Черные крылья - Николай Иванович Леонов

этой партии, согласно химическому анализу, больше двадцати лет. Соответственно, делали фальшивки примерно тогда, когда появились оригинальные банкноты. Мало того, у нас в базах есть информация об аналогичных фальшивках – всплывали в те годы. Причем делали купюры на Севере, на Ямале. И оттуда уже доллары расходились по городам, преимущественно средних размеров. Магазины, небольшие банки… Собственно говоря, технологию изготовления фальшивок столь высокого качества – а они пройдут проверку даже в не очень серьезном банке – разработали именно на Севере. Я подняла старые дела утром, это было так интересно. Уникальная штука.

Гуров и Крячко переглянулись. Эта история становилась все более и более дурнопахнущей. Потому что при развитии современных технологий настолько талантливый фальшивомонетчик может и не так развернуться.

– Интересно. С чего бы нашим спецам теневого мира разрабатывать технологию подделки долларов? – озадачился Крячко. – Отечественную валюту куда проще сбыть или мне так только кажется?

– Ой, это тоже очень интересно, – еще более обрадованно сказала Дарья. Было видно, что девушке очень приятно, что она смогла так быстро раскопать то, что еще не знали сами сыщики. – На самом деле, это все есть практически в открытом доступе. Во-первых, в те годы доллары ходили едва ли не так же свободно, как и рубли. Обменники на каждом углу и все такое. Во-вторых… Мы Ильей… ну, Дементьевым то есть, покопались в интернете, и там есть даже целая книга, он написал ее в тюрьме, представляете?

– Даша, не части, пожалуйста, ход твоей мысли слишком заковырист. Кто написал книгу? – попросил эксперта чуть замедлиться Гуров.

– А, Шукро Елисей. Имя такое необычное. Он был химиком на «Ямалхиммарше». И именно он придумал, как повторить степени защиты на долларовых купюрах. Та его книга – он рассказывал о своих открытиях, очень, правда, осторожно, без конкретики – вышла небольшим тиражом. Сейчас она запрещена, экземпляров днем с огнем не найти. Книгу он написал, сидя в тюрьме, а издала ее его гражданская жена. Такой самиздат небольшой. А в базе я нашла его показания – его как раз за изготовление фальшивок и взяли, срок серьезный дали. Он говорил следователям, что ему было просто интересно повторить всякие защитные нити, ныряющие защитные ленты, продублировать химический состав фальшивок. А уж потом он понял, что на этом можно заработать. Тогда как раз были не очень простые времена, завод простаивал, денег не было. А тут – такая статья дохода. Работать над этой задачей он начал еще в девяностые. И та партия, что мы нашли, – последняя, изготовленная Шукро. После нее его и посадили, но фальшивки не нашли – он успел сбыть, – частила Даша увлеченно.

– Страшное время.

– И страшно увлекательное, – подтвердила Дарья.

– А он жив вообще?

– Жив. Но сидит в тюрьме. На Ямале. И как ни странно, именно там он стал популярным. Но не химиком, а именно писателем. Жена его раскрутила. Удивительно, из чего только люди умеют делать деньги. Правда, после первой книги о своем практическом опыте и химических изысканиях ничего не публиковал. Вместо этого криминальные детективы пишет.

– Понятно.

– И это еще не все, – Даша выдохнула, словно собиралась набрать в грудь воздуха перед прыжком в воду. – Илья, то есть Дементьев, передал дела убитых пилотов.

– Они работали вместе на Ямале, – вспомнил Гуров, – это же полуостров, если я правильно учил географию в школе.

– Да… а вы знали?

– Читал. И с людьми говорил.

– Да, они вместе работали на небольшую частную авиакомпанию «Аналык». Тогда таких компаний было много. Больше года они обычно не держались. Их либо поглощали гиганты, либо они же их и банкротили. «Аналык» был закрыт после того, как один из его самолетов взорвался на земле. Вроде как. Или он просто обанкротился. Компания просуществовала около года. И про нее очень мало информации. Нашли мы их только благодаря тому, что они работали со списанными самолетами. Ресурса этих самолетов хватило бы максимум на полгода. А они у них летали, и об этом остались записи, а больше ничего. Какая-то была очень странная история, данных нет нигде.

Гуров и Крячко переглянулись.

Кому-то все-таки придется лететь на Ямал.

Глава третья

Петр Николаевич, внимательно выслушав доклад Гурова, кивнул.

– Да, Лев Иванович. Давай сделаем так. Ты летишь в Салехард, я договорюсь там о трансфере, есть у меня парочка хороших знакомых, кто поможет тебе на месте. Учти, ты мне тут нужен, поэтому времени на командировку могу дать только пару дней, не больше. Билеты заберешь у Верочки и направление тоже. Станислав с Кутузовой за эти дни должны отработать след по фальшивкам в столице. Потрясти всех барыг, отработать возможности, где их могут сливать и, что самое неприятное – нет ли планов начать производить поддельные банкноты у нас тут.

В этот момент на столе у Орлова зазвонил телефон, секретарь нашла нужный рейс, уже начала оформление командировки и хотела уточнить рабочие моменты. Удивительная Верочка умудрялась работать с такой скоростью, что Гурову иногда хотелось сходить и посмотреть, выглянув в приемную, не отросли ли у нее дополнительные пары рук.

– Два часа на сборы, и потом едешь в Домодедово. Телефоны нужных людей скину тебе сообщением, – скомандовал генерал.

– Какое из двух дел нам нужно расследовать максимально срочно? – уточнил Лев. Обычно такая спешка связана с тем, что кто-то сверху очень хочет закрыть очередное дело. А значит, на генерала будут пытаться давить. Но в этой ситуации есть и свои плюсы – для сыщиков будет везде зеленый свет.

– Оба, и еще это немного личное. Я давно и хорошо знаю Катанова. Он никогда и ни за кого не просил, а тут убили его друга. Как понял, МЧС все же лелеяло надежду переманить к себе хорошего пилота, а тут видишь, какое дело. Да и фальшивки нам тоже сейчас без надобности. Количество знаешь?

– Два миллиона плюс десять тысяч, найденных на трупе Арутюнова, – отчитался полковник.

Генерал присвистнул.

– Это очень много, Лев. Учитывая количество мелких банков, в которых уровень проверки не дотягивает до нужного… Магазинов, в которых можно расплатиться валютой, тоже хватает – чай, столица… Ох, если фальшивки в таком количестве пойдут гулять – паника в финансовых кругах точно обеспечена. Возможен локальный крах в тех самых небольших получастных банках. Ну и вообще, оно нам надо? На столичную финансовую систему в целом, конечно, подделки в таком количестве не повлияют, но Центробанк определенно будет недоволен. И я не горю желанием, чтобы сейчас у нас началось то же самое, что было в начале двухтысячных.

Гуров приподнял брови, ожидая продолжения.

– На моей памяти первая крупная партия