Методист I - Артемий Скабер

привязал к ветке. Узел затянул — морской, надёжный. Навык из армии.

«Зачем верёвка?» — спросила Кара.

— Чтобы не свалиться во сне.

«Параноик».

— Живой параноик.

Достал из мешка еду. Хлеб сухой, почти чёрствый, вяленое мясо жёсткое, как подошва. Откусил хлеб., жевал. На вкус… плевать, сойдёт. Мясо грыз долго, даже челюсти устали.

Вспомнил прошлую жизнь: пицца горячая, с доставкой. Сидел, кушал и смотрел какую-нибудь хрень. После работы самое то. Сейчас грызу сухари на дереве в холоде. Начинаю сомневаться, какая из жизней более сложная.

«Носитель испытывает ностальгию» — заметила Кара.

— По пицце? Да.

«Расскажи ещё о своей жизни, пожалуйста. Мне интересно…»

Хм, почему бы и нет? Всё равно делать нечего. Рассказал: про тесто, про сыр, про томатный соус. Про то, как звонишь, заказываешь, ждёшь полчаса. Про запах, когда открываешь коробку.

Хранитель слушала внимательно, задавала вопросы, уточняла. Если она живёт в моей голове, то неплохо бы установить контакт.

— Кара, а ты можешь рассказать про этот мир? Где я вообще нахожусь?

Пауза. Долгая.

«Не хочу» — вдруг сказала она.

— Чего? — нахмурился.

«Ты послал моего создателя. Обидел бога, из-за тебя я глючная. Почему я должна тебе помогать?»

Поморщился, вот это закидоны, нормально же до этого общались?

— Потому что если я сдохну, ты исчезнешь. Мы в одной лодке.

«…Плохо, что ты прав».

— Привыкай, дорогуша.

Молчание. Потом:

«Хорошо, слушай» — голос стал механическим. — «Анализирую доступную информацию… Королевство Аэльмор. Феодальная структура. Король… ошибка доступа. Данные ограничены».

— То есть?

«Метка повреждена. Азгор заблокировал большую часть информации. Могу дать только базовые данные».

Конечно, обиженный божок даже информацию урезал.

— Ладно, давай хоть что-то.

«Ты находишься на юге королевства — это пограничные земли, они бедные и опасные. Много тварей, бандитов, наёмников. Закон здесь слабый».

— А дальше на север?

«Центральные земли. Богатые. Безопасные. Там города, замки, армия. Но…»

— Но? — поднял бровь, всегда должен быть подвох.

«Инквизиторы… В городах их много. У них артефакты для поиска Скверны. Твоя метка светится как факел. Они засекут тебя за километр».

Сглотнул.

— А если я спрячу руку? Перчатки надену?

«Не поможет. Метка излучает энергию. Её чувствуют маги, жрецы, артефакты. Даже обычные люди могут почувствовать… дискомфорт рядом с тобой или страх, ты это уже видел».

— То есть я помечен как прокажённый?

«Хуже. Прокажённых избегают, меченых сжигают».

— Охренеть.

«Есть вариант» — голос стал мягче. — «Остаться здесь на юге, в пограничных землях. Пограничные земли. Здесь, Инквизиторов мало, ты сможешь затеряться среди наёмников и бандитов. Опасно, но у тебя есть шанс».

— Что-то как-то не горю становиться бандитом с дороги или наёмником… — дёрнул щекой.

«Да. Либо это, либо смерть на костре».

Выдохнул.

— Весёлая перспектива.

«Ты жалеешь?» — вдруг спросила она тихо. — «О том, что отказался от бога. Что выбрал эту жизнь, где есть слабость и страдания».

Задумался.

— Нет.

«Не понимаю. Ты мог быть сильным, мог получить силу, скорость, даже бессмертие, а выбрал возможную смерть в колодце и драку с волками».

— Я выбрал свободу.

«Свобода умирать на болотах?»

— Да. Лучше так, чем на цепи у обиженного божка.

Пауза. Долгая.

«Ты странный» — констатировала она.

— Привыкай.

«Какой у тебя план?» — снова заговорил мой хранитель.

