Американский вампир - Дженнифер Арминтраун

Грэф заметил написанный от руки с ошибками знак «НОРУШИТЕЛИ БУДУТ ЗАСТРЕЛЕНЫ НА МЕСТЕ», когда перешел мост вслед за девушкой. Передняя дверь трейлера распахнулась, и коренастый мужчина — на вид около шестидесяти, по оценке Грэфа — вышел, остановившись в нескольких шагах от бетонного блока. В руке у него была винтовка. Отличный способ встретить гостей.

— Кто с тобой? Дерек?

— Нет. Именно об этом я и пришла поговорить с вами, — крикнула Джесси, быстро указав на Грэфа. — Извините, что так поздно, но я могу все объяснить.

Они пересекли двор из окаменевшей грязи с парой невзрачных пожелтевших кустиков, и Грэф нырнул в тень от трейлера. В сумерках почти все было в тени, но все же сюда солнце не проникало уже несколько часов, а это намного лучше остаточной жары, царившей повсюду.

Шериф осмотрел Грэфа сверху донизу, поглаживая бороду двумя пальцами.

— Будь я проклят, — сказал он, посмотрев на Грэфа своими серыми глазами настолько косо, что они и вправду сошлись к переносице его морщинистого лица. Он выглядел как брат Санты, отсидевший в тюрьме за управление автомобилем в нетрезвом виде. Многократно.

Джесси убрала с лица несколько выбившихся влажных прядей.

— Я встретила его вчера ночью на дороге, возле заправки. Он сказал, что остановился только чтобы заправиться. Но, уверена, он хотел ограбить заправку.

«Сдала»— подумал Грэф. Возможно, девчонка надеялась, что шериф арестует его прямо сейчас и избавит ее от проблемного гостя.

— И все же хорошо, что я остановился, иначе ты была бы мертва.

— Это правда, — удивительно, но Джесси согласилась. — Я прибежала туда, когда Ономеня преследовало, и если бы не он… Не хочу даже думать о том, что могло произойти, — ее последние слова прозвучали совсем как реплика плохого актера, неубедительно играющего в вестерне. В такие моменты ты понимаешь, что он подражает игре хорошего исполнителя. У Грэфа сложилось отчетливое впечатление, что монстр точно поймал бы ее. Девушка либо хотела покончить с собой, либо ненавидела Грэфа настолько, что предпочла бы умереть, но не знакомиться с ним. Как ни крути, он мог решить ее проблему.

— Разве имеет значение, что он делал на заправке, если там уже нечего грабить, — шериф протянул свою руку. — Том Стоук. Шериф. Не будем беспокоиться о том, что вы там делали. Лучше поговорим о том, как вы оказались в этом городе.

Он пригласил их в трейлер. Внутренний интерьер был в гораздо лучшем состоянии, чем внешний вид, хотя только в чисто функциональном смысле. В эстетическом же — это был седьмой круг ада. Стены обшиты деревянными панелями, за исключением небольшой открытой кухни, обклеенной обоями с узором из огромных лиловых роз с металлическими золотыми листьями. Но большую часть этого закрывали юбилейные пластинки Элвиса и полки со статуэтками из серии «Памятные моменты».

Все предметы декора были настолько же близки к пользе, насколько Грэф к тому, чтобы убраться отсюда, одно только присутствие среди этих вещей заставляло кожу зудеть. — Марджори, не хочешь пойти на кухню? У меня здесь важное дело, — обратился шериф к женщине примерно его возраста. На ней был спортивный костюм с изображением двух обнимающихся котят. Марджори отложила порванную книгу с кроссвордами, которые разгадывала, и ушла, совсем недружелюбно кивнув Джесси.

— Присаживайтесь, молодой человек, — пригласил Том, располагаясь в своем, по-видимому, любимом деревянном кресле-качалке с мягким сиденьем и подлокотниками. — Расскажите, как вы здесь оказались.

Грэф сел в освободившееся кресло Марджори, оставив Джесси неловко стоять у двери.

— Ну, в надежде объехать пробку, я свернул с 75 шоссе и вот, чем все обернулось. Бензин заканчивался, и нужно было где-то поспать, поэтому я остановился на заправке. Понял, что она закрыта, но решил, что смогу там выспаться и заправиться, как только она откроется с утра. Беспроигрышный вариант.

— И там вы увидели Джесси? — шериф посмотрел на нее с подозрением. Может у нее есть судимость за кражу дорожных знаков или за что-то еще, что считается преступлением в маленьких городках?

Похоже, шериф охотнее верил его словам, нежели словам Джесси. Она сверлила Грэфа враждебным взглядом, практически вырезав на его лбу надпись «лжец».

— Да. Я заметил в окнах свет от фонарика и зашел, чтобы осмотреться. Именно тогда Ононапало на нас. Серьезный у вас тут завелся монстр, шериф, — Грэф приподнял воображаемую ковбойскую шляпу, но Стоук не улыбнулся.

— Не знаю, что вам рассказала Джесси об этом городе, но у нас не было чужаков уже пять лет, — шериф раскачивался на своем стуле, словно акула, кружащая вокруг раненых. — Заранее прошу прощения, если я с подозрением отнесусь к вашей истории.

— Все в порядке, — ответил Грэф, махнув рукой. — Я и сам недоверчив. Мы должны были встретиться с друзьями в округе Колумбия. Они начнут беспокоиться, если я не объявлюсь в скором времени.

— Округ Колумбия? — спросил Стоук, вскинув брови. — Вы из ФБР?

Грэф колебался.

— Нет… Я ехал на вечеринку.

— Он не федерал, — уверенно сказала Джесси. — Слишком тупой для ФБР.

«Достаточно умен для Т.Р.А.Х.»— подумал Грэф, сделав вид, что пропустил ее реплику мимо ушей.

— Наверно, ФБР уже миллион раз пытались попасть сюда, но вы этого не замечали. Подумайте сами: вы все внезапно исчезли, перестали общаться с любимыми, оплачивать счета. Черт возьми, у кого-то в этом городе, наверняка, должен быть непогашенный кредит на машину. Вы пропали так бесследно, что даже налоговому инспектору не под силу вас найти.

Стоук перестал раскачиваться в кресле и наклонился вперед.

— Мы прекрасно об этом знаем, сынок. Если ты не из ФБР, не из налоговой службы или откуда-то еще, а просто обычный парень, то как попал сюда?

— Самому до смерти интересно, — чем скорее он узнает, как оказался в городе, тем быстрее воспользуется полученной информацией, чтобы выбраться из него.

— Думаешь, нам не интересно? — Стоук поднял голову и посмотрел на Джесси. — Не знаю, о чем ты думала, приведя его ко мне.

— Я не могла скрыть такие новости. Вы ведь глава городского совета. Шериф. Всем захочется узнать о нем, верно? К тому же, ему нужно где-то остановиться, — почти пропищала Джесси, сложив руки на груди. Каждый ее жест говорил, что она не боялась этого мужчины. Начиная с того, как небрежно она облокотилась на дверь, и заканчивая выражением скуки на лице. Но это было не так. Обоняние Грэфа было слишком хорошо развито, чтобы не заметить этого.