Ересь Хоруса: Омнибус. Том I - Дэн Абнетт

Мурза бросил Силию добираться по улицам трущоб после наступления комендантского часа в одиночестве, но это было вполне в его духе.

Хавсер сделал еще глоток, стараясь усмирить свой гнев. Мурза навлек опасность на всех, и это был уже не первый подобный случай. И даже не самое худшее. Самое худшее еще предстояло пережить, и хоть Хавсеру не хотелось об этом думать, он понимал, что разбираться придется ему.

В спальне было не просто жарко. Здесь было душно. И влажно.

Хавсер распахнул дверь в ванную комнату.

Голый Мурза, поджав колени к подбородку и обхватив лодыжки руками, сидел на полу крошечной душевой кабины. Вода, горячая вода с журчанием стекала на него из старого пластекового бака. Мурза выглядел опустошенным и несчастным, темные волосы прилипли к голове и шее. В одной руке он держал горлышко бутылки с амасеком десятилетней выдержки.

— Навид? Что ты делаешь?

Мурза не отвечал.

— Навид!

Хавсер застучал костяшками пальцев по прозрачной стенке кабины. Мурза медленно поднял голову и, казалось, не сразу его узнал.

— Что ты делаешь? — повторил Хавсер.

— Я замерз, — ответил Мурза.

Говорил он неразборчиво и так тихо, что голос едва пробивался сквозь шум падавшей воды.

— Ты замерз?

— Я вернулся, и мне надо было согреться. Кас, ты когда-нибудь чувствовал такой холод?

— Навид, что произошло? Это же катастрофа!

— Я знаю, знаю.

— Навид, вылезай из душа и давай поговорим.

— Мне холодно.

— Вылезай сейчас же из этого проклятого душа! Выходи и расскажи мне, о чем ты думал, когда договаривался о сделке.

Мурза поднял голову и моргнул.

— Остальные вернулись?

— Еще нет.

— А Силия?

— Никто еще не вернулся.

— С ними ведь будет все хорошо, правда? — спросил Мурза.

Язык у него опять заплетался.

— Только не благодаря тебе, — бросил Хавсер.

Заметив страдальческий взгляд Мурзы, он немного смягчился.

— Все будет хорошо, я уверен. Мы всё спланировали заранее. Все знают, что делать в непредвиденных обстоятельствах. В конце концов, они же не дураки.

Мурза кивнул.

— Вот только насчет тебя я не уверен, — добавил Хавсер.

Мурза поморщился и поднес ко рту горлышко бутылки. В ней осталось уже не больше половины. Он сделал большой глоток, а потом прополоскал рот, словно это был лечебный отвар.

Он сплюнул жидкость на пол, и на хромированном стоке Хавсер заметил кровь.

— Навид, что ты сделал? — спросил он. — Что ты сделал с тем человеком? Как ты этому научился?

— Не спрашивай меня, пожалуйста, — пробормотал Мурза.

— Что ты сделал?

— Я спас тебе жизнь! Я спас тебе жизнь, разве не так?

— Я не уверен, Навид.

Мурза поднял голову:

— Я не должен был этого делать. Но я спас тебе жизнь.

Он опять сплюнул, и вода унесла еще немного крови.

— Вылезай отсюда, — сказал Хавсер. — Ты должен мне все объяснить.

— Я не хочу.

— Это плохой знак. Вылезай из кабинки. Я вернусь через десять минут. И к тому времени ты должен быть готов все мне объяснить. А потом я решу, что сказать остальным.

— Кас, никто не должен знать о…

— Вылезай, и тогда мы сможем все обсудить.

Хавсер спустился в гостиную, наполнил свой стакан и сел в кресло, пытаясь собраться с мыслями. Так он просидел минут пять, а потом вернулись остальные члены группы. Сначала Полк и Лешер, потом близнецы из Эдессы, потом Зириан и его бледный заплаканный ассистент Марис. Последней, когда Хавсер уже начал беспокоиться, пришла Силия в сопровождении Тамера.

— Все уже вернулись? — спросила она, стараясь говорить уверенным тоном, но не в силах скрыть своей усталости и замешательства.

Кое-кто из пришедших сразу поднялся наверх, чтобы помыться и переодеться.

— Да, — ответил Хавсер.

— И Навид тоже? — уточнила она.

— Да.

— Подлец, — пробормотал Тамер.

— Я должен с ним поговорить, — сказал Хавсер. — А пока, прошу вас, не вмешивайтесь.

— Ладно, — с сомнением протянул Тамер.

Хавсер поручил Полку и близнецам приготовить какой-нибудь ужин для всей команды, а Лешера и Зириана, чтобы не тратить время зря, попросил набросать примерный план будущих работ. Он понимал, что все это впустую, но занятие хотя бы отвлечет их от сегодняшнего происшествия. У него самого перед глазами все время был пистолет. Хавсер видел черное отверстие направленного на него дула.

