Боги от науки - Catherine de Froid

Именно эта цитата приходила в голову образованной и впечатлительной части очевидцев. Остальные видели кого–то в белой футболке и заношенных добела джинсах, решившего предаться изощренному суициду и почему–то еще не упавшего.

«Ангелом» был Женя, разработавший комплекс упражнений для усиления мозговой устойчивости (упражнения включали решение все возрастающего числа олимпиадных задач по физике, единовременное программирование игры средней сложности и много другого, о чем лучше спросить у Жени), успешно с его помощью усовершенствовавший свой мозг и поспоривший с Костей на знакомство с Галиной Александровной. Женя должен был в течение часа–двух летать над городом (или окрестностями) и как минимум половину этого времени транслировать произвольную музыку в уши «ничего не подозревающих городских жителей». Пока что «испытуемый» справлялся, благо заранее создал себе «пространственный карман» с запасами сладкого и мог время от времени остановить время, присесть на крышу и слегка восстановиться. Женя так искусно умел притворяться, что летящий за ним Костя, пробующий на себе функцию «невидимость», ничего не подозревал.

— Пять… Четыре… Три… — начал Костя. — Финиш!

Женя наскоро создал батут, установил его на ближайшую крышу и с разгона плюхнулся сверху. Костя приземлился следом, уселся и начал восстанавливать по капле свою внешность: рост, цвет волос, количество пальцев.

— Я тебя помню менее загорелым, — хмыкнул Женя. — Да и глаза были скорее в голубизну, а теперь они как–то позеленели. И рост…

— Я еще не перерос тот возраст, когда хочется выглядеть, как супергерой, — отмахнулся Костя. — А вообще — любопытный эффект.

— Ты и есть супергерой, — напомнил Женя. — И никогда этого не перерастешь.

— Тем более.

Потом он немного пораздумывал над открывающимися возможностями:

— То есть, я могу менять себя, не эксплуатируя чужие тела? Проживать по две–три реальных жизни? Появляться где угодно неузнанным? Совершать идеальные преступления?

— Оно тебе надо? — полюбопытствовал Женя. — Мозг перегреешь. И тебе, наверно, понадобится сделать несколько фотографий каждой твоей личности в полный рост.

— Еще скажи — в обнаженном виде, — предложил Костя. — Я же не помню, где у меня сколько родинок. — Он оглядел свои руки. — Вот черт, совсем про них забыл.

Женя отрастил себе щупальце, схватил им Костю за шиворот и немножко приподнял над землей.

— Эй!

— Маленькая проверка способностей. — Женя заставил свое тело стать невидимым, раздвоился, отошел на пару шагов и сделал несколько фотографий. Потом перекачал их из мозга к себе в телефон и рассмеялся:

— В Интернет это. Под рубрикой «чего не сделаешь для аватарки».

— Я тебя!.. — озлился Костя, генерируя маленькую ветряную мельницу и цепляя ее невидимым крючком за Женины джинсы. Сфотографировал прямо на мобильник и прокомментировал: — Дон Кихот Ламанчский. Жень — Кихот.

— Hot, hot, — согласился Женя, освобождаясь от крючка. — Пошли–ка по домам, трансформер мелкий.

— Трансформатор, — поправил Костя. — Все равно ни одно из слов не в кассу.

— И ты не думай, я не забыл условий спора.

— Я и не думаю.

Глава 3

— Можно во… Так, Костя, не дезинформируй! — выдал Женя, заглянув в кабинет физики.

— Это не я, это низкий КПД некоторых учеников, не позволяющий вместить в урок нужных знаний, — объяснил Костя. — У вас, что ли, не так?

— У нас неугодные давно отсеялись, так что я и забывать стал. А вообще да, этих, пожалуй, и надо учить со временем химичить. Только не потянут они.

— Потянут, если тренировать хорошо.

— Ага — тренировать. Чтобы тренировать, нужно столько базовых знаний в головы вбивать, что лучше и не пытаться.

Внезапно за дверью воцарилась тишина, хотя никто оттуда не выходил. Костя толкнул дверь: кроме Галины Александровны, в кабинете никого не было.

— Здравствуй, Костя! — произнесла учительница. — Что смотришь? Засиделась я с этими… ты понял, с кем. Выгнала их, отмотала время и сижу вот. Снова расширяешь мои сюрреальные знакомства?

— Снова, — согласился Костя. Галина Александровна, это Женя. Женя, это Галина Александровна.

— Наслышан.

— Аналогично. Буду счастлива пожать руку человеку, который нашел способ увеличивать мощность собственного мозга.

— Да ну что вы, — смутился Женя. — Костя, оптимист мелкий, все преувеличивает. Просто, если много решать всякой–разной физики, мозги растут, как мышцы от подтягиваний. Простите за неинтеллектуальное сравнение.

— Если научиться качать мозги, как мышцы, да сделать это модным… — задумалась физичка. — Ну вот, опять я седлаю своего любимого конька.

— Седлайте–седлайте, — разрешил Женя. — Мы тоже любим мечтать об обществе, состоящем исключительно из умных людей.

— Ага, — согласился Костя. — Пока что это общество насчитывает четыре человека. Извините, я уж и себя к вам присчитал.

— Если уж вводить такой brainbuilding, нужна хорошая теоретическая основа, — задумалась Галина Александровна. — А мы даже не знаем, как соотносятся между собой всякие сюрреалистические упражнения или в чем измерять силу мозга.

— Вас поняли, — подхватил Женя. — Недельку на самодиагностику в плане сравнительной энергоемкости разных героических поступков, а потом позвать Степу и уделить денек на соревнования между собой. Еще надо пару–тройку новичков организовать, чтобы точнее получилось.

— Я бы просто программку создал, — внес свою лепту Костя, — но твой способ мне куда больше нравится. Гимнастика ума, самопознание… Вот только новичков сами подгоняйте, а то я, кроме вас, мало кого знаю.

— Такая же ситуация, — приуныл Женя. — Что ж, Галина Александровна, вы — учитель, поэтому вся надежда на вас.

— Я подумаю, — обещала физичка. — Хотя в голову приходят только собратья–физики.

— И их обучите! — загорелся Костя. — Будет разносторонний научный взгляд на феномен или как там.

— Скажи проще, что будет круто, — согласился Женя. — Вот Степа–то обрадуется: он обожает самоанализ, а тут еще и польза будет.

Глава 4

Как выяснилось, к анализу своих способностей каждый подошел по–своему.

Степа поставил себе в мозг программу, списанную с той, которая сидит в каждом ноутбуке и вырубает компьютер при зарядке ниже пяти процентов и смотрел, сколько времени у него займет полная «разрядка» при занятии одним определенным видом «сюра». Звучит просто? Ничего подобного.