Зеркало иллюзий - black__tiger

“За себя”. За нелюбимого, обделенного вниманием ребенка – любимым и ухоженным. За запятнанного – чистеньким. За того, кто сдался – тем, кто устоял… перед угрозой, перед соблазном – какая разница? За зависевшего от других (от Лили, сокурсников, Пожирателей, Волдеморта, Дамблдора, от Гарри, наконец; от всех, за чей счет он самоутверждался) – независимым и свободным. Заплативший страшную цену – он мстил тем, кто ничего не платил и ничем не жертвовал… по его мнению. Пока не наткнулся на того, кто сам был жертвой. Настоящей. А он этого не понял. Не захотел понять. Отказывался понимать.

Мойры – не кузнецы, а пряхи, но, похоже, что персонально для Северуса Снейпа они заказали Гефесту цепи.

Мародеры… Что – Мародеры? Всего лишь звено в цепочке. И Гарри ощущал себя звеном в той же цепи… последним звеном и потому самым тяжелым. Хотя и понимал, что не виноват. Ибо ничего не знал. Но разве другие — знали?

Каждый был только звеном – кто же знал, что эти звенья сцепляются в кандалы?

“За себя”…

Гарри смотрел на взрослого – а видел рано повзрослевшего мальчишку. Которому не везло. Со всем. Во всем. От начала и до конца. От своих родителей до чужих детей. А свои – так и не сбылись. К сожалению? К счастью?

Любопытно было бы поглядеть на отпрысков профессора зельеварения. А ведь если бы судьба внезапно не раскапризничалась – быть бы сыном Снейпа ему, Гарри… Интересно, какой из Снейпа отец? Наверное, он был бы весь поглощен своими зельями – а сын оказался бы заброшенным… как сам Северус. Или он так же самозабвенно, как зельям, отдался бы воспитанию сына?

Снейп сидел с закрытыми глазами, и Гарри задержал взгляд на непроницаемом лице, укрытом полумаской тени. Ничего нельзя сказать наверняка. Не раскусишь – не распробуешь…

А хотел бы он, Гарри, попробовать, каково быть сыном Снейпа?

Гриффиндорец непроизвольно, но энергично мотнул головой и встряхнулся. Ну, надо же, какая чушь в голову лезет! Не зря Сириус как‑то говорил, что Поттер–младший не так уж и похож на своего отца: все‑таки для такой авантюры Поттеровского в Гарри явно недостаточно.

Бывший профессор, бывший директор, бывший двойной шпион Северус Снейп ожидал любой реакции на свое признание – и все‑таки не той, что последовала.

С заметным облегчением гриффиндорец выдохнул:

— А я думал, за то, что я хоркрукс.

- ???!!!

— Ну, то есть БЫЛ хоркруксом, – поторопился уточнить Гарри, видя, как в расширившихся черных глазах полыхнуло отражение пламени – и хорошо, если всего лишь каминного. А серые – обледенели.

— КЕМ ты был?! – отреагировали Снейп и Блэк на удивление согласным хором.

Надо же, какое трогательное единодушие…

— Волдемортовым талисманом бессмертия. Это получилось случайно. Он сам не знал. Так до конца ничего насчет меня и не заподозрил.

Огонь в камине разгорелся достаточно, но Блэк все равно подался вперед, вглядываясь в Гарри:

— А ты почему уверен, что все так и было?

— Мне Дамблдор рассказал, пока я валялся в отключке внизу на поляне.

Гарри боялся своим признанием причинить боль Блэку – это было ожидаемо, но сдержанность и мрачность Снейпа обескуражили гриффиндорца не на шутку.

— Вы что, не знали? – из воспоминаний вроде бы следовало обратное… – Он же вам верил!

Блэк погасшим голосом обронил:

— Оружию не верят. Его используют.

Вскочил со своего места – нереальный черный силуэт в ало–золотом ореоле – и бросил обвиняюще:

— Он использовал нас – чтобы выковать тебя, и тебя – чтобы закалить Гарри!

Снейп не ответил. Блэк рухнул обратно на стул, но усидеть на нем не смог, вскочил снова.

— Гарри, как ты думаешь, сейчас в Хогвартс можно попасть постороннему?

— Вряд ли.

— А собакой?

У Гарри вырвалось:

— Лучше не надо!

— Может, Минерва возьмет меня преподавать что‑нибудь? Или хоть завхозом?

— Помощником лесничего, – ехидно ввернул Снейп. – Или Главным Привидением Гриффиндора. Вместо Безголового Ника.

— Почти безголового, – машинально поправил Гарри.

— А он – совсем.

— Я не более призрак, чем ты! – возмутился Блэк.

— Зачем тебе это потребовалось? – задавая вопрос, Снейп вовсе не ожидал ответа. Тем более – честного:

— Я хочу добраться до портрета нашего бывшего директора.

— Зачем?

— Поговорить. По–Мародерски.

— Оставь Альбуса в покое, Блэк. Он так настойчиво повторял о выборе только, чтобы у вас не опускались руки. Он лучше любого из нас знал, что выбора – нет. Никакого. Ну, какой был выбор у Трелони? Дар выбрал ее, и Пророчество говорило ее устами – что она могла выбирать? Или у него, – кивнул на Гарри. – Родиться или нет в семье Поттеров? Или… – он устало помолчал, потирая горло.

— Возможность выбора – это иллюзия. Судьба позволяет выбирать, только когда от нашего выбора ничего не зависит.

— А факультеты? – усомнился Блэк.

— А Шляпа? – поддержал его Гарри.

— Не смешите меня, вы оба! Сторонники и противники темного лорда были на всех факультетах.

— Снейп, ты что, серьезно думаешь, что я был бы другим – в Слизерине?

— Нет. Но, может быть, другим стал бы Слизерин?

Гарри задумался, каким мог бы стать Гриффиндор, распределись на него одиннадцатилетний Северус Снейп…

Гарри получил ответ на свой вопрос. Можно было уходить. Но это было бы все равно что распрощаться с хозяином дома, только–только встав из‑за стола… Гарри разрывался между бестактностью и неловкостью, и это отравляло ему и без того малоприятное существование в гостиной Снейпа. Сириус пришел на выручку, поддержав беседу, так неожиданно, будто владел легилименцией:

— Не собираешься выходить из подполья?

— Зачем? Вы же сами сказали, что никто не знает, кроме вас.

— Ну… не совсем удобно, когда тебя нет…

— Мне – удобно, – отрезал Снейп. – А без вас было еще удобнее. – Ему определенно не мешало жить отсутствие такта.

— Тогда зачем вы остановили меня?

— Точки, – пояснил Снейп. – Я решил, что они должны быть расставлены. Но если у вас все…

— Не все, – мстительно сказал Гарри.

Блэк удержался от удивленной реплики – но не от взгляда. Этот взгляд сказал Снейпу куда больше любых слов. Следующий финт они не планировали. Во всяком случае – совместно, а скорее всего – вообще. Это явно было очередное наитие. А Снейп и тридцать лет спустя помнил вдохновение, посещавшее Поттера–старшего. Младший в этом смысле внушал куда большие опасения.

— Что вам еще нужно?

— Видите ли, Дамблдор…

Снейпа перекосило от одного имени. Блэк сочувственно кивнул, отчего Снейпа искривило еще больше.

— Еще на первом курсе он рассказал мне про ваш… долг жизни.

Казалось, что кривиться дальше уже некуда, но Снейпу удалось.