Киногерой для Розалинды - Ким Лоренс

Сэм встал и закрыл дверь на террасу.

— Язык тела тоже достаточно красноречив, — сказал он, глядя на Линди сверху вниз. Вдруг он отвел глаза и спросил отрывисто: — Выпить хочешь? Пиво, вино...

— Пива, если можно, — ответила Линди. Ее лицо горело: она представила себе, что ему могло сказать ее тело.

Воспользовавшись отсутствием Сэма, Линди поскорее выскочила из ванны и закуталась в длинный, до щиколоток, махровый халат. Она затягивала пояс халата, когда вернулся Сэм с двумя стаканами в руках.

— Ты знаешь, что разговариваешь сама с собой? Неожиданный вопрос!

Линди захлопала глазами:

— Что-что?

— Ты говорила довольно невнятно, больше вздыхала. Что-то вроде «глупо, глупо, глупо». Тебе это ни о чем не говорит? — Изогнув губы в дразнящей усмешке, Сэм смотрел, как по ее лицу разливается предательский румянец. — Потом ты сказала: «Черт его побери!» — и ушла под воду, да так надолго, что я уже собирался нырять за тобой.

— А зачем ты за мной подсматривал? Свинство какое!

Мало того что, поглощенная своими раздумьями, она не заметила, как он вошел, она еще и высказала эти мысли вслух!

— Скажи мне, Розалинда, я не ошибся, когда принял твои проклятия на свой счет?

Вся дрожа от малодушного желания, с пересохшим горлом, Линди кивнула.

— Знаешь, я так больше не могу, — сказал неожиданно Сэм. В его низком голосе звучала такая неприкрытая страсть, что руки Линди непроизвольно сжались в кулаки. — Сам не понимаю, что в тебе такого есть.

Он схватил ее за руки и сдвинул брови, вглядываясь в бледное запрокинутое лицо, словно зачарованный чистыми, тонкими линиями. Линди видела, как напрягаются мышцы у него на шее.

— Я ведь не твоего типа...

— Я не разделяю женщин на типы, — ответил он нетерпеливо.

— Ты же сказал...

— Я просто нес чепуху. — Слова явно давались Сэму с трудом. Можно было подумать, что ему так же тяжело, как и ей. — Я трачу прорву сил и энергии, чтобы держаться от тебя на расстоянии. Но пока без особого успеха.

— А у меня отлично получается!

Сэм посмотрел на нее с нежной насмешкой в синих, как жаркое полуденное небо, глазах.

— Ты хочешь сказать, что я тебя не привлекаю?

— Ну что ты, твоя скромность совершенно неотразима!

В его глазах плясали чертики, и Линди почувствовала, что все ее попытки сопротивления обречены.

— Брось, Розалинда. Я стараюсь быть с тобой честным. Я никогда не путаю искреннее чувство с заскоком, который бывает у некоторых женщин на почве общения со знаменитостями. Я знаю, что моя профессия тебя абсолютно не волнует, и мне это нравится.

— Правда нравится?

«Пусть я буду обманщица, — решила Линди, — но ни за что не признаюсь ему, как часто уходила после его фильмов вся в счастливых фантазиях, как и большая часть женской аудитории».

— Конечно, нравится.

Сэм вдруг отпустил ее и рассеянно провел рукой по своим темным волосам.

— Я не предлагаю тебе прыгать ко мне в постель.

Линди покачнулась. Она сама хотела, чтобы он ее отпустил, но теперь почему-то почувствовала себя покинутой.

— А почему нет? Разве со мной что-то не так? Ой! — она прижала ладони ко рту. — Что я такое говорю!

Сэм расхохотался, и напряжение, сковавшее его тело, казалось, немного ослабло.

— У тебя, конечно, много проблем, но ты не безнадежна, — утешил он ее. — Просто я подумал, что нам стоит получше узнать друг друга.

— Хорошо, — сдержанно ответила она.

«Я готова броситься головой в омут, — думала Линди, — а он мне предлагает беседовать о спорте, увлечениях и политике! — Как унизительно сознавать, что она была готова ему отдаться, а он предпочел не тратить на нее время! — По крайней мере, теперь все встало на свои места», — подумала она с горечью.

Сэм внимательно наблюдал за нею из-под ресниц.

— Ты хочешь меня сейчас. А утром все свалишь на меня! Недоразумение!.. Минутная слабость... В конце концов, я же просто дамский угодник из пошлых фильмов, верно?

— Какая тебе разница, что я буду чувствовать наутро? — выпалила Линди. — Боишься, что не захочу после этого работать у тебя на съемках?

— Очнись, Розалинда! На свете полным-полно врачей, которые с удовольствием ухватятся за такую работу, — презрительно ответил Сэм. — Может быть, мне и правда наплевать, что ты будешь чувствовать! Может, я действительно закоренелый эгоист! Может, мне правда только одно и нужно. А может быть, мне нужно больше... — Линди затаила дыхание, такая сила чувства зазвучала в голосе Сэма. — Может быть, я считаю, что отношения должны строиться на прочной основе, иначе они не продлятся долго.

— А ты хочешь, чтобы они продлились долго? — замирающим голосом спросила Линди и увидела на его лице отражение своей собственной растерянности.

— Что-то очень уж быстро все у нас понеслось, — пробормотал он, проводя рукой по подбородку, уже покрытому едва заметной щетиной, — но, кажется, именно это я и сказал... Ты мне совсем голову заморочила, Розалинда! — взорвался он.

Линди только хлопала ресницами, не веря своим ушам.

— Если бы я хотел тебя только для постели, я мог бы этого добиться безо всякого самокопания, — безжалостно продолжал Сэм. — Но я не хищник.

Линди вздрогнула, глядя снизу вверх в его потемневшее от ярости лицо. В эту минуту он как раз больше всего напоминал хищного зверя. По спине у Линда прокатилась дрожь. Сэм — опасный человек, человек сильных страстей. Он живет в совсем другом мире. Разумная девушка не стала бы связываться с Сэмом Рурком.

— Что ты предлагаешь? — тихо спросила она. Ей совсем не хотелось это узнать. Она чуть было не совершила ужасную ошибку, а Сэм, как это ни смешно, остановил ее. Нужно как можно яснее дать ему понять, что ее не интересуют никакие его предложения. Нужно срочно заделывать пробоины в своих оборонительных сооружениях.

— Предлагаю быть друзьями. — Линди залилась краской, когда Сэм подчеркнул последнее слово. — Будем наблюдать непредвзято, как пойдут дела, и посмотрим, что получится. Если один из нас захочет уйти...

— ...то уйдет, — закончила Линди.

Все очень разумно и логично. Почему же ей так не по себе? Узнав Сэма ближе, будет еще труднее защититься от него, но Линди не стала думать об этом. Не совсем же она беспомощная! Может она, в конце концов, раз в жизни довериться своему чутью?

— И без обид.

Линди посмотрела на него с вызовом:

— Боишься, что я побегу в какую-нибудь бульварную газетенку с пикантной историей?

— Если я хоть немного разбираюсь в людях, этого можно не опасаться.

— Спасибо, — сухо ответила Линди. — Так что же мы теперь будем делать?