Дорогая Клара! - Кристина Вадимовна Эмих

Клара – Виктору

22 сентября 1937

Видел, что в “Большевике” пишут? В этом году в Энгельсе построят большой кинотеатр, на 500 мест[18]. Будем смотреть фильмы каждую неделю после уроков. Хотя лучше бы, конечно, вместо.

Эх, Витька. Скорее бы вырасти. И больше никаких уроков, никакой зубрежки. Я бы после работы в театре ходила на все-все фильмы по многу раз.

ДНЕВНИК ВИКТОРА

24 СЕНТЯБРЯ 1937

Я заметил точно – она хотела пойти со мной после школы. Я поступил некрасиво. Сделал вид, что не замечаю, и ускорил шаг. О чем бы я говорил с ней? Чем заполнил неловкие паузы?

Страшно, что вскроется моя несостоятельность и Клара во мне разочаруется.

Виктор – Кларе

6 октября 1937

Дорогая Клара!

Представь себе всю абсурдность ситуации. Некая московская школьница, Анастасия Соловьева, наша ровесница, принесла в школу порошок карбида кальция[19]. Ученики насыпали порошок в чернильницы, и он стал выделять газ. Детей с головной болью, тошнотой и рвотой отправили в поликлинику, а потом отпустили по домам. И это они еще легко отделались, а ведь могли отравиться. Надо же додуматься до такого! Какая безалаберность.

С уважением, Виктор

Клара – Виктору

7 октября 1937

Эх, Витька! Отчего эта идея не пришла в мою светлую голову? Вот ты представь. Весь класс жалуется на головную боль и тошноту, и вдруг Клавдия Степановна обнаруживает у себя на столе порошок карбида кальция. “Кто принес?” Никто не сознается. Нас всех отводят в поликлинику, а уроки отменяются.

Правда, здорово?

Знать бы, что никто не сдаст, на следующей контрольной все бы устроила.

Но Галка первая побежит к Клавдии Степановне жаловаться, что это Кноль всех подговорила. С такими людьми нельзя иметь дело.

Клара

ДНЕВНИК ВИКТОРА

12 ОКТЯБРЯ 1937

Главный мой изъян – раздражительность. Любой звук способен вывести меня из равновесия. При постороннем шуме не способен ни читать, ни писать, ни думать. В состоянии раздражения сосредоточиться на уроках – что поймать стреляного зайца в силки. Мысль вытворяет что-то несообразное. Уловив подозрительный шум, резко сворачивает в другую сторону, петляет, путает следы.

Я гневлив и нетерпелив. По словам бабушки, этими не лучшими качествами я в деда. Но что поделать? Иногда с трудом сдерживаю себя.

Вот и сегодня. К доске вышел Алек.

Алек – мой товарищ и друг, я уважаю его всячески. Но когда он десять минут стоит у доски и мямлит, я готов вскочить, выхватить у него из рук мел и все решить в две минуты. Вот такая натура.

ДНЕВНИК ВИКТОРА

16 ОКТЯБРЯ 1937

Много читаю, размышляю о будущем. Приезжал товарищ отца из Саратова. Что творится в Саратовском университете! Арестовали преподавателей исторического факультета – тех, под чьим крылом в недалеком будущем мог оказаться и я.

Ректор тоже арестован. Фамилии его я не запомнил[20]. Обвинения – антисоветская деятельность.

Можно ли представить, чтобы столь уважаемого человека обвинили беспочвенно?

“Больно много болтал”, – бросил товарищ отца.

ДНЕВНИК ВИКТОРА

19 ОКТЯБРЯ 1937

Совсем перестал видеть. С трудом разбираю написанное на доске. Прежде, если сильно прищуриться, можно было разобрать буквы и цифры, а теперь они сливаются в бесформенную массу, цепляются друг за друга и катятся по доске снежным комом. Все, что говорит учитель, запоминаю на слух, тренирую память.

Дома читаю в бабушкиных очках. И все бы ничего, только теперь я и в них вижу не так хорошо, как раньше.

