Рассказы разных лет (сборник) - Тропов Иван

Ян ничего не сказал, но задышал глубже.

Ну, его тоже можно понять. Сначала та машина. Потом Киони, которая собачится с утра пораньше. Теперь вот Циклоп еще… Похоже, Яну уже хватит для одного утра. Даже у польской хладнокровности есть свои пределы. Лучше сейчас его не подкалывать.

– Может быть, в самом деле ребята просто перекурить остановились? сказал я.

– На двадцать с лишним минут?

– Ладно, пошли перекусим, лесной эльф-разведчик.

– М-м, какие мышки! Вот таких летучих мышек я обожаю!

Ян мрачно покосился на новенькую. Еще вчера ее не было, это точно. Днем приехала или рано вечером, пока все спали.

Но и раньше я ее здесь тоже не видел. Нет, не то чтобы у меня великолепная память на лица. Просто все остальные девчонки в нашей компании черненькие и… в общем, не от хорошей жизни они под упырих красятся. Эта же была беленькая – и хорошенькая. В смысле, без всяких скидок хорошенькая. Особенно в короткой юбке, забившись вглубь мягкого дивана и выставив коленки.

– Вы тоже в вампиров играете, мальчики? Не хотите мною полакомиться?

Ян огляделся. В этой комнате было два дивана, – но на втором из них разместилась Киони. Она крутила бокал с вином и задумчиво разглядывала нас с Яном. И я даже догадываюсь, о чем она думала.

Ян, видимо, тоже догадался. Диван с Киони его не соблазнил.

Была еще одна комната, – но сейчас оттуда неслись возбужденные вопли, звук электромоторов и басистая долбежка, перемежающаяся рапортами «Yes, sir!» и «Moving!». Вирталь и ее свита в очередной раз проверяли близзардовский баланс.

– Присаживайтесь, мальчики, я не кусаюсь. – Девчонка показала белоснежные зубки, сдвинулась на середину дивана и похлопала по бокам от себя. – Честно-честно. Вы же меня не боитесь?

– Мы не боимся. А вот вам следовало бы нас бояться, – Ян плюхнулся в угол дивана.

– А ты, красавчик? – девчонка посмотрела на меня. – Садись, я сочная, меня и на двоих хватит.

Я покосился на Киони. Она поставила бокал, раскрыла ноутбук и подчеркнуто отвернулась.

Окей. Как скажете, миледи.

Я сел слева от девчонки. Из кухни вышел Звездочет с подносом. Как всегда, в черной джинсовой рубашке навыпуск, чтобы скрыть склонность к полноте. Сосредоточившись на уставленном подносе он почти дошел до нашего дивана, прежде чем сообразил, что девчонка уже не одна.

– А…

Он посмотрел сначала на девчонку, потом на Яна. На меня, снова на девчонку. Между кофейником и блюдом с какими-то не то сандвичами, не то пирожками, белели две чашечки. Ясненько…

– Спасибо, Звездочет, – девчонка протянула руки за подносом.

Звездочет отдал ей поднос. Нахмурившись, поправил очки, – их поправлять было совсем не нужно, но он всегда так делал, когда находился в замешательстве. Похоже, мы с Яном переломали все его планы.

– Ты нас не представишь? – девчонка поставила поднос себе на колени и повернулась ко мне.

– Да-да… Конечно… – пробормотал Звездочет. – Это Ирма, это Вик. То есть Виктор. Это Ян…

– Очень приятно, красавчик, – Ирма налила в чашечку кофе и вопросительно уставилась на меня. – С сахаром?

– Нет.

– Тогда с молоком?

– Нет.

– А перекусить?

На блюде лежали не пирожки и не гамбургеры, а что-то среднее. Кусочки лаваша, в которые, как в блины, завернули консервированный тунец и подогрели все это в микроволновке. И кажется, кто-то умудрился добавить туда и чеснока…

Ян тоже принюхивался. Да, определенно пахло чесноком.

– Нет, – сказал я.

– Какой ты неразговорчивый, красавчик. Подожди-ка… Это вы двое здесь лучше всех вампиров отыгрываете? Еще орков гоняете? Ну, скинов этих тупорылых?

Ян поджал губы. Вообще-то это его идея развлекаться со скинами. И еще – Ирма была в его вкусе.

– Ирма, ну я же тебе уже все объяснил! – ожил Звездочет. – Это уже не игры!

– Все в жизни игра, – флегматично сказал Ян. – Только не все настоящие игроки.

– Ты не понимаешь, Ян! Филина знаешь?

