Мидвичские кукушки - Джон Уиндем

– Но, – осторожно сказал я, – наверное, будет лучше, если ты поподробнее расскажешь нам, о чем речь.

– В общем так: нам очень важно, чтобы кто-нибудь некоторое время наблюдал за жизнью поселка, за тем, что здесь происходит. Мы, конечно, могли бы оставить здесь одного из наших людей, но против этого есть некоторые возражения. Во-первых, ему придется начинать на пустом месте, а чтобы вжиться в деревенскую жизнь, требуется время. Во-вторых, сомнительно, что мы сможем обеспечить его здесь постоянной работой, а иначе столь же сомнительно, что от него будет много пользы. С другой стороны, если бы нам удалось найти того, кто уже знает здешние места и людей и мог бы письменно сообщать нам о возможных новостях, это бы всех устроило. Что ты об этом думаешь?

Некоторое я время размышлял, затем сказал:

– Не очень мне это нравится. Все зависит от того, каковы будут наши обязанности.

Я взглянул на Джанет.

– Похоже, – холодно заметила она, – нам предлагается шпионить за нашими друзьями и соседями. Наверное, вам больше бы подошел шпик-профессионал.

– Это же наш дом, – поддержал я ее.

Бернард кивнул, словно он и ждал именно такого ответа.

– Вы считаете себя частью здешнего общества? – спросил он.

– Во всяком случае, стремимся к этому, – ответил я.

Он снова кивнул.

– Хорошо. По крайней мере, вы начинаете чувствовать себя чем-то обязанным ему. Мидвич нуждается в защите извне, и он ее получает. Но мы сможем защитить его еще лучше, если будем иметь достоверную информацию о том, что в нем происходит.

– Какая защита – и от кого?

– В данный момент – в основном от тех, кто любит совать нос не в свое дело. Неужели ты думаешь, что события в Мидвиче только случайно не попали в тот же день в газеты. И толпа журналистов не осаждала каждого жителя?

– Нет, конечно, – сказал я. – Ты же сам говорил, что это было сделано из соображений безопасности. Я не знаю, чем занимаются на Ферме, знаю только, что чем-то секретным.

– Усыплена была не только Ферма, – заметил он. – Усыплено было все на милю вокруг.

– Но Ферма наверняка находится в центре. Может, им просто не удалось ограничить воздействие меньшей площадью.

– Так думают в поселке? – спросил он.

– Большинство – да, различия только в деталях.

– Вот это мне и хотелось бы знать. Люди во всем винят Ферму, так?

– Естественно. А из-за чего еще в Мидвиче могло это произойти?

– Ну, а допустим, у меня есть основания считать, что Ферма не имеет к случившемуся никакого отношения? И наше тщательное расследование это подтверждает…

– Но тогда все превращается в бессмыслицу, – запротестовал я.

– Вполне возможно, если, конечно, считать бессмыслицей аварию.

– Аварию? Ты имеешь в виду вынужденную посадку?

Бернард пожал плечами.

– Не знаю. Скорее всего, это просто случайное совпадение. Одно могу сказать точно: почти каждый житель поселка подвергся воздействию странного и незнакомого феномена. А теперь вы и все остальные считаете, что все уже закончилось. Почему?

Мы с Джанет уставились на него.

– Ну, – сказала она, – прилетели и улетели, ну и что?

– Так просто прилетели, ничего не сделали и опять улетели, не оставив никаких следов?

– Не знаю. По крайней мере, никаких видимых последствий – кроме несчастных случаев, конечно, но они об этом могли и не знать, – ответила Джанет.

– Никаких видимых последствий, – повторил Бернард. – В наши дни это почти ничего не значит, вам не кажется? Вы, например, можете получить приличную дозу рентгеновского или гамма-излучения, но ведь это не даст немедленных видимых последствий. Не волнуйтесь, это лишь пример. Ничего подобного мы не нашли. Однако там было нечто, чего мы не могли обнаружить – нечто, вызывающее, скажем так, искусственный сон. Вы действительно думаете, что все могло произойти просто так и окончиться без последствий?

– Вы хотите сказать, что мы или кто-то другой, должны вести наблюдения и отмечать возможные последствия?

– В общем, да. Мидвич подвергся воздействию неизвестных сил, и необходимо проследить, не проявятся ли какие-либо необычные результаты. Возможно, придется предпринять какие-то действия. Хорошо было бы поручить это вашему доктору Уиллерсу, но тогда мы поставили бы его в сложное положение. То, что происходит между врачом и пациентом, обычно строго конфиденциально, и ему пришлось бы нарушать законы врачебной этики. Поэтому, я считаю, лучше довериться тому, кто хоть и не обладает столь специфическими возможностями, как доктор, тем не менее умеет наблюдать за обстановкой и обобщать свои наблюдения. Я знаю, что в свое время донесения Ричарда ценились весьма высоко, и уверен, что могу на него положиться. Но по своему опыту я знаю, что многие женские разговоры до мужчин часто не доходят – быть может, потому, что это им просто неинтересно. Поэтому мне кажется, что вдвоем вы сможете иметь полную информацию о том, что происходит в поселке.

Джанет пристально посмотрела на него.

– Но что же здесь может произойти, Бернард? – спросила она.

– Если бы я знал, то не делал бы вам подобного предложения, – ответил он. – Я предпринимаю меры предосторожности. Мы не знаем, что это была за штука и что она тут делала. Мы не можем объявить здесь карантин без веских на то причин. Но мы можем следить, не появятся ли такие причины. И помочь в этом просим вас. Ну так как?

– Пока не знаю, – сказал я. – Дай пару дней подумать, потом я тебе отвечу.

– Хорошо, – согласился он, и мы продолжили разговор на другие темы.

В следующие несколько дней мы с Джанет несколько раз возвращались к этому разговору, и ее отношение к предложению Бернарда каждый раз менялось.

– Что-то он от нас скрывает, я уверена, – говорила она. – Но что?

Я не знал.

Она спрашивала:

– Это ведь не то, как если бы нас просили следить за конкретным человеком, правда?

Я соглашался, что да, не так.

А она продолжала:

– В принципе, это ведь очень похоже на то, чем занимается служба медицинского контроля, верно?

Да, верно, думал я.

И опять:

– Если мы не согласимся, он найдет кого-нибудь другого. Честно говоря, не знаю, кого бы он мог найти в Мидвиче. А если он пришлет кого-нибудь со стороны, это будет уже совсем неприятно, правда?

Я был с ней согласен.

В итоге, помня о стратегической позиции мисс Огл на почте, я не стал звонить Бернарду, а написал ему, что мы не имеем ничего против сотрудничества, а в ответ получил письмо, в котором он писал, что мы встретимся с ним в наш следующий приезд в Лондон, а пока дело не срочное, и нам следует просто держать глаза открытыми.

Так мы и делали, но ничего интересного не происходило – спустя две недели после Потерянного дня уже ничто не нарушало безмятежный покой Мидвича.