Вверх по дороге, ведущей в ад - Наталья Берзина

Экзекуция продолжилась с той лишь разницей, что теперь группа Валеры стояла напротив шеренги людей в набедренных повязках. А спустя какое-то время на середину между ними вышел Маркел.

– Можете не говорить мне спасибо за теплый прием! С этого дня вы сами будете добывать себе пищу и зарабатывать право на разные поблажки! Надеюсь, вам не придется долго привыкать к коллективу. Чем лучше будете работать, тем легче будет жить. Лучшим работникам – лучшую пищу. Всем понятно?

Люди на плацу стояли понурив головы. Только двое из той двадцатки, что вывели на плац последней, откровенно улыбались. Синяков на них и впрямь почти не было. Да и выглядели они не особенно изможденными, в отличие от остальных. Взмахом руки Маркел подозвал их поближе. Выбежав из строя, они послушно приблизились и с угодливыми улыбками замерли перед ним.

– Этого откачать, привести в чувство и в карцер! Живо! – рявкнул Маркел.

Шестерки подхватили Сережу под руки и бегом утащили куда-то за барак. На песке осталась лишь быстро подсыхающая полоска крови.

– Вас надо бы сейчас в карантин, да времени нет! Учиться работать будете на ходу. Работяги введут вас в курс! Вольно! Разойдись! – прорычал Маркел и будто потерял интерес к стоящим на плацу.

Отвернулся, не спеша пошел к домикам, стоящим на отшибе, и, лишь дойдя до невысокого крыльца, обернулся, задумчиво посмотрел на еще не ушедших с плаца людей.

– Девок, новеньких, обеих ко мне! Обеих! Хотя нет! Чернявую! Блонду в барак! – крикнул он и только после этого скрылся за дверью.

Таню тут же подхватили вооруженные охранники и потащили к домику, в котором укрылся Маркел. Инга попробовала сопротивляться, но, получив увесистую оплеуху, затихла.

Длинный барак оказался разделенным на две части. В меньшей, отгороженной деревянной решеткой, содержались женщины. Большую ее часть занимали двухэтажные нары. Ингу втолкнули в отгороженную комнатушку и, удостоив напоследок шлепком по ягодицам, оставили одну. В мужской половине, на нарах лицом вниз, уронив руку на пол, лежал Сережа. Судя по тому, что он даже не пошевелился, когда привели Ингу, сознание к нему еще не вернулось.

Инга обессиленно опустилась на нары. У нее не было сил даже спросить себя, куда они попали и где ребята. Ужас, кажется, сковал разум. Она лишь знала, что участь Тани ожидает и ее. Только это вопрос времени. Но воспрепятствовать этому не могла, хотя и посмотрела по сторонам, нет ли поблизости веревки или чего-нибудь другого, что могло быть послужить оружием… Ничего не обнаружила. Поняла: значит, ни защититься, ни покончить с собой у нее нет ни малейшей возможности. Время вокруг нее словно бы остановилось. Она догадалась: наверное, это и есть тот самый пресловутый ступор, когда человек не в состоянии что-либо воспринимать. Когда дверь в барак распахнулась, Инга по-прежнему сидела на нарах, не реагируя ни на что.

Нужно признаться самому себе, что сбежал он не от усталости и не под влиянием меланхолии. Нет! Главной и, наверное, единственной причиной была и оставалась Валентина. Женщина, которая не только сломала его жизнь, но и оставила неизгладимую рану в душе.

Они познакомились случайно, на студенческой вечеринке. Разве мог Арсений тогда предположить, что это невинное знакомство обернется для него жизненной катастрофой? Явно по взаимному желанию они обменялись телефонами. Он проводил ее до дому. Она попросила его обязательно ей позвонить, но сама позвонила ему в тот же вечер. Чувства, захватившие Арсения, были для него новыми, восхитительными. Он грезил наяву. Сердце его начинало трепетать уже от одного ее звонкого чарующего голоса. Они начали встречаться, а вскоре и все свободное время проводить вместе. Мечтали о том времени, когда закончат университет и поженятся. Вот только, к сожалению, судьба распорядилась иначе.

Арсений гнал от себя мысли о прошлом, стараясь прикинуть, что ему может понадобиться для спасения девушки. О том, что, кроме нее, захвачены еще и другие люди, он даже не думал. Для него было важно одно – вывести, реально спасти только ее. Нет, он не собирался бросать остальных, для этого можно воспользоваться помощью силовиков. Не важно, что у него нет здесь знакомых, он был прекрасно осведомлен, как все это организовать. Более того, кое-что умел и сам. В общем, сейчас он мог рассчитывать только на собственные силы, по крайней мере на первом этапе. В том, что ему удастся отыскать логово похитителей, Арсений не сомневался. Слишком долго он жил в этих горах, чтобы не найти их следов.

