Все включено: скандал, секс, вино - Мария Жукова-Гладкова

– Конечно, подкинем, – тут же вставил Сергей. – Какие проблемы?

«Еще один свидетель, подтверждающий твое алиби?» – так и подмывало меня спросить, но сдержалась. Вообще-то я порадовалась, что в машине оказался еще один человек, а то теперь мне не очень-то хотелось находиться в ней вдвоем с Сергеем.

Парень представился Анатолием. Ему на вид было лет двадцать пять, рост высокий, плечи широкие, лицо чисто выбрито, в отличие от Серегиного, светлые волосы коротко подстрижены. Одет он был просто – в старенький черный джинсовый костюм, из-под которого проглядывала клетчатая рубашка. На коленях держал молодежный рюкзак черного цвета.

Правда, у меня почему-то появилось ощущение, что я его где-то видела. Хотя с моей активной жизнью это и неудивительно: постоянно по своим журналистским делам бегаю, со многими людьми встречаюсь, в разных организациях бываю. Иногда вижу человека, точно знаю – мы где-то пересекались, но вспомнить, где именно, не удается. Может, Толя сам подскажет? Или он меня не узнал?

Толя тем временем рассказал, что он сам родом из Выборга и у него тут живут родители, к которым он как раз и наведывался. Планировал остаться подольше, но вчера позвонили с работы и велели сегодня прибыть как можно раньше.

– А работаешь где? – спросил Серега.

Толя назвал одну довольно известную в городе фирму, занимающуюся жилищным строительством. На вопрос, кем, усмехнулся и сказал:

– Спросите что-нибудь полегче. Официально числюсь менеджером, но это та-акое растяжимое понятие. Неприятно признаваться, но я – мальчик на побегушках. Бегаю за квартиру.

– Понятно, – кивнул Сергей.

Милый друг рассказал Толику, чем он сам занимается (официально), про меня умолчал, за что я была благодарна. Незачем лишний раз засвечиваться. Когда нужно, я сама представлюсь (если не узнали), в особенности, если захочу взять интервью. А вообще у известности есть и оборотная сторона медали… Наверное, было бы лучше, если бы я оставалась в пишущей братии, а не вылезала на экран.

Где-то на полпути Толик попросил притормозить у лесочка. Деревья стояли сплошняком по обеим сторонам дороги. Нигде поблизости никаких населенных пунктов не наблюдалось.

– Юль, давай ты первая, – повернулся ко мне Серега.

Я подхватила свою спортивную сумку (не оставлять же мне в машине двенадцать восемьсот «зеленью»? И это – не считая своих кровных, прихваченных в Финляндию и не потраченных там) и углубилась в лес. Когда возвращалась к машине, Толик снова выскочил и открыл передо мной заднюю дверцу. Я ему улыбнулась, а Серега сказал:

– Толя, теперь ты иди, а уж я последним.

Парень кивнул, бросил быстрый взгляд на нас обоих и ушел. Наверное, решил, что мы хотим перекинуться парой фраз. Я в самом деле намеревалась воспользоваться его отсутствием.

– Зачем ты его взял? – спросила я.

– Ну а чего? – повернулся ко мне Сергей. – Подошел парнишка, попросился… Вроде безобидный. Тебе чего, жалко?

– Да мне по барабану! Бери кого хочешь! Хоть всю машину заполни до отказа и еще в багажник труп положи!

– Вот поэтому и взял, – рявкнул Сергей в ответ, – чтоб ты истерик не закатывала!

– У нас в багажнике труп?

– Что ты несешь? Дура набитая!

– Сам дурак!

Наша семейная сцена была прервана появлением Толика. Он пребывал в лесу дольше, чем я, но все равно смутился, подходя к машине. Сергей тем временем схватил кейс с заднего сиденья и вместе с ним рванул в лес, на всех парах пролетев мимо Толика. Парень застыл на месте, провожая Серегу странным взглядом. А тот, казалось, ничего не соображал – врезался лбом в молодую березку, от чего та переломилась пополам. То ли лоб у Сереги слишком крепкий, то ли березки пошли чахлые. Наверное, радиация.

Толик медленно подошел к машине, открыл дверцу, молча сел и, не оборачиваясь ко мне, тихо сказал:

– Простите, что я к вам навязался. У первой же станции метро я сойду.

– Я, наоборот, очень рада, что вы к нам сели, – ответила я. – Иначе мы ругались бы всю дорогу.

– И зачем только люди женятся? – ни к селу ни к городу произнес Толик. – Я смотрю на своих женатых друзей и думаю: зачем они себе так жизнь испортили? Хотя все думали по-другому, когда женились. И жены были другие, пока еще ходили в невестах.

– Если вы решили, что я замужем за этим бараном, то ошибаетесь.

Как раз в этот момент упомянутое «животное» появилось из лесу. Судя по внешним признакам, Сергей взял себя в руки. Смотрелся весьма эффектно, вылезая на дорогу в деловом костюме и с кейсом.

Когда Серега распахнул заднюю дверцу со стороны дороги, где раньше и лежал кейс, то взглянул на меня сурово и спросил:

– Успокоилась?

– Успокоюсь полностью, когда ты продемонстрируешь, что трупа в багажнике нет.

Толик аж подпрыгнул на месте. Серега выматерился, назвал меня сумасшедшей журналюгой, у которой от копания в чужом дерьме и встреч с преступниками мозги съехали набекрень, просунулся в машину, схватил меня за руку и вытянул на шоссе. Кейс, который я не могла не задеть, грохнулся на асфальт, но Серега в ярости о нем забыл. Что это у парня с нервами в самом-то деле?

Толя, наблюдая за этой сценой, тоже решил выпрыгнуть из машины. Свой рюкзак, который он надевал на спину перед тем, как пойти в лесочек, на этот раз оставил на переднем сиденье.

Серега, изрыгая проклятия, открыл багажник. Мы с Толей стояли по обеим его сторонам. По трассе проносились редкие машины, но на нас никто не обращал внимания. Подобные заходы в лесок здесь – самое обычное дело. И никто, кроме нас, не мог видеть содержимого багажника.

Но когда нашим взорам представилось это самое содержимое, мы все втроем замерли на своих местах. Потом Толик присвистнул и как-то странно посмотрел на Серегу, Серега раскрыл рот. По-моему, его удивление было искренним. А я нагнулась пониже, чтобы рассмотреть уже посиневшую девушку, лежащую в позе эмбриона.

Я, конечно, могла и ошибиться, но, по-моему, она была одной из тех четырех, которых я видела в бане вместе с Редькой и Колобовым.

Первым очухался Толик.

– Э, ребята, извините, я, пожалуй, попробую поймать другую машину, – промямлил он.

– Ничего ты не попробуешь, – рявкнул Серега и приказал: – А ну живо в машину, оба!

После чего захлопнул багажник, схватил Толика за шкирку, дал ему хорошего пинка и толкнул на заднее сиденье. Я проследовала на свое место без особого приглашения и даже подняла с земли священный кейс, который почему-то стал волновать Серегу гораздо меньше, чем раньше.

Серега плюхнулся за руль и сорвался с места, мы с Толиком тихо сидели сзади, потом я почувствовала, как он берет мою руку в свою и легко сжимает, я сделала то же самое. Мы не решались встретиться взглядами, чтобы Серега этого не заметил в зеркале заднего вида. Ну и влипли. Насчет себя я не очень беспокоилась, но мне было откровенно жаль Толика. Знал бы парень, в какую машину садился… Слава богу, истерика у него не началась. Работая криминальным репортером, я всякую реакцию видела.

Но ведь и Серега, похоже, не знал про труп в багажнике. Не пошел бы он его открывать при незнакомом человеке. Да и при мне бы, наверное, не пошел. Зачем демонстрировать труп журналистке, которая еще ко всему в придачу является твоей бывшей возлюбленной? Поступок идиотский. Кто мог предположить, что мои слова попадут прямо в яблочко? Может, это дар ясновидения во мне просыпается?

Я, конечно, не пойду стучать на Серегу. Хотя, в принципе, меня с убийством не может связать никто. Я эту девицу знать не знаю, да и какой у меня мотив? Более того, у меня на все время пребывания в гостинице есть алиби.

Алиби… Так зачем оно было нужно Сергею? Он ведь вполне мог мне врать про офис. Ему нужно было, чтобы какой-то человек подтвердил, что он неотлучно находился с ним. Все равно кто. Вначале он хотел пригласить для этой цели жену Артура. Потом ему удачно подвернулась я. И он заплатил мне десять тысяч баксов. Кстати, а что у него все-таки в кейсе? Не орудия ли убийства? Ведь вчера у него откуда-то появился пистолет. И, кстати, как убили девушку? Она была одета в черные брючки, черную блузку и черную курточку, надетую поверх блузки. На них крови не было. Ее убили, а труп потом сунули в багажник? Конечно, все так и было. Но кто постарался? Ведь если убивал не Сергей (а он все-таки не идиот, чтобы прятать труп в своей машине), то его кто-то хотел подставить. И даже то, что Сергей поставил машину на удалении от гостиницы, не помогло.

А подставить его, пожалуй, мог только тестюшка. Никакая другая кандидатура мне в голову не приходила.

Заметив грунтовую дорогу, отходившую от шоссе влево, Сергей завернул на нее. С одной ее стороны шел лес, правда, гораздо более редкий, чем тот, который мы посещали перед инцидентом, с другой – поле, вернее, участок, почему-то свободный от деревьев.

Отъехав от шоссе метров на пятьсот, Сергей остановил машину и повернулся к Толику.

– Будешь мне помогать, – сказал милый друг.