Ведьмина хижина - Александр Матюхин

— Расслабься, дай волшебству доделать свое дело. — Сказала Челма. — И не тряси руками, ты не птица. Настоящие ведьмы никогда так не делают.

Ликка попробовала расслабиться. Ощущения стали еще более странными. Теперь она решила, что похожа на воздушный шар, который стремительно сдувается. Ветер под облаками был уже не таким беззаботным разбойником, а стал тихим и рассудительным. Он принял Ликку в свои объятия и начал плавно спускать к земле. Ликка увидела небольшую деревню, ютившуюся домиками у окраины леса. Затем нескончаемые изумрудные лесные шапки скрыли от нее мир вокруг. Казалось, что лес тянется до самого горизонта. Лес был бесконечен…

А ветер аккуратно пронес Ликку между деревьев и поставил на ноги на узкой протоптанной тропинке. Неподалеку приземлилась и Челма Сытконош. Она стремительно поправила свою шляпу, стряхнула пыль с накидки, проверила, застегнуты ли все пуговицы, внимательно разглядела носки ботинок и проверила, на месте ли каблуки.

— Ну, вот, поздравляю! — Сказала Челма, покончив со странной процедурой. — Мы, наконец, прибыли. И хочу заметить, что успели точнехонько к ужину.

Глава четвертая. В которой Ликка знакомится с хижиной

Ликка и ведьма сделали всего несколько шагов, а тропинка хитро вильнула в сторону, деревья, будто по волшебству, расступились, и удивленному взору девочки открылась ведьмина хижина. Самая настоящая. Почти такая же, как на картинках в книжках. Уж сколько за сегодняшний день Ликка представляла себе эту хижину, сколько пыталась угадать, как она будет выглядеть, а все равно не угадала (правда, увидеть свисающих с крыши живых змей и толстый слой паутины с большими жирными пауками Ликка все равно не надеялась).

Хижина оказалась круглой, будто апельсин и низенькой до такой степени, словно кто-то сначала поставил фундамент, а потом плюнул на работу и сразу приделал к нему крышу. В целом хижина походила на прячущийся в земле гриб, который каким-то волшебным образом обзавелся кривым крыльцом (перильца овивал сплошь изумрудный хмель), круглыми оконцами, косой дверцей и пузатой трубой. Покатую крышу овальной формы покрывали сплошь пучки рыжей соломы и черные овалы гнезд. С краев крыши свисали лохмотья сухого голубого мха. Кружащих вокруг трубы воронов не наблюдалось. Впрочем, ворон на плече ведьмы не остался в долгу, взмыл в воздух и, оглашая окрестности утробным карканьем, принялся кружить вокруг хижины. Следом за ним взлетела метла метла, озорно выписывая в воздухе замысловатые кульбиты. Челма Сытконош, увидев это, остановилась и уперла руки в бока, укоризненно качая головой.

— Ведут себя так, будто месяц дома не были, — произнесла она, — а ведь только утром вылетели.

— Соскучились! — Пробормотала в ответ Ликка, внезапно ощутив очень легкий и пока еще не совсем важный укол где-то в глубине души. Возможно, это пробивался первый росток тоски по дому, которому суждено будет в скором времени перерасти в нечто большее. А, возможно, просто последствия от волшебного перелета. Кто знает?

К слову сказать, в лесу, как и в Ликкиной деревне, накрапывал мелкий весенний дождик. Ле-гонько так, шептался в листьях ('Кто эта незнакомка? Кто она?') и прибивал пыль на тропинке. Только дождик этот казался Ликке чужим. В нем не было воспоминаний о родной деревне, не пахло привычным Бурым морем. Дождь будто удивлялся внезапно возникшей здесь чужестранке и обходил ее стороной, не оставляя на одежде ни единой даже самой маленькой капли. И воздух вокруг был какой-то другой, непривычный. Воздух совсем другого мира… В этот момент Ликка на мгновение остро почувствовала себя самым одиноким человеком на свете. Но это быстро прошло, и, как обычно бывает у детей с хорошо развитой фантазией, Ликка ощутила зародившийся в груди задор и стремление познавать мир; тягу к приключениям и путешествиям… Библиотека, театральный кружок и повседневная деревенская жизнь остались где-то далеко-далеко. Хотелось идти вперед, не оглядываясь назад.

— Ну, чего замерла, как неживая? — спросила Челма Сытконош, которая, как оказалось, уже давно отворила дверь и теперь стояла на пороге с метлой в руке. Вокруг крыши кружил только ворон. Он по-прежнему не произносил ни слова. Вот ведь гордая птица.

Ликка смутилась, ойкнула и быстро поднялась по ступенькам. Ведьма посторонилась, пропуская девочку вперед. Ликке открылся небольшой, но чрезвычайно уютный коридор. Существует мнение (и его подтверждали многочисленные картинки в книжках и различные статьи из тех же самых книжек), что жилище ведьмы выглядит мерзко, отвратительно и отталкивающе, если не сказать большего. Жилище ведьмы своим внешним и внутренним видом должно внушать людям страх и, в некотором роде, уважение. Прежде всего, в жилище ведьм всегда должен царить мрак. В углах должны шевелиться зловещие тени, по коридорам — гулять холодный, неприветливый ветер, на полу непременно должен стелиться сизый туман (а если в тумане что-то с противным писком копошится, то вообще хорошо). Стены в обязательном порядке должны быть увешаны всевозможными атрибутами ведьмовства, которыми (и в этом нет сомнения) являются головы летучих мышей, хвосты крыс, чешуя рыб, языки тритонов, лошадиная шерсть, иногда — экзотическая голова крокодила с распахнутой пастью. Комнатки в ведьмином жилище должны быть маленькими, темными, с неровным земляным полом (туман, между прочим, тоже обязателен). Эти же комнатки должны быть заставлены всевозможными полками, на которых ютятся друг к дружке колбочки, баночки, мензурки и пузырьки. В каждой из колбочек, баночек, мензурок и пузырьков должна быть налита темная жидкость, которую при беглом осмотре неизменно путают с кровью. И, конечно же, ни одно ведьмино жилище не обходится без огромного ведьминого котла, внутри которого постоянно что-то варится. Из котла всегда должно ужасно вонять, плескаться через край кипятком, а по краям его неизменно должна собираться мутная темная пена. Хорошо бы, если бы на поверхности жижи взбухали отвратительные пузыри, которые бы лопались с оглушительным звуком. Также не стоит забывать про отвратительный запах, про крыс, про тараканов, про скелеты в шкафу и про какого-нибудь заблудившегося мальчонку, которого вот-вот должны съесть.

Но это все по книжкам. Хижина Челмы Сытконош выглядела совсем не так.

Прежде всего, здесь всюду горели свечи, уничтожая дрожащие тени в зародыше. Сквозь распахнутые окна лился приятный вечерний свет. Пол под ногами устилала ковровая дорожка, вдоль стен на высоких подставках стояли горшки с цветами. Рядом с порогом стояла обувница, поодаль от нее — вешалка, на которой висело несколько темных плащей и еще одна остроконечная шляпа. Комнаты оказались большими и просторными (и это несмотря на то, что снаружи хижина выглядела заметно меньше). Колбочки, мензурки, баночки и всевозможная стеклянная ведьмина утварь были аккуратно расставлены в шкафах вдоль стен. Всевозможных голов, хвостов и чешуек не наблюдалось вовсе. А котел с зельем стоял, где ему и положено стоять в приличных домах, то есть в камине. Да и зелья там никакого не было — на дне дрожала прозрачная вода.