Собирался Арсений основательно, ведь ему предстояло провести не один день в экстремальных условиях. Ладно бы одному, самому ему не так уж и много нужно, но Арсений всерьез рассчитывал спасти девушку, а следовательно, предстояло позаботиться и о ней. Он не глядя бросал в рюкзак упаковки сухого пайка, патроны, сменную одежду, аптечку, несколько мотков веревки – в общем, все, что может понадобиться в непредсказуемом деле.

Подперев дверь избушки, чтобы зверь не попал внутрь, Арсений закинул на плечи рюкзак, привычно попрыгал на месте, проверяя, не звенит ли амуниция, и улыбнулся самому себе. Моторная память сама подсказывала ему действия, совсем как когда-то на войне.

Путь предстоял нелегкий. Вернуться к тому месту, где он потерял караван, и дальше, в неизвестность, на поиски логова бандитов. Арсений догадывался, для чего им понадобились люди. Относительно недалеко, за границей, человека можно было продать, купить и вообще сделать с ним что угодно. Уже поэтому следовало спешить. Если девушку продадут в какой-нибудь гарем, отыскать ее будет уже невозможно.

Арсений старался отогнать тревожные мысли. «Все будет хорошо!» – убеждал он себя, взбираясь на очередной увал. К вечеру он добрался до того места, где на туристов напали бандиты. Осмотр места происшествия по меньшей мере удивил Арсения. Кроме следов от костра, ничего! Он прекрасно помнил, что палатки и многое другое бандиты не грузили, выходит, старательно сожгли или где-то спрятали. Более тщательно обыскав площадку на берегу озерца, Арсений и впрямь нашел погребенные под грудой камней несколько рюкзаков с личными вещами и пару пустых котелков. Все ясно! Бандиты вполне могли таким образом успешно похищать группы туристов, и никто никогда не смог бы отыскать даже место их исчезновения. Кострище само по себе ни о чем не говорило!

Забравшись в спальный мешок, Арсений попытался собраться с мыслями, но ничего путного не выходило. Вместо того чтобы спланировать дальнейшие действия, память упорно навязывала воспоминания о его побеге в эту глушь.

Валентина по своей неугомонной, живой натуре оказалась полной противоположностью сдержанному, уравновешенному, целеустремленному Арсению. Она никогда не могла усидеть на месте, ее постоянно куда-то влекло, она старалась так много успеть, что Арсений, глядя на девушку, только посмеивался. Но ему настолько нравилось быть рядом с ней, что, стараясь выкроить хоть немного времени после занятий или тренировок, он довел себя до крайнего истощения. Когда наконец пришли долгожданные летние каникулы, Арсений мечтал лишь об одном – выспаться. Но у Валентины оказались иные планы. Вместо того чтобы отправиться к морю, она предложила поход по Уралу. Компанию собрали очень быстро. Согласился путешествовать с ними и Антон, школьный друг Арсения. Сборы были недолгими, спустя два дня на перроне Казанского вокзала собралась вся группа. Ехали весело. В вагоне звенела гитара. Песни лились одна за другой. А вот когда добрались до места, откуда начиналось путешествие, большинство, прямо сказать, приуныло. Первая же ночевка едва не стала катастрофой – таежный гнус не давал уснуть, доводил до исступления. Только Валентина не унывала, ее, похоже, даже веселило происходящее. Когда утром, невыспавшиеся, искусанные, с опухшими лицами, ребята выбрались из палаток, Валя первая отправилась к ручью умываться. За ней потянулся и хмурый Арсений. В то утро даже звонкий смех подруги не радовал его. Когда девушка плеснула ему в лицо ледяной водой, он даже разозлился. Сорвавшись, накричал на Валю. Та обиделась. Весь день не разговаривала с ним, переключив внимание на Антона. Друг был смущен поведением девушки Арсения и явно старался избегать даже разговоров с ней.

Спланированный маршрут не отличался особой сложностью, но был привязан к красивым местам. Арсений, несмотря на хорошую физическую подготовку, уныло брел в хвосте колонны и мечтал только о том, чтобы поход поскорее закончился. Антон, в отличие от друга, быстро перезнакомился с собратьями по несчастью и как-то незаметно стал душой компании. Впервые в жизни Арсений позавидовал другу. Желая как-то перебороть себя, он взялся помогать всем, но то, что происходило в душе, невольно выплескивалось наружу. Раздражение всем и вся прорывалось и в излишне злобных замечаниях, и в немотивированной агрессивности.