсуждению квидичча, и подтолкнул девушку, — пошли, я перекусить хочу.

Но по дороге в купе старост ребята встретили Захарию Смита, который стоял, прислонившись к стене, закрывая лицо руками. Решительно подойдя ближе, Салли-Энн опустила руки парня и ахнула:

— Кто это тебя?!

— Девчонка Уизли, — морщась от многочисленных царапин и ссадин, ответил Захария, наблюдая, как старосты достают склянки с зельями и чистые тряпочки. — Не надо, само пройдёт.

— Не «само пройдёт», а за мной иди! — Перкс решительно потянула парня в ближайшее купе. — Найджел, займись Уизли, хорошо?

— Не получится, — возразил Смит, делая слабые попытки вырваться. — Это всё Слизнорт видел. И он её похвалил и увёл с собой, восхищаясь мастерством выполнения сглаза.

— Вот как… Ничего, чего-нибудь придумаю. Скоро вернусь.

И с этими словами парень зашагал в обратную сторону, вспоминая, где во время обхода он видел гриффиндорцев.

— Хэй, Уизли, выйди. Поговорить надо, — поиски увенчались успехом, и в одном из купе он увидел рыжую шевелюру гриффиндорского старосты. Тот нахмурился, но не торопился выходить. — Да не бойся, я не кусаюсь. Это по поводу твоей сестры.

После этих слов рыжик вышел в коридор и захлопнул дверь, не дав выйти Грейнджер.

— Что тебе?

— Уизли, твоя сестра напала на моего подопечного. Наслала Летучемышиный сглаз. Мне фиолетово, кем она себя считает, сразу скажу. Но то, что она напала на моего однокурсника, на хаффлпаффца — это уже серьезно.

— И что хочешь? Чтобы я снял баллы? Обойдешься!

— А какой вообще смысл от этого? Нет, Уизли, я хочу, чтобы ты вдумчиво пообщался со своей сестрой и попытался донести до неё ма-а-аленькую мысль: она перешла черту, напав на хаффлпаффца. Беспричинно.

Один залёт — и я устрою ей темную. Вспомни, что случилось в прошлом году с твоими братьями в начале года. Поверь, для неё я постараюсь ещё больше…

— Только попробуй, тварь… — зашипел рыжий, вытаскивая палочку. — Я тебя…

— Напугал… Но она может этого избежать. Просто пусть держится от моих хаффлпаффцев подальше, и я её не трону. Хоть на это хватит твоего братского авторитета? Или она тебя тоже ни во что не ставит?

Последние слова явно были сказаны зря. Уизли взмахнул палочкой, выкрикивая какое-то заклятие, на что Найджел пригнулся и выкрикнул своё:

— Конфундо! — глаза парня остекленели, и он замер, с отсутствующим видом пялясь в пространство. — Нда, что теперь делать-то?..

— Рон, что тут у вас?..

— Конфундо! Чёрт, а вот это уже плохо выглядит, — задумчиво крутя в руке палочку, пробормотал Найджел, глядя на парочку гриффиндорских старост. — Хотя… Точно! — прищелкнув языком, он затолкнул обоих в купе и, отцепив значок старосты от формы Уизли, наставил на него палочку. На задней поверхности значка начали проступать руны. — В конце концов, хуже точно не будет…

В купе Найджел возвращался довольный как слон. Он регулярно экспериментировал с рунами, но проверять на людях опасался. Поэтому собаки и коты, водящиеся в окрестностях приюта, массово обзаводились модными самодельными ошейниками. Варианты, давшие хорошие результаты, парень сохранял и улучшал.

А то, что досталось Уизли, вообще не несло опасности. Какую опасность может нести рунная цепочка, означающая «Добросовестность»? Вот и Найджел считал, что никакой. В конце концов, по сравнению с тем, что произошло этим летом…

В купе он застал идиллическую картину. Захария сидел не шевелясь и лишь морщился, пока Ханна Аббот обрабатывала его царапины. С левого бока к парню привалилась Сьюзен Боунс, уютно посапывая у него на плече. Напротив троицы сидела Салли-Энн, явно получая от всего происходящего какое-то извращенное удовольствие.

Найджел не решился прерывать священнодействующую однокурсницу и кивнул подруге, зовя её в коридор. Умоляющий взгляд Смита он проигнорировал, лишь заговорщицки ему подмигнув.

— Что это было?

— У Сьюз погибла тётя. Амелия Боунс. В газетах писали.

— О чёрт, точно!.. Горе… Как она?

— Плакала. Когда мы пришли, её успокаивала Ханна. А потом они переключились на Захарию и… В общем, каким-то образом Боунс решила, что Смит ей сочувствует, и заснула у него на плече.

— Чем Смит явно недоволен, — хмыкнул Найджел.

— Что с Уизли?