Мертвые души - Михаил Булгаков

Сохранились стенограммы обсуждений спектакля: в декабре 1932 года состоялось обсуждение во МХАТе в присутствии нового председателя Главреперткома Осафа Литовского под председательством Вс. Вишневского (см.: РГАЛИ, ф. 1038, оп. 1, ел, хр. 672) и обсуждение во Всероскомдраме 15 января 1933 г. На последнем заседании присутствовал Юрий Слезкин, оставивший любопытные записи в дневнике: "Вечером доклад Андрея Белого о "Мертвых душах" Гоголя и постановке их в МХАТе. Битком набито. Мейерхольд, Эйзенштейн, Попова (от Корша), Топорков, (играющий Чичикова в МХАТе)...

- Возмущение, презрение, печаль вызвала во мне постановка "Мертвых душ" в МХАТе, - резюмировал Белый, - так не понять Гоголя! Так заковать его в золотые, академические ризы, так не суметь взглянуть на Россию его глазами! И это в столетний юбилей непревзойденного классика. Давать натуралистические усадьбы николаевской эпохи, одну гостиную, другую, третью и не увидеть гоголевских просторов... гоголевской тройки, мчащей Чичикова-Наполеона к новым завоеваниям... Позор!"

Ушел с печалью. Все меньше таких лиц, как у Белого, встречаешь на своем пути... Вокруг свиные рыла - хрюкающие, жующие, торжествующие..." - гневно заканчивал Ю. Слезкин запись этого дня. (См.: Письма, с. 241-242.)

Ушел с печалью, я уверен в этом, и М. А. Булгаков... Сколько бился он за то, чтобы дать роль Первому, то есть самому Николаю Васильевичу Гоголю, работающему в Риме над "Мертвыми душами", дать его в римской обстановке и из этого "прекрасного далека" с болью и смехом описывающего события в России. Сколько бился он за свой творческий замысел, но победить в этой битве ему не удалось: Станиславский увидел "Мертвые души" по-своему, он тоже художник, он имеет право на свое видение.