Очки – это бабушкина реликвия, их много лет назад привез ей дед. Она хранит их в специальном мешочке с вышитыми буквами.

Плохое зрение доставляет мне массу неудобств. Я плохо ловлю мяч, так как не вижу, кто его бросает и куда он летит, вынужден сидеть за первой партой прямо перед учителем, прихожу заранее на концерт в школьном актовом зале, чтобы занять место, и покупаю билеты в кино только на первые ряды.

Отец кричит: “Не щурься!” Он говорит: “Тренируй зрение. Мужик ты или нет? Начнешь ходить в очках, глаза совсем расслабятся. Проучился как-то шесть классов без очков и дальше без них обойдешься”. Бабушка с ним спорит, но его сложно в чем-либо переубедить.

Мама во всем соглашается с отцом. И добавляет: “Не клюй носом!” Как же не клевать, если буквы разбросаны по странице, как семечки по снегу, а мне приходится их собирать.

Оттого, что я постоянно щурюсь и напрягаю глаза, голова болит и я быстро устаю. Семен считает, что в очках ходить стыдно, в школе засмеют. Полагаю, насмешек мне не избежать.

ДНЕВНИК ВИКТОРА

25 ОКТЯБРЯ 1937

Как в чем-то постыдном признался бабушке, что в ее очках читаю с трудом. Она пошла к отцу и долго с ним разговаривала. Я сидел в соседней комнате и все слышал. “Вот до чего довели твои тренировки”.

Завтра мы с бабушкой едем к врачу.

Виктор – Кларе

10 ноября 1937

Дорогая Клара!

Должен тебя предупредить. Завтра приду в школу в очках. Прошу не поднимать меня на смех.

Недавно мы с бабушкой ездили к врачу в Саратов. Врач спросил, как я так долго продержался без очков, сказал, что найти подходящие – задачка не из легких. Одному моему глазу подходят бабушкины очки, а другому нужны вдвое сильнее.

Семен обозвал меня четырехглазым. Ваня дал ему подзатыльник. Алек и Коля уже по-товарищески обсмеяли меня, мы встретились вчера на улице.

Надеюсь, ты воспримешь мою просьбу серьезно.

С уважением, Виктор

Клара – Виктору

11 ноября 1937

Ой, Витька, прости! Не сдержалась.

Такой ты забавный в очках.

Я скоро привыкну и перестану смеяться. Дай мне хотя бы недельку.

Так ты выглядишь еще умнее. И даже старше.

ДНЕВНИК ВИКТОРА

20 НОЯБРЯ 1937

Пришла беда откуда не ждали. В классе новый ученик – Михалыч. Раньше Михалыч учился вместе с Семеном, его оставили на второй год и еще раз на второй год, и мы оказались в одном классе. Михалыч выше Коли на голову, а Коля самый высокий в классе.

Он вошел в класс, как к себе домой. Учительница хотела представить его, но он, не здороваясь, прошел мимо и сел за последнюю парту. При нем ни ранца, ни тетради, ни чернил.

Только таких элементов, как Михалыч, нам в классе не хватало.

Ребята на перемене спросили, как его зовут, он представился Михалычем. А имя как? Оскалился.

После урока я поскорее спрятал очки в портфель. Не хватало еще, чтобы он нашел, чем меня зацепить.

Семен как узнал, что мы с Михалычем теперь одноклассники, дал совет держаться от него подальше. Приближаться к Михалычу я и не собирался.

Учительница вызвала Михалыча к доске, он постоял молча и вернулся обратно на место.

Одна надежда на то, что долго он у нас не задержится.

ДНЕВНИК ВИКТОРА

27 НОЯБРЯ 1937

Продолжаю собирать сведения про Михалыча. У меня есть характеристика на каждого ученика в классе. Пока все, что собрано о Михалыче, лишь неподтвержденные слухи. Ему семнадцатый год. Имеет привычку встряхивать головой, когда на лоб падают волосы. Курит. Поговаривают, даже и пьет.

Исключен из комсомола за то, что скрутил самокрутку из комсомольского билета.

Отец его – то ли опальный командир Красной армии, то ли