Киногерой для Розалинды - Ким Лоренс

— Но все было напрасно! Образ зловещего психопата не произвел на тебя ни малейшего впечатления.

— Ты хладнокровный, расчетливый негодяй! Я перепугалась до смерти, и ты это прекрасно знаешь! — выпалила она вне себя. Но больше всего ее смущало, что она не просто испугалась — она была зачарована перевоплощением Сэма.

— Расчетливый? — переспросил он со странным, напряженным выражением. — Я просто использовал естественный для меня выход из взрывоопасной ситуации. Я держал твое лицо вот так, — он дотронулся до ее подбородка, в точности воспроизводя свой жест, — и совершенно точно знал, что сейчас сделаю, но в последний момент удержался и применил отвлекающий маневр. Просто удивительно, как женщины клюют на этих мерзких, мрачных типов, — хмуро добавил он.

— Это ты к чему? — спросила она осторожно.

— Да я же все видел по твоему лицу, — ответил Сэм. — Ты была от Джека в полном восторге.

— Что еще за Джек?

— Персонаж, который я играю, — симпатичный сосед-психопат, Джек Каллендер.

Линди мгновенно вспомнила сюжет одного из своих любимых триллеров. Когда Хоуп рассказала, что будет играть главную роль в киноверсии романа «Наследство», Линди решила, что Сэм Рурк, само собой, сыграет положительного героя — того, который сумел разгадать гнусную сущность доктора Джека Каллендера, убивавшего всех, кто мешал осуществлению его коварных планов.

Хоуп исполняла роль пропавшей сводной сестры Джека Каллендера, которая неожиданно появляется, чтобы потребовать свою долю материнского наследства. После персонального просмотра, который Сэм только что для нее устроил, Линди готова была поверить, что новое амплуа ему вполне по силам.

Если Сэм сумеет воссоздать атмосферу давящей угрозы, царящую в романе, успех фильму обеспечен. Линди, как и все остальные читатели, на протяжении трехсот страниц, затаив дыхание, молилась о спасении героини из когтей кровожадного маньяка и была совершенно потрясена, когда, в конце концов, героиня оказалась совсем не невинной овечкой, а бессовестной обманщицей, не останавливающейся даже перед убийством. Хитроумный поворот сюжета явился для нее полной неожиданностью. В такой роли Хоуп есть где развернуться.

— Если ты намекаешь, что я какая-то мазохистка, которую привлекают жестокие проходимцы, то очень ошибаешься! — возмущенно заявила Линди.

— Может, ты сама этого не сознаешь, — возразил Сэм, проводя большим пальцем по ее щеке. — Но женщин почему-то притягивает опасность.

— А, по-моему, это у тебя проблемы, — дерзко ответила она. — Я, по крайней мере, не пытаюсь прикинуться кем-то другим!

— Я не страдаю раздвоением личности, Розалинда, — медленно ответил Сэм, — но думаю, что в каждом из нас живет маленькая частичка Джека Каллендера. Может быть, с ним ты была бы в большей безопасности, чем сейчас со мной.

— Почему? — Линди не узнавала собственного голоса. Откровенная неутоленная страсть в его лице зачаровывала ее еще сильнее, чем разыгранный им минуту назад спектакль. — Что же такое плохое ты собирался сделать? Или у тебя нет своего собственного характера?

Сэм судорожно вздохнул, его грудь вздымалась.

— Хочешь знать, что я собирался сделать?

Одна его рука скользнула ей за спину, другая легла на затылок.

— Вот что...

Какой черт толкнул ее доводить его до крайности? Она и сама не знала, что в ней живет такой бесенок; но ведь и такого поцелуя она раньше не знала — не знала даже, что такие бывают. Этим поцелуем Сэм хотел покорить ее, подчинить себе; он добился и того, и другого, и еще очень-очень многого...

Не было никакой прелюдии, только свирепое обладание. Его язык жадно ворвался в теплую, влажную глубину ее рта. Жалобный звук застрял у нее в горле, мелкая дрожь пробежала по мощному телу Сэма... и все потерялось в оглушительном смятении чувств.

— Довольна теперь? — прохрипел он, машинально подняв руку к горлу, чтобы ослабить несуществующий галстук. Наткнувшись на открытый ворот рубашки, Сэм нахмурил брови и едва слышно чертыхнулся. Он и сам был поражен тем, что на какое-то мгновение потерял контроль над собой; его пугало, что все спровоцировала эта женщина, которую он едва знает.

— Я сама напросилась, — растерянно пролепетала она.

— Спорить не буду, хотя ваше замечание не совсем корректно. — По его тону было ясно, что их краткое объятие отнюдь не улучшило настроения Сэма.

Линди медленно приходила в себя. Ее кожа покрылась капельками пота, а лицо стало смертельно бледным.

— Боже мой, — пробормотал Сэм, глянув на нее. — Мне нет прощения. — Он рассеянно взлохматил свои густые иссиня-черные волосы.

— Это был всего лишь поцелуй, — глухо проговорила Линди.

Сэм осторожно коснулся уголка ее рта, где нежная кожа лопнула и пятнышко крови окрасило бледные губы.

— Не вовремя ты взялась играть с огнем, — сказал он тихо. — Лучше уйди, Розалинда, не то я снова поцелую тебя.

Линди молча повернулась и убежала к себе в комнату.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Линди растерянно рассматривала пачку машинописных листков, которую Сэм сунул ей в руки.

— Чушь какая-то, — пробормотала она, разбирая кошмарную абракадабру. На первый взгляд осмысленными казались только имена действующих лиц.

— Ни я, ни сценарист ничего не понимаем в медицинской терминологии. Поставь на место пропусков настоящие термины, а Нед сделает все необходимые изменения. Что-нибудь непонятно?

Плотно сжав губы, Линди проглотила ядовитый ответ. Сэм предупреждал, что ей придется отработать свои деньги, и он сдержал слово!

Сэм разбудил ее в несусветную рань громким стуком в дверь спальни и сообщил, что у нее есть час времени. Поэтому Линди не успела ни накраситься, ни помыть голову, а волосы наскоро завязала в хвостик. Она чувствовала себя усталой, раздраженной и всеми обиженной. И почему это сестры всегда куда-то деваются, когда они нужны?

Такого грубияна, как Сэм Рурк, она еще в жизни не встречала. Добавив к обиде оскорбление, он совершенно не обращал на нее внимания всю дорогу до готического особняка, где, как выяснилось, проходили съемки. Много чего крутилось в его красивой голове, но к Линди эти мысли не имели ровно никакого отношения. Ну и ладно!

При появлении Сэма все ожили прямо на глазах, будто свежий ветер пронесся по съемочной площадке. Его энергия и энтузиазм заражали даже тех, кто, вроде Линди, еще не совсем проснулся.

Приняв ее молчание за знак согласия, Сэм коротко бросил:

— Отлично, я потом просмотрю.

И зашагал прочь. Линди смотрела ему вслед и не понимала, что она, собственно, здесь делает.