Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

– Данил согласится?

– Он уже согласился. Ему нечего теперь делать в Казахстане. Если ты согласна, он позвонит тебе.

– Да, я очень хочу уехать. Здесь мне тоже ничего не светит.

– Отлично! – обрадовалась Рита. – Я вышлю тебе на почтовку список документов, какие ты должна приготовить для интервью.

– Маргарита Владимировна, я тут вчера встретила Викторию, помните, она незадолго до Вашего отъезда познакомилась с Лазаром, архитектором из Венгрии.

– Да, хорошо ее помню. Как она?

– Она к дочери в гости приехала. Они с Лазаром поженились через полгода после знакомства. Виктория живет в Венгрии. Она попросила Вам письмо по емейлу отправить. Хотите, я Вам его сейчас прочитаю, а потом наберу на компьютере.

– Давай читай. Страшно интересно!

– Сейчас, оно у меня на столе возле компьютера лежит. Вот: «Дорогая Риточка! Большое Вам спасибо за Лазара. Он оказался замечательным человеком! Можно было ждать 50 лет, чтобы встретить такого! Мы живем в Дебрецене. Этот город когда-то был столицей Венгрии. Это культурный центр Венгрии. Тут вам и Фестиваль Поэзии, и Дни Джаза, и Международный Конкурс Хоров, и знаменитый Цветочный Карнавал в августе, когда на целую неделю Дебрецен становится Городом Цветов. Символом города считается самая большая в стране реформаторская церковь, в которой в XV веке была зачитана Декларация независимости венгров. Я всей душой полюбила этот город. Мы живем в большой старинной квартире на улице Бёсёрмени, где можно увидеть самую большую ветряную мельницу в Центральной Европе. У мужа свой архитектурный бизнес. Я работаю у него бухгалтером. Мы очень счастливы вместе. Спасибо Вам огромное. С уважением, Виктория».

– Я искренне рада за нее и за себя, что смогла ей помочь найти счастье.

Рита попрощалась с Гульназ, положила трубку и вздохнула с облегчением. Снова появилась надежда, что она увидит сына. «Но я никогда не увижу внучку», – с тоской подумала Рита.

Лариса, квартирантка, снимающая комнату вместе с сыном в бейсменте, в июле 2003 года сообщила, что к ней приезжает дочь. Винсент не согласился, чтоб они все трое жили в одной комнате. Лариса подыскала себе квартиру в Линне. Рита обрадовалась. Она недолюбливала ее, может быть подсознательно ревнуя к мужу. Вернувшаяся из Бразилии Клавдия тоже обрадовалась, теперь она могла перейти в эту комнату в бейсменте, где был отдельный вход и отдельная ванна. Рита снова поставила ее на сайт знакомств, и ей написал компьютерный инженер Эзра, еврей по национальности, его родители были выходцами из Польши. Молодые люди стали встречаться.

15 августа у Лили был юбилей: пять лет, как она приехала в Америку. В субботу утром Лиля приехала в Милтон, чтобы пойти с Винсентом и Ритой играть в гольф. Винсент возил обеих женщин на специальную площадку, где обучают играть в гольф. Сегодня они должны были первый раз играть на настоящем поле. Он увлекался гольфом с детства, играл очень хорошо. Рита с Лилей играли плохо, но им нравился гольф, нравилось быть на красивом зеленом поле, нравилось дышать свежим воздухом. Играли девять лунок. Выиграл, конечно, Винсент. Лиля пригласила Макглесонов в ресторан отметить ее пятилетнее пребывание в Америке. Выбрали французский ресторан на границе Милтона и Квинзи. Это был единственный ресторан в Милтоне. Город был богатый, здесь жили два миллиардера и несколько миллионеров, они платили большие налоги городу, и городу было достаточно денег, чтобы позволить себе отказаться от ресторанов и магазинов, которые создавали шум и трафик в этом небольшом уютном городке. Когда компания вышла из ресторана, было уже около девяти часов вечера.

– Ох, я и не заметила, как время быстро пролетело, – сказала Лиля. – Когда теперь до дома доберусь?

– Оставайся ночевать у нас. Клавдия и Эзра на Кейп Код на выходные уехали, ее комната свободна.

– С удовольствием останусь, спасибо, Винсент, а завтра уеду с первой электричкой.

Рита тоже обрадовалась. Муж ложился спать рано, так что он сейчас уснет, а они смогут с Лилей поболтать.

Приехав домой, Винсент попрощался с Лилей и пошел в спальню. Рита попросила подругу подождать ее в Клавдиной комнате пока она переоденется и принесет ей халат и чистое постельное белье. Войдя в спальню, она увидела мужа, сидящего на кровати. Рита подошла и поцеловала его в лысинку, как она делала всегда, когда у нее было хорошее настроение. Он отдернулся и зашипел:

– Она что, серьезно собралась у нас ночевать?

– Да, – недоумевающе ответила Рита, – ты же сам ей предложил.

– Я предложил из вежливости. Она должна была также вежливо отказаться! Вы, русские, ничего не понимаете в вежливости! Иди и скажи ей, чтобы она уходила!

– Нет, – твердо сказала Рита, – она не уйдет. Ты пригласил ее – неси ответственность за свои слова.

Прихватив в гардеробной пару халатов и ночнушку для подруги и пожелав мужу спокойной ночи, Рита вышла. Спустившись вниз, она не подала вида, что расстроена. Переодевшись, подруги залезли с ногами на кровать, налили себе по бокалу Каберне.

– Как тебе работается на новом месте? – поинтересовалась Рита.

После того случая с кровотечением Спенсер попросил Лилю найти себе другую работу. Они боялись связываться с больной нелегалкой, боялись, как бы не пришлось платить за ее лечение. Лиля нашла работу няни с проживанием в Бруклайне. Проработала там около года, потом, ребенок, за которым она ухаживала, упал из коляски, видимо, она забыла его пристегнуть, и разбил себе лицо. Пришлось его везти в скорую помощь. Няню уволили. Теперь она нашла работу по уходу за престарелой женщиной. Той было 89 лет, жила она в субсидальной квартире в Брайтоне на Вашингтон стрит. Официально жить другому человеку в субсидалке нельзя, но дочь старой женщины сказала, что Лиля может жить, только не попадаться на глаза администрации и жильцам. Спать ей разрешили на диване в зале. Ночью она должна была присматривать за старушкой, водить ее в туалет, менять белье и постель, если та не успевала дойти до туалета, и выполнять все ее указания. Утром, когда приходил социальный работник, Лиля должна была исчезнуть из дома. Она даже не могла разложить свои вещи. Два ее чемодана стояли закрытые одеялом в кладовке. Днем ей разрешалось работать в другом месте. Она нашла себе несколько уборок. Когда работы не было, ей приходилось до 7 вечера где-то гулять, а потом ей предстояла двенадцатичасовая смена со старухой. Такова несладкая жизнь нелегалов.

– Надоело по улицам шляться. И интернета нет, в библиотеку хожу почтовку проверять. Помнишь, ты мне сайт знакомств дала «Бостонматчмейкер»? Мне один