Ведьмина хижина - Александр Матюхин

Бруно Котеняр вынырнул из темноты так же внезапно, как и исчез. Он выглядел взволнованно. В руках чародей держал стеклянную банку, наполненную… ящерицами! Самыми обыкновенными живыми ящерицами! Они копошились в маленьком свободном пространстве, вертели хвостами и зыркали из банки большими черными глазами.

— Занятно. — Проворчала Челма Сытконош, внимательнейшим образом рассматривая банку.

— У меня к тебе одна просьба, моя дорогая подруга. Завтра ровно в полдень выпусти их на заднем дворе своей хижины! Просто открой банку и выпусти! — В голосе Бруно скользила безнадежная мольба. Он знал Челму намного лучше, чем Ликка.

— И что произойдет? Один из твоих забавных фейерверков?

— Ну, это сюрприз. — Смутился чародей. — Я надеюсь, тебе понравится.

— Подарок значит. Занятно. Хоть и не люблю сюрпризы…

Челма Сытконош, не без колебаний, приняла банку из рук Бруно и убрала ее в полы своего плаща. Банка без видимых затруднений исчезла в многочисленных темных складках.

— Спасибо за подарок, но, может быть, теперь ты отправишь нас домой? — Поинтересовалась ведьма.

— Поужинать не хотите? Я бысто. Для чародея приготовить ужин — раз плюнуть. Сейчас, поищу несколько рецептов. Особенно сильно у меня получаются кальмары… — Бруно принялся хлопать себя по многочисленным карманам, выуживать клочки бумаги, огрызки карандашей, мышиные хвостики, сдутые разноцветные шарики и птичьи перья. — Секундочку! Всего лишь секундочку!

Выглядел он при этом чрезвычайно расстроено, будто очен6ь хотел, чтобы Челма Сытконош задержала надолго, но не мог придумать причины для задержания. Вообще, Бруно напомнил Ликке тех влюбленных парней из старших классов, которые стайками вьются вокруг симпатичных девушек. Каждый из этих парней (влюбленный отчаянно и безвозвратно) каждый день находил новый способ встретиться с возлюбленной — один случайным образом оказывался поблизости, другой сталкивался на перемене в коридоре, третий так и вовсе находил сумочку, которая (о, ужас!) была кем-то украдена всего час назад. А в глазах этих парней читалась та же влюбленность, которую Ликка видела в глазах чародея. Хотя, может, ей всего лишь показалось.

— Не утруждай себя! — Произнесла Челма Сытконош. — Мы поужинаем дома… А к тебе на ужин заглянем как-нибудь… когда будем пролетать мимо.

Последнее предложение она произнесла таким тоном, будто действительно собиралась как-нибудь пролетать мимо, вот только это самое 'как-нибудь' случиться не раньше, чем через сотню лет.

— Правда?! — Оживился слегка стушевавшийся до этого чародей.

— Абсолютная. — Кивнула ведьма.

— Тогда, собственно, не смею вас больше задерживать. Прошу к шару, милые дамы!

Ликка сделала несколько робких шагов, Челма же Сытконош положила на шар свою большую ладонь. Шар засветился изнутри странным лиловым цветом. Метла закружилась у ног ведьмы, а потом вытянулась вертикально, будто по стойке смирно. Ликка не без опаски тоже положила ладонь на поверхность шара. Шар оказался теплым и мягким. Что-то защекотало Ликке кожу. Она даже поежилась от странных ощущений.

— Не забудь про ящериц! — Шепнул Бруно Котеняр, появляясь между девушкой и ведьмой.

— Уж точно не забуду. — Отозвалась Челма.

— Передам твоему брату, что у него симпатичная сестра. — Обратился Бруно к Ликке.

Девочка улыбнулась. Шар засветился изнутри оранжевым.

В этот момент Бруно вытащил из нагрудного кармашка узкую колбочку, внутри которой плескалась яркая жидкость. Из другого кармашка он выудил небольшую пипетку. Затем Бруно набрал несколько капель из колбочки и торжественно поднес пипетку к рукам Ликки и Челмы.

— Кого первого? — Осведомился Бруно.

— Меня, естественно. — Сказала Челма. — Девочка еще ни разу не перемещалась.

— Уж она-то удивиться. — Хихикнул Бруно и выдавил из пипетки пару капель.

Как только яркая жидкость коснулась морщинистой кожи на руке Челмы, ведьма вдруг вспыхнула, будто сухой лист на огне. Ликка в страхе отшатнулась, однако ладонь ее будто прилипла к поверхности шара. А ведьма, улыбнувшись, взяла да и пропала. Вместе с огнем, метлой и вороном. Кабинет Бруно погрузился в темноту. Запахло осенним дождем в лесу.

— Она пропала! — Пробормотала Ликка, ошарашено.

— Привыкай. Челма Сытконош из тех особ, которые любят пропадать без объяснения причин. Теперь, кстати, твоя очередь. — Сказал чародей, выдавливая из пипетки несколько капель на ладонь Ликки.

'Я не хочу гореть! — Хотела крикнуть Ликка, но не успела.

Перед глазами стремительно пронесся пучок яркого белого света. Уши заложило от протяжного гула. Что-то взорвалось, вспыхнуло, на мгновение ослепив, и растаяло. Остались только воспоминания, да странные ощущения, будто кто-то невидимый, но очень сильные сначала смял Ликку в бумажный комок, потом швырнул ее куда-то далеко-далеко, а потом сам же старательно развернул и разгладил…

Ликка открыла глаза и увидела, что находится совсем не в кабинете чародея.

Она летела где-то над облаками, в голубой небесной глади, купающейся в лучах клонящегося в закат солнца. Теплый ветер трепал Ликкины волосы. Приятные запахи ласкали нос. Ощущение от полета было очень и очень странное. Даже словами не описать. Одни только эмоции. Ликке казалось, что ее надули, будто воздушный шарик, и она стала очень легкой, легче воздуха. При желании, она бы, наверное, могла взлететь еще выше, к звездам. А еще Ликка порадовалась, что надела теплые носки, потому что хоть воздух и был теплым, но со-всем не таким теплым, как в родной деревне.

Слева от Ликки летела Челма Сытконош. Метла и ворон были рядом: метла радостно вертясь вокруг своей оси, а ворон сосредоточенно вглядывался в серость неопределенной пустоты. Видимо, именно сейчас он совсем не хотел разговаривать. И даже каркать.

— Где мы? — Спросила Ликка. Ветер подхватил ее вопрос, будто это был клочок бумаги, и, играючи, швырнул в ведьму.

— Мы в Северной провинции, недалеко от моей хижины. Готовься к посадке. — Голос Челмы был слышен очень хорошо, несмотря на то, что у Ликки, судя по всему, заложило уши.

И верно — в этот же момент Ликка почувствовала, как ее тело наливается странной необъяснимой тяжестью. Будто земля вспомнила о летающей девочке и решила, во что бы то ни стало вернуть ее обратно. Ликка погрузилась в мягкие белые облака — и на мгновение мир вокруг стал молочного цвета — потом вынырнула уже под облаками, и разглядела внизу покрытую густой зеленью леса землю. Рядом вынырнула и Челма, с таким невозмутимым видом, будто каждый день летала туда-обратно над облаками. Хотя, наверное, так оно и было.