Филин – это из компании вроде нашей. Только вместо Вирталь у них Дюк. И любимое кладбище у них другое.

– Три дня ни слуху ни духу, – сказал Звездочет. – Ни по мылу не отзывается, ни по телефону. Даже дома не появлялся… Говорят, тоже пытался каких-то подвыпивших скинов задирать.

Ян пожал плечами.

– Кто-то по жизни неудачник.

– Ян…

– А кое-кто по жизни трус, и боится играть в настоящие игры. Но это ведь не показатель, правда? Кое-кто и финскую попсню полноценным металлом считает.

– Ян… Ну ты… Ну хоть Ирму-то в это не втравливай! О вас и так уже по всей Москве легенды ходят! Она сюда только ради этой охоты на орков и приехала! Едва здесь появилась, только о вас с Виком и распрашива…

Звездочет осекся под взглядом Ирмы.

Ирма замерла и съежилась, словно ее холодной водой обдали. Всю ее развязность как ветром сдуло. Ян уставился сначала на нее, потом на меня. Многозначительно так.

Киони, старательно изображавшая, будто вся ушла в чат, оторвалась от ноутбука и с интересом разглядывала всех нас. Особенно Ирму.

– Кое-кто, кажется, не только трус, но еще и слишком много болтает, сказала Ирма наконец. – Язык без костей – хуже помела.

Звездочет поправил очки и затравленно огляделся. Покраснел, как вареный рак, но все же медлил с отступлением. Похоже, не только во вкусе Яна была Ирма.

И все-таки гордость перевесила. Он одернул рубашку и побрел обратно на кухню.

– А кое-кто слишком много о себе воображает, – сказала Киони.

Она опять смотрела в монитор. Вроде как с головой ушла в чат, и нас даже не замечает. Так, вслух что-то подумала…

Ирма все сидела, замерев как изваяние.

– Так и знала, что зря прокатилась, – зло сказала Ирма. – Никаких брутальных кровосов, одни сопливые маменькины сынки… Один дразнил нехороших мальчиков и получил по носу. Теперь все остальные быстренько вспомнят, что они, вообще-то, институты прогуливают, один престижнее другого. И разбегутся по домам, как тараканы из прогревающейся духовки.

Ирма зашевелилась, выбираясь с низкого и глубокого дивана, встала, принялась оправлять кожаную курточку и юбку. Посреди спины в коже было впрессовано: «Your fucking god is dead».

– Кое-кто не может отличить бриллианты от стекляшек, пока не превратит их в золу, – задумчиво сказал Ян, разглядывая ноги Ирмы.

Я тоже. Вообще-то я к блондинкам равнодушен, но бывают и исключения. Подумаешь, блондинка. Разве это главное в женщине?

Ирма, начавшая застегивать куртку, замерла.

– Но тут ничего не поделаешь. Если девочке с детства говорили, что ни один умный человек не станет с ней долго говорить, то в итоге так оно и будет, – сообщил Ян. – Вечная неудачница, по классификации пана Берна.

Ирма оглянулась:

– А ты читал Берна?

– Я у него студентом был, сударыня, – сказал Ян.

– Студентом?.. У Берна?..

– Ага. И с Кантом завтракал, – пробормотала Киони из-за ноутбука, старательно ни к кому конкретно не обращаясь.

– Вампиры вообще хорошо сохраняются, – сказал Ян, не обращая внимания на Киони. – Особенно при регулярном питании чужой жизненной энергией. Разве вы этого не знали? Ирма…

Ян умеет произносить женские имена. Но Ирма не обратила на его сладкий тембр ни малейшего внимания.

– Что же настоящий вампир будет делать в этом скопище придурков? Ирма, совершенно невзначай, покосилась на Киони.

– От них, на самом деле, очень много пользы. От придурков. – Ян тоже, совершенно случайно, покосился на Киони. – Можно гулять по городу ночью, не притворяясь обычным человеком. А главное, что бы ты ни делал, люди все спишут на выходку валяющей дурака молодежи. На молодых бездельников, играющих в вампиров. Одиночка в плаще, гуляющий по подворотням, прячущийся в тенях и пристраивающийся следом за хорошенькими девушками, может привлечь внимание. Даже городской житель, привыкший думать только о себе, может вызвать полицию, заметив такое. Совсем другое дело, когда по улице с музыкой и гамом протопала стая играющих в вампиров придурков. Тут даже самый настоящий вопль из подворотни не привлечет внимания. Сочтут за продолжение игры. Понимаете, Ирма? Лист надо прятать в лесу. Или хотя бы в стопке листов для гербария.