Пьяный батя - Усталый мужик

сделал?

Зачем спас её?

Зачем купил?

Зачем теперь сижу и пытаюсь понять, кто она такая?

Я тряхнул головой.

Ночью меня ждала работа. А гоблинская принцесса… Ну, раз уж купил, придётся разобраться, что с ней делать дальше.

Продолжение следует…

Глава 28. Ночная дорога и язык, который не умолкал

Шаркхольм никогда не спит.

Днём он шумный, пьяный и солнечный, но ночью превращается в настоящий ад. Порт наполняется тенями, шепотом, звоном монет и хриплыми голосами тех, кто привык делать грязные дела под покровом темноты. Лампы, светлячки в клетках, костры на пристани — всё это освещает улицы неровным, тревожным светом, в котором рождаются сплетни, сделки и убийства.

Толпа плыла по улицам, как густая река.

— Эй, ты видел, как тот парень в борделе сказал, что у него нет денег, а потом оказался без штанов посреди площади?!

— Ха! Ему ещё повезло! В прошлый раз такого бедолагу отправили плавать на доске… без доски.

— Свежее мясо! Завтра уходит караван, берите пока есть!

— Мечи, ножи, топоры! Любой удар — летальный, если повезёт!

— Магические амулеты! Не знаю, работают ли, но если что — продавец даёт пожизненную гарантию!

Мы с Одуванчиком пробирались через этот хаос, а рядом со мной не умолкала Анна.

— Ты не представляешь, как тяжело мне было! — говорила она, энергично размахивая руками. — Я выросла во дворце, где меня обучали этикету, искусствам, дипломатии, а потом… меня продали, как какую-то дешевую вещь!

— Жизнь жестока, да, — буркнул я, пытаясь не сбить на пути очередного уличного певца, который орал что-то про любовь и разбитые черепа.

— Ты даже не слушаешь!

— Конечно слушаю. У тебя такая увлекательная история. Особенно часть про то, как ты в три года ударилась коленкой и не заплакала. Это точно изменило твою судьбу.

— Это показатель силы духа!

Я закатил глаза.

Она рассказывала всё: о своей семье, о древности рода, о мудрых учителях, которые наставляли её в жизни. О том, как она пыталась сбежать, но попала к другим работорговцам. О том, как её собирались скормить зверям, и о том, что, увидев меня, она решила, будто я людоед, который её съест.

— И тогда я подумала: надо понравиться ему, иначе меня сожрут!

— Разумный подход. Жаль, что ты забыла его, как только наелась.

Она фыркнула, но продолжила:

— И ещё я боялась… ну… что ты…

Я вскинул бровь.

— Что я что?

Она покраснела, отвела взгляд.

— Ты знаешь.

Я рассмеялся:

— Девочка, ты куплена за два бутерброда и бурдюк вина. Какое к чёрту желание?

Она надулась:

— Ты невозможный.

— Я рациональный.

Толпа вокруг гудела, спорила, торговалась. Кто-то пел, кто-то дрался, кто-то уже валялся в канаве без сапог и достоинства.

Мы приближались к порту.

Глава 29. Корабль, который лучше не трогать

В порту царил другой ритм. Здесь было меньше пьяного веселья и больше работы. Грузчики таскали ящики, капитаны ругались с моряками, рыбаки вытаскивали сети.

Но среди всего этого хаоса выделялся один корабль.

Небольшой, но идеальный. Каждая доска гладкая, как будто его только что построили. Оснастка без единого разрыва. Паруса чёрные, с серебряной вышивкой, изображающей символ, который я не смог бы описать, но он сразу резанул по глазам.

На носу стояла фигура русалки, но не той, что улыбается и заманивает влюблённых моряков. Нет, это была русалка с хищной ухмылкой, её когтистые пальцы вытягивались вперёд, словно она вот-вот схватит тебя за горло.

Пираты обходили корабль стороной. Он стоял особняком, в тени, и даже ветер будто не касался его парусов.

Я молча остановил Одуванчика в тёмном закутке.

Анна нахмурилась:

— Ты чего?

Я спрыгнул с телеги, открыл скрытое дно.

Она заглянула внутрь и ахнула:

— Что это?!

Я улыбнулся:

— Потом поймёшь.

Я достал странный металлический предмет, зарядил его, взял в руки, прицелился ровно по ватерлинии корабля.

БАХ!

Ракета со свистом полетела в сторону судна.

Анна закричала:

— Ты что творишь?!

Ракета ударила в борт, разорвав его на куски. Дерево взлетело в воздух, словно щепки, огонь вспыхнул по всей длине корпуса.

Я молча зарядил ещё одну.

БАХ!

Корабль разваливался на части.

Третья ракета добила его окончательно — он ушёл под воду, оставляя после себя лишь пылающие обломки.

Анна смотрела на меня в полном шоке.

— Ты… ты… Ты даже не зашёл туда?!

Я пожал плечами.

— А зачем? Так проще.

— Но… но…

— Ты думала, что я ворвусь на корабль с мечом, буду кричать про честь и справедливость? Нет, девочка, так дела не делаются.

Она побледнела.

— Ты… ты монстр.

Я рассмеялся.

— Только если монстр — это человек, который умеет решать проблемы быстро и эффективно.

Мы смотрели на воду, где среди всплывающих досок барахтались люди. Обычные моряки. Не призраки, не чудовища, не демоны.

Я не стал их добивать.

Я не убийца.

Глава 30. Пора уходить

Я знал, что долго здесь задерживаться нельзя. Рано или поздно кто-то свяжет концы с концами, а мне не хотелось выяснять, кто именно.

Но перед уходом я хотел найти ту девочку-полуросличку с конфетами.

Только я подозревал, что её уже не найду.

— Ну, пять тысяч золотых — это тоже хорошая сумма за пятнадцать минут работы, — пробормотал я, взбираясь на телегу.

Анна молчала.

Но когда мы уже покинули порт, она всё-таки заговорила.

— Ты… ты не рыцарь. Благородные господа так не поступают.

Я перевёл на неё взгляд и приподнял бровь.

— Девочка, ты дура.

Она нахмурилась, надув губы.

Я рассмеялся, тронул поводья.

Шаркхольм остался позади, а впереди нас ждали караванные пути.

Продолжение следует…

Глава 31. Цена свободы и зловещее предложение

Мы выбрались за город на пустынные окраины, где песок уже начинал поглощать следы цивилизации. Впереди лежали караванные пути, дорога к неизвестности.

Я остановил телегу, слез, потянулся.

В руках у меня был мешок с пятью тысячами золотых монет — тяжёлый, увесистый, полный звона, обещающий уютную жизнь.

Я даже не стал пересчитывать. Засунул руку внутрь, взял первую попавшуюся горсть, вытащил второй мешочек, высыпал туда часть монет.

Анна, сидевшая на телеге, наблюдала за мной с прищуром.

Я протянул ей мешочек.

— На.

Она медленно моргнула.

— Это что?

— Золото. Деньги. Бери.

Она ещё секунду смотрела, потом, осторожно, словно подозревала подвох, взяла мешочек.

— Вы… даёте мне золото?

— Ну да.

— Просто так?

— Ты помогала. Хихикала. Развлекала болтовнёй. В конце концов, ты тоже была частью этого дела. Так что… всё честно.

Анна покрутила мешочек в