— Найти спокойное место. Устроиться, начать жить, — перечислял я. — Там, где на меня не будут нападать постоянно, люди чтобы не обходили стороной. Семья, дети… Всё как у всех.

«Такого места не существует!» — хмыкнула Кара. — «Во всяком случае, в этом мире. А твоя метка никуда не денется. Ты всегда будешь в опасности».

— Значит, избавлюсь от неё, от долбанного бога, — сжал зубы.

«Ты хочешь меня убить?» — чуть ли не заплакал голос в голове. — «Меня, хранителя? Избавиться… После всего, что я для тебя сделала?»

— А что ты для меня сделала? — хмыкнул.

«Вообще-то я… я… я…» — не смогла ответить Кара. — «Плохой носитель! Худший из возможных».

Плевать, я найду себе место под солнцем и буду жить. С богом, против бога — я разберусь! Всегда разбирался. Допил воду из фляги, стемнело окончательно. Луна скрылась за тучами. Закрыл глаза. Устал, тело ломило, раны ныли и хотелось спать. Этому маленькому телу нужен отдых. Я сейчас на пределе.

Помазал ещё раз свои раны и уже почти отключился, но услышал звук. Копыта. Вдалеке, на тракте. Приближались. Открыл глаза и замер. Смотрел сквозь листву вниз. Тракт виден плохо — темнота, но силуэты различимы. Три всадника. Ехали медленно. Потом свернули с дороги. Прямо в мою сторону.

— Твою мать, — прошептал.

«Анализ: трое мужчин, вооружены» — сообщила Кара.

«Спасибо, капитан очевидность» — подумал я.

«Я пытаюсь быть полезной!» — возмутилась она в голове.

Дёрнулся так, что чуть не свалился.

«Ты можешь читать мои мысли⁈»

«Конечно. Ты же мой носитель. Я у тебя в голове».

«Всё? Даже… личное?»

Пауза.

«Да, но я стараюсь не лезть. Твои эмоции… такие липкие. Неприятные».

«Охренеть. Значит, у меня в голове живёт подглядывающая баба».

«Я не подглядываю! Я… наблюдаю. Для твоей безопасности».

«Конечно. Для безопасности».

Всадники остановились прямо под моим деревом и спешились.

— Тут переночуем, — заявил грубый хриплый голос.

Начали разводить костёр. Собирали хворост, кремень высекал искры, огонь вспыхнул. Свет осветил их лица. Трое наёмников. По виду — головорезы. Один со шрамом через всё лицо — от лба до подбородка. Главарь, наверное, второй тощий, нервный, дёргается. Третий здоровяк, лицо тупое. Одеты в кожаные доспехи — потёртые, грязные. Мечи на поясах. У тощего арбалет за спиной.

«Рекомендую не привлекать внимание» — Кара.

«Угу» — согласился мысленно.

Тот, что со шрамом, подошёл к лошади. Стянул с седла большой мешок. Бросил на землю, мешок шевельнулся.

— Тихо, сука! — пнул ногой.

Развязал, и из мешка вытащили… девушку. Светлые волосы, лет семнадцать-восемнадцать. Рот заткнут тряпкой, руки связаны. Лицо в синяках, глаза широко раскрыты. Присмотрелся. Лицо… знакомое. Откуда?

«Анализ памяти носителя… Эта девушка из твоей деревни. Ты её видел, когда тебя тащили к старосте» — Кара.

Поднял брови.

«А доступа к памяти Дарла у тебя нет?» — уточнил я.

«Нет, только к твоей».

«Плохо…»

«Зато я могу подсказывать, что ты видел мельком и не обратил внимания. Видишь, какая я полезная».

«Прям не знаю, куда деваться» — выдавил улыбку.

Внизу мужик со шрамом сел у костра, достал флягу и хлебнул. Передал тощему.

— Грегор, неделю ещё до города топать, — сказал тощий высоким голосом. — Может, в ближайшей деревне продадим?

— Заткнись, Ральф, — Грегор (тот, что со шрамом) огрызнулся. — Барон Крейг платит двадцать золотых за светленьких и невинных. В деревне нам