Он снова поднялся наверх. Душ у Мурзы уже был выключен, а сам он в нижней рубашке и камуфляжных штанах сидел на краю кровати. Он даже не вытерся, и с волос капала вода. Амасек он налил в фарфоровую чашку и, держа ее обеими руками, понемногу прихлебывал напиток. Бутылка стояла у его ног на полу.

— Не надо было в это ввязываться, — сразу перешел к делу Хавсер.

— Не надо, — согласился Мурза, не поднимая взгляда.

— Идея была твоя, и она не принесла ничего хорошего.

— Согласен.

— Ты уверял, что все разведал и нам ничего не грозит. Я не должен был тебя слушать. Надо было самому позаботиться о безопасности, предусмотреть план отступления, возможно, взять какой-нибудь транспорт.

Мурза посмотрел на него:

— Да. Но ты этого не сделал, а не сделал потому, что решил довериться мне.

— Навид, почему ты так поступил?

Мурза пожал плечами. Он засунул в рот палец и потрогал что-то внутри, словно проверял, на месте ли зубы. Потом поморщился.

— Ты поддался жадности? — спросил Хавсер.

— Жадности?

— Навид, я могу это понять. Мы с тобой очень похожи. Нами движет одна и та же страсть — отыскать и сохранить эти вещи, вернуть утраченные сокровища нашей расы. Это достойная, очень достойная цель, но она может стать еще и навязчивой идеей. Я это знаю. А мы с тобой очень похожи, как бы мы оба это ни отрицали.

Мурза удивленно приподнял брови, но возражать не стал.

— Ты порой заходишь слишком далеко, — продолжал Хавсер. — Знаю, я и сам через это прошел. Оказывал излишнее давление, давал взятки, совался, куда не следовало, подделывал кое-какие бумаги.

Мурза фыркнул. Похоже, его это насмешило.

Хавсер присел на край кровати рядом с ним.

— Но ты зашел намного дальше, чем я, Навид.

— Прости.

— Похоже, тебя совершенно не волнует, что кто-то может пострадать. Как будто ты готов пожертвовать кем угодно, лишь бы добиться того, чего тебе хочется.

— Прости, Кас.

— Это страсть, хотя и на совершенно ином уровне. Недостойное чувство, эгоистичное.

Мурза уставился в пол.

— Я прав? — спросил Хавсер. — Это действительно эгоизм, как ты считаешь?

— Да. Да, думаю, это верно.

— Ну, хорошо.

Хавсер поднял стоявшую у ног Мурзы бутылку и наполнил свой стакан. Потом протянул руку и плеснул немного амасека в фарфоровую чашку Мурзы.

— Послушай, Навид, — снова заговорил он, — сегодня ты всех нас мог втянуть в неприятности, если не хуже. Это полная катастрофа. И подобные случаи были у нас в прошлом. Я не могу допустить, чтобы такое снова повторилось. Мы должны играть по правилам. С этого момента мы больше не станем пренебрегать безопасностью, ладно?

— Да. Согласен, Кас.

— Отлично, давай подведем черту. Закончим этот разговор. Завтра начнем с чистого листа. Но меня беспокоит не только это, и ты понимаешь, о чем я говорю.

Мурза кивнул.

— Сегодня вечером в тени собора ты кое-что совершил. Я не знаю, что это было. Я никогда не видел и не слышал ни о чем подобном. Насколько я помню, ты бросил этому громиле какое-то слово или звук и сбил его с ног.

— Я думаю… — очень тихо произнес Мурза, — я думаю, что на самом деле я его убил, Кас.

— Проклятие, — пробормотал Хавсер. — Навид, я должен знать, как такое могло произойти.

— Нет, не должен, — возразил Мурза. — Не могли бы мы просто оставить эту тему? Если бы я этого не сделал, он мог тебя застрелить.

— Это я понимаю. Я понимаю, что ты сделал это из лучших побуждений. Я признаю, что ты, вероятно, спас мне жизнь, отреагировал на сложившуюся ситуацию. Но я должен знать, как ты это сделал.

— Почему? Было бы гораздо лучше, если бы ты ничего не знал.

— По двум причинам. Если после того, что произошло, мы и дальше будем работать вместе, я должен убедиться, что тебе можно доверять. Я хочу знать, на что ты способен.

— Справедливо, — признал Мурза. — А вторая причина?

— Я тоже жаден.

Хавсер замолчал. На какое-то мгновение ему показалось, что Длинный Клык заснул или того хуже, но жрец открыл глаза.

— Ты остановился, — сказал он, перейдя на ювик. — Продолжай. В этом Мурзе, о котором ты рассказывал, живет зло, а ты обращаешься с ним как с братом.

Прерывистое дыхание Длинного Клыка по-прежнему сопровождалось кровавым туманом. Складка белоснежной шкуры у него под подбородком стала темной и влажной.