Уголовных дел мастер - Владимир Колычев

Ворсин, застигнутый врасплох, слегка покраснел, не сразу нашелся с ответом. Необычное увлечение Василия ему понравилось, хотя выглядело своеобычно. В другое время Сергей с удовольствием послушал бы собеседника, но сегодня, когда ему поручили расследовать первое в его жизни дело, тратить драгоценные часы на посторонние разговоры было как-то зазорно.

– Врать вы еще не научились, это хорошо. В отличие от Пермяковой. Распрекрасно знает, кто вскрыл гробницу, но прикидывается валенком. Даю благой совет, не лезьте в это дело, за ним серьезные фигуры торчат.

– Хотя бы подскажите, с чего начать.

– Воля ваша, я вас предупредил. Есть такой верткий малый, Ленчиком зовут. Живет на улице Объездной. Он сравнительно молод, двадцать семь стукнуло, но на кражах поднаторел изрядно. Его уже трижды судили, но каждый раз условным наказанием отделывался. Неделю назад к нему приезжали какие-то ребята на машине с севастопольскими номерами. А Севастополь, чтобы вы знали, славится тем, что там живут самые профессиональные гробокопатели, нумизматы и коллекционеры старины. Скорее всего, кто-то из них и заказал этот могильник. Поскольку Ленчик за последние дни никуда из Северокрымска не выбирался, вещицы из склепа где-нибудь дома хранит.

Поблагодарив Василия, Ворсин отправился к Осипову, который подсказал, как быстро оформить санкцию на обыск, выделил парочку дюжих милиционеров. После того, как они перевернули вверх дном жилище Ленчика, Сергей понял, что оконфузился. Не увенчался успехом и обыск сарая. Ленчик перекидывался с милиционерами шутками, судя по наглой самоуверенной улыбке, приезжего молодого опера в грош не ставил. Ленчик то и дело, как породистая лошадь, встряхивал голову, демонстрируя длинные волнистые волосы, выкрашенные в шоколадный цвет, шумно вздыхал и разводил руками. Но когда Ворсин приказал милиционерам проверить сад, слегка потускнел. Пока стражи правопорядка безуспешно пытались найти следы свежевскопанной земли, Ленчик со скучающим видом посматривал в их сторону, напрягся, когда они поравнялись с деревянной будкой туалета. Сергей неторопливо приблизился к нехитрому сооружению, ощущая затылком настороженный взгляд Ленчика. Обычный деревенский нужник с дверью, закрывающейся деревянной вертушкой, внутри выглядел заурядно. Ворсин хотел закрыть дверь, но его внимание привлек новехонький гвоздь, вбитый в двух сантиметрах от «очка». Преодолевая отвращение, Сергей присел на корточки, заглянул в яму. Леска! Один конец привязан к гвоздю, а другой скрывается в миазмах. Ворсин, перебирая руками, начал осторожно поднимать леску, над поверхностью показался большой полиэтиленовый пакет, с которого капала желтая жижа.

– Ведро воды принесите, – приказал он остолбеневшим милиционерам, вопросительно взглянул на Ленчика.

Тот криво улыбнулся, отвел взгляд. Развязывать свежевымытый пакет Ворсин не стал, пригласил понятых. Потом попросил у одного из милиционеров нож, которым отрезал горловину. Внутри находились два стеклянных бокала, с десяток старинных золотых монет, несколько очаровательных ожерелий и серебряные серьги.

– Твои? – строго спросил Ворсин.

– Шутите, гражданин начальник, – живо отозвался Ленчик. – Мне такое барахло без надобности.

Ленчика доставили в «обезьянник», а дело передали следователю Нечипоренко, умеющему раскалывать самых упертых преступников. Поначалу Ленчик утверждал, что не знает, каким образом предметы старины попали в туалет, но после душевной беседы одумался, пояснил, что месяц назад в Симферополе на рынке познакомился с неким Владиком, который предложил разрыть пару гробниц, пообещал за каждую заплатить по сто рублей. Указал на карте, где находятся могильники, рассказал, что склепы залегают глубоко, чтобы найти вход, надо пользоваться длинным полутораметровым стальным щупом. После того, как Ленчик вскрыл два могильника, с ним честно рассчитались, поручили обследовать третий, но предупредили, что прокола быть не должно, там полным-полно рыжья. На вопрос, может ли он опознать Владика, Ленчик ответил, что заказчик должен завтра утром приехать к нему домой за товаром.

Ленчика решили использовать вместо живца, а чтобы ненароком не сбежал, приставили двоих переодетых в гражданскую одежду оперуполномоченных. Закончилась операция незадачливо: Ленчик ночью улизнул из дома, по пути заглянул к Вирнику. Трудно сказать, чем бы закончился этот нежданный визит для Василия, если бы он накануне не уехал в Житомирскую область договариваться о покупке красивого поделочного камня для постройки очередного дворца. Сам Ленчик во время следствия утверждал, что на мокруху не пошел бы, хотя злобы в нем, судя по всему, в ту ночь было хоть отбавляй. Зарубив топором собаку Вирника, этим же орудием он пытался вдребезги разнести все мини-дворцы, но упорный камень не поддался, архитектурный ансамбль пострадал лишь частично, сломались только наиболее уязвимые башенки, купола, а также карнизы, лепнина и прочие прикрасы.

Через неделю Ленчика поймали в Херсонской области, он прятался у своих родителей. Поскольку по закону требовалось, чтобы акт о причиненном ущербе подписал сам пострадавший, Ворсин, скрепя сердце, во второй раз отправился к Вирнику в гости. Сергею было стыдно за себя и за своих коллег, проворонивших Ленчика. Опера дружно утверждали, что не смыкали глаз, но догадаться, чем они всю ночь занимались, было несложно: от обоих за версту несло ядреным перегаром. Больше всего удивило Ворсина то, что ни один человек в райотделе не сочувствовал Вирнику. О том, что Ленчик разгромил модели дворцов, милиционеры рассказывали друг другу с плохо скрываемым злорадством, а некоторые ухмылялись, будто одобряли хулиганство.

На улицу Подпольщиков Сергей попал под вечер, когда солнце утомленно закатывалось за далекие горы, а в посвежевшем воздухе разносились звонкие детские голоса. Открыв знакомую калитку, Ворсин невольно замедлил шаг, но, вспомнив, что Мальчика нет на свете, зашагал по тропинке, ведущей в сад. Он решил еще раз взглянуть на разгромленные дворцы, чтобы хотя бы на пару минут оттянуть неизбежный и тягостный разговор с их создателем. Завернув за угол дома, Ворсин обомлел: все замки стояли на своих местах. Сергей глазам своим не поверил, он самолично побывал на месте происшествия и в протоколе подробно зафиксировал все бесчинства Ленчика! Присев возле Ласточкина гнезда, внимательно вгляделся в угловую башню, которая неделю назад валялась на земле. Облегченно вздохнул, заметив на ней тонкую едва различимую трещину.

– Диорит хоть и крепче гранита, но раскалывается легко, – услышал Ворсин знакомый голос за спиной.

Сергей оглянулся. Вирник держал в руках небольшой целлофановый пакет.

– Все дворцы я восстановил. Это все равно, что детскую мозаику собирать. Единственная хитрость – цемент. Два года назад на Черноморском флоте по знакомству разжился специальным цементом пятисотой марки. Страшная вещь, скажу я вам. Его обычно используют при подводных работах. Схватывается моментально, чем больше влаги в него попадает, тем крепче становится.

Встав на ноги, Ворсин смущенно произнес:

– Простите, что без предупреждения зашел. Я бы и раньше заглянул, да не знал, когда домой вернетесь. Ну, как, удачно съездили?

– Если дадите слово, что никому не расскажете, признаюсь, как на духу. В том карьере, куда я ездил, добывают гранит, из которого мавзолей Ленина на Красной площади возвели. Я там с одним мастером познакомился, Калинычем зовут. Мужик что надо, свой в доску. Пообещал часть неликвида, которую за ненадобностью на гранитную крошку перерабатывают, для меня оставлять. А я за это ему три литра самогона поставлю.

– От Житомира до Крыма путь неблизкий, – удивился Сергей. – Перевозка камня наверняка в копеечку влетит.

– Самогонкой и рассчитаюсь, – благодушно улыбнулся Василий. – Я знал, куда обращаться. Этот карьер поставляет камень для строящихся объектов ЦК КПСС на южном берегу Крыма. Возят гранит не по железной дороге, а на большегрузных автомобилях, чтобы свести к минимуму перегрузочные операции и уберечь камень. Калиныч пообещал поднапрячь одного из водителей, чтобы тот заехал в Северокрымск. Крюк небольшой, не более шестидесяти километров.

– Если не секрет, что на этот раз собираетесь выстроить?

– Фильм «Д'Артаньян и три мушкетера» видели? Помните осаду фортеции Ля-Рошель? Недавно узнал, что эта сцена снималась в интересном месте, в Хотинской крепости, расположенной в Черновицкой области. Этот замок, неплохо сохранившийся до наших дней, с двенадцатого века являлся опорой Галицко-Волынского княжества. Им по очереди владели приднестровские князья, поляки, Турция и Россия. Я созвонился со своим знакомым, живущим в Каменец-Подольском, он пообещал на своих «Жигулях» устроить экскурсию в Хотин. Если пожелаете, можете присоединиться. Поездка обещает быть увлекательной.