Кремль 2222. Транспортное кольцо - Владислав Выставной

– Я в тебе не сомневался, Зиг! – обрадовался Книжник. – Пришлось бы одному идти – мог бы и сгинуть. Ну а вместе нам сам черт не страшен!

– Ну да, ну да, – без особого энтузиазма сказал Зигфрид. – Черт не страшен, пока он не начал щекотать в интересном месте.

Но Книжник уже ощущал эту легкость, когда не надо одному тащить на себе непомерный груз. А вест – он поворчит да и перестанет. Потому что, несмотря на всю чрезмерную внешнюю суровость, он способен жертвовать собой ради друга.

Обрадованный Книжник даже осмотрел мастерскую. Взгляд его остановился на тусклом металлическом цилиндре высотой сантиметров в двадцать, стоявшем на краю грубого верстака. Отчего-то его матовая поверхность притягивала взгляд. Он машинально взял эту штуку и с удивлением ощутил в ладони легкую вибрацию. И тут же все тело охватила странная легкость, в голове прояснилось, и показалось, что он сейчас поймет что-то очень важное…

– Отдай, – Зигфрид выдернул странный предмет из рук друга. – Козленочком станешь.

– Что это? – округлив глаза, спросил Книжник.

– Не знаю, – Зигфрид аккуратно вернул цилиндр на место. – Хреновина какая-то. У мертвого био забрал. Трофей бессмысленный, но хоть что-то.

– Погоди… – не отрывая взгляда от предмета, пробормотал парень. – Это что-то необычное. Оно на разум как-то любопытно действует…

– А ты всегда хватаешь в руки все любопытное? – нахмурился Зигфрид. – Странно, что ты все еще живой.

– И что ты собираешься с этой штукой делать?

– А ничего, – Зигфрид пожал плечами. – Может, разберусь на досуге. Ты лучше скажи, когда выступать планируешь?

– С рассветом! – Книжник резко поднялся, прошелся по мастерской. – Болтов бы к арбалету да провизии… Ну и Хельгу повидать…

– А ты не суетись, – сказал воин. – Нет здесь твоей Хельги.

– Она разве не в Форте? – насторожился Книжник. – Если она в Кремль подалась – ее же схватить могут!

– Ее и здесь схватить могут, – заметил вест. – Именно поэтому она и ушла. Рискну предположить, что не в Кремль. Что ей там делать? Она не княжий советник, ради нее Вече собирать не будут. Сразу в темницу бросят – и поминай как звали.

– Куда же она ушла?

– А я почем знаю? Москва большая… – Зигфрид поймал напряженный взгляд Книжника. – Да ты не трусь – с нею Молния пошла.

Книжник хотел было возмутиться: если Хельга – просто дерзкая девчонка, то Молния – вообще ребенок. Да прикусил язык. Девочка, воспитанная беспощадными дампами, могла дать фору бывалому ратнику. Да и Хельга у него не промах, что ни говори. Но в бесконечных лабиринтах города-призрака ни у кого нет стопроцентных гарантий дожить до следующего дня – ни у обреченного подранка, ни у вооруженного до зубов головореза. Перед мертвым взглядом руин все равны.

Сборы были недолгими. Зигфрид всегда готов сорваться в путь. Все, что ему требовалось, – закинуть за плечи меч да нацепить пояс с парой верных револьверов. Он и Книжника приучил легче относиться к походам, по сути сделав из книжного червя какого-никакого, но воина. Впрочем, разница между ними никогда не исчезнет. Природу не обманешь. Если уж ты родился с задатками бойца – то так тому и быть. А родился хилым, но умным – развивай то, к чему склонен, делай своим оружием разум. Наверное, оттого и стали они одной командой, помножив силу и ловкость на ум и смекалку.

Впрочем, одним умом на просторах Москвы не проживешь. Здесь даже у растений есть шипы и яд. Свои «шипы» были и у Книжника. Из тайника, устроенного в стене с помощью Хельги, он вытащил тугую связку железных стилусов. Это в кремлевской семинарии стилусами лишь бересту царапают, учась грамоте и другим наукам. В его же руках эти небольшие предметы – смертельное оружие. Смазанные парализующим ядом острия вполне способны остановить врага на расстоянии шагов в десять – главное, метнуть сильно и точно. А уж на тренировку этого навыка он потратил немало времени.

Помимо стилусов здесь был охотничий нож в кожаных ножнах – подарок Хельги. Его Книжник приторочил ремешком к голени. Основным оружием оставался верный арбалет, который не раз выручал его в самых тяжелых ситуациях. В недрах Форта имелись источники драгоценного электричества, которым делился с союзниками Кремль. Так что удалось без проблем подзарядить батарею механизма самовзвода – без него арбалет был не столь эффективен.

Спутники собрали легкие рюкзаки с провизией и водой – не стоило рассчитывать на пополнение запасов в пути. Книжник взял кое-какие медикаменты собственного приготовления из целебных трав и кореньев – все это уже не раз доказывало свою эффективность в полевых условиях.

Вышли во внутренний двор Форта, принялись тщательно подгонять снаряжение. Ничто не должно греметь и позвякивать, привлекая ненужное внимание. Критически осмотрели друг друга – больше из привычного воинского ритуала, чем из реальной необходимости. Сотни лет так собирались бойцы, уходя на опасные задания. Странно было сейчас думать о том, что оба они – потомки непримиримых врагов, разрушивших когда-то этот прекрасный город в смертельной битве. Да и что кривить душой – уничтоживших весь прежний мир.

За их приготовлениями с почтительного расстояния следили женщины и юные весты. Каждый раз, прощаясь с воинами, они провожали их навсегда. Хотелось думать о том, что это – всего лишь традиция.

Зигфрида немного задержали. К нему вышла высокая красивая женщина. Взяла его за руку, пронзительно посмотрела в глаза. Это была Инга, подруга воина. Книжника поражала сдержанность, с которой прощались весты. Он знал, как Инга любит Зига и какие чувства тот испытывает к ней. Но все проявления этих чувств возможны только при возвращении. Так у них принято.

Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, Книжник еще раз осмотрелся. Светало. Но здесь, в небольшом внутреннем дворе, это почти не ощущалось. В свете факелов двор казался больше, чем был на самом деле. Удивительно, что в глубине этой «пирамиды» вообще имелось открытое пространство – настолько удачно все было скрыто. Как входы и выходы, искусно замаскированные заподлицо со стенами.

– Ну что, идем? – то ли спросил, то ли позвал Зигфрид.

Книжник молча кивнул. И оба направились в сторону темной галереи, ведущей от внутреннего двора к внешней стене. Галерея хитро изгибалась, исключая сквозной прострел, на случай, если врагам удастся прорваться сквозь череду крепостных ворот. Те, в свою очередь, представляли собой систему монолитных каменных блоков, легко и быстро сдвигавшихся на хитрых противовесах. Поразительно, как ловко весты замаскировали входы и выходы из своего убежища.

– Стой! – сказал вдруг Зигфрид. Он остановился, на лице его появилась задумчивость.