Пылающее сердце - Оливия Бэкли

Нельзя сказать, что в ее жизни никогда не было мужчин. Приятели, знакомые, почитатели ее таланта всегда окружали Лану, но для нее куда более волнующим и романтичным было общение с ними на сцене. Балет — вот главный роман ее жизни. Для чего-то более серьезного не было ни времени, ни возможности. Искусство танца требовало особой преданности и полной отдачи. Так и только так можно было добиться сценического успеха.

Уже после несчастного случая, поломавшего всю ее жизнь, Лана несколько раз ходила на свидания, но редко ее дважды сопровождал один и тот же кавалер. В последнее время было несколько встреч с Биллом Каллагеном