Жестокий маскарад - Марджери Хилтон

Ланс замолчал и прищурился.

— Не думайте, что здесь у вас не найдется соперниц. Но Брент — однолюб и вряд ли когда-нибудь изменится. Во всяком случае, у вашей сестры нет оснований подозревать его в неверности.

Против своей воли Вирджиния чувствовала, что он прав. Его доводы звучали убедительно… достаточно убедительно, чтобы снова пробудить в ее душе дремлющую детскую любовь. Впервые в жизни Вирджиния готова была пойти на обман, а ведь она даже не подозревала, что способна на это.

Ланс коснулся ее руки и тихо сказал:

— Я понимаю ваши чувства. Вам претит вынужденная ложь. Забудьте об этом. Поверьте, даже бесчестный поступок можно совершить с благой целью. — Он включил зажигание и немного помолчал, прислушиваясь к шуму мотора. — Больше я не буду настаивать. Вы сами должны принять решение. Или оно уже принято?

Вирджиния молчала. Бабушка всегда говорила, что обман не доводит до добра. Но чем оправдать свой отказ от обмана, который ее просят совершить?

Машина остановилась во дворе клиники. Вирджиния была бледна, и даже палящее тропическое солнце не могло прогнать озноб, растекающийся по всему телу. Она выбралась из машины и направилась к стоящим у двери фигурам в белых халатах. Внезапно одна из них резким жестом отшвырнула тонкую белую трость.

— Еще не хватало, чтобы я появился в городе с тростью! Да я скорее предпочту оказаться в аду!

— Охотно верю, — сухо произнес стоящий рядом седой врач. — По крайней мере, позвольте вашей невесте вести вас под руку.

Брент обернулся на звук шагов Вирджинии:

— Конечно… если она захочет. Ты побудешь моим поводырем, Анна?

Он возвышался над ней, надменный и гордый, будто не прося помочь, а оказывая милость. У Вирджинии пери хватило горло, перед глазами поплыл туман. Едва сдерживая слезы, она протянула ему руку.

— Согласно легенде, он сделан из множества изумрудов тысячи лет назад. Правда, недавно ученые установили, что это не изумруды, а нефрит и яшма, предположительно из Монголии. Одежды — из золотой парчи, расти той драгоценными камнями. Каждый год, на специальной церемонии, сам король меняет их.

Потрясенная Вирджиния стояла в святилище Изумрудного Будды, завороженно глядя на золотую нишу, в которой возвышалась сверкающая зеленая статуя самого почитаемого божества Таиланда. Горели свечи, в воздухе питал аромат благовоний, возле статуи лежали всевозможные подношения — от сказочно щедрых до нищенских, знаки преданности тех, кто приходил сюда.

— Думаю, на сегодня хватит. Ты запомнила все, что мы видели? — снисходительно спросил Брент по дороге к машине.

— Не знаю, — ответила Вирджиния. — Я запомнила Мраморный храм — он такой величественный! Да, и первый храм, который мы осмотрели — Храм Рассвета.

— Ват Арун, — улыбнулся Брент. — Ты молодец, Обычно в этих храмах от обилия золота и блеска драгоценностей просто рябит в глазах. Ты не устала, дорогая? — спросил он, обнимая ее за плечи.

— Нет, разве что немного жарко.

— Ты еще не привыкла к тропикам. Холодный душ освежит тебя. — Он повернулся к Лансу: — Мы возвращаемся в клинику. Нам всем не мешает выпить.

Устраиваясь на водительском сидении, Ланс подозрительно взглянул на них, задержав глаза на пылающем лице Вирджинии. Ее радостное чувство, возникшее во время поездки исчезло, уступив место невеселым мыслям.

На город спускалась ночь. Внезапно Вирджиния почувствовала страшную усталость и тихо заснула на плече Брента.

— Сегодня нам не удалось побыть наедине и пяти минут, — сказал Брент, когда они вновь оказались в клинике.

— Впереди у вас еще много дней, — улыбнулся доктор Лауэн.

Они болтали и смеялись, сидя в кабинете доктора Лауэна, пока тот, наконец, не заявил, что Бренту пора отдыхать. Тот неохотно ушел в палату, а Вирджиния была поручена заботам очаровательной девушки, рентгенолога клиники.

Ее провели в маленькую, прохладную комнату. Если бы не большая китайская ваза, Вирджиния с трудом поверила бы, что находится на Востоке.

Девушка вежливо спросила, не нужна ли Вирджинии помощь, и добавила:

— Здесь работа начинается рано утром, но вы может отдыхать, сколько захотите.

Она приветливо улыбнулась и вышла.

Оставшись одна, Вирджиния погасила свет и легла на узкую кровать, стараясь не думать о завтрашнем дне и всех предстоящих днях, о том, что они могут принести…

Поднявшись на следующее утро в неприлично ранний час, Вирджиния опять обнаружила, что автомобиль и водитель находятся в их с Брентом распоряжении и что сегодня предполагается посетить плавучие кварталы города.

— Правда, для этого немного рановато, — извиняющимся тоном заметил доктор Лауэн.

Вирджиния понимала, почему он так старается раз влечь их — чтобы поправиться, Бренту нужны положи тельные эмоции. Но из-за слепоты Брента и из-за того, что Вирджиния не знала города, доктор Лауэн не мог позволить им поехать куда-нибудь без провожатого.

Втайне она даже радовалась тому, что рядом с ними постоянно кто-то есть. Перспектива проводить долгие часы наедине с Брентом, да еще в чужой роли, ужасала ее. Девушка с удовольствием бродила по улицам Бангкока, пока не заметила, что ответы Брента на ее многочисленные вопросы стали краткими и сухими.

— Что-нибудь случилось? — быстро спросила она.

— Не беспокойся. Анна, где мы находимся?

Она оглядела берег реки и с сомнением произнесла:

— Думаю, мы вернулись к тому зданию… Помнишь к нему ведет длинная лестница… Может, нам лучше вернуться в клинику?

— Боже упаси! Ты устала?

— Нет, но ты…

— Со мной все в порядке, — отрезал Брент и надолго замолчал.

Ленч прошел довольно скучно. Ресторан был переполнен, и Вирджиния с жалостью смотрела, как Брент неуверенно водит вилкой по тарелке. Наконец, к общему облегчению, ленч закончился, и они встали.

— Ладно, что у нас на очереди? — покорно спросил Брент.

— Доктор Лауэн хотел, чтобы мы показали Анне Пастеровский институт, — подсказал Ланс.

— Этого только не хватало! — простонал Брент. — Послушай, я питаю глубочайшее уважение к их работе, но согласись, это не слишком подходящее место для женщин. Нет, лучше что-нибудь другое.

— Они работают со змеями? — с любопытством спросила Вирджиния.

— Да, для получения противоядий и изготовления лекарственных препаратов, — пояснил Брент. — Если тебе интересно, давай поедем туда.

— Думаю, сейчас мы вообще никуда не поедем, — тихо заметила она, глядя за окно, где хлестал тропический ливень.

— Ясно, — вздохнул Брент, когда они оказались в автомобиле, и это был вздох облегчения. — Тогда мы можем съездить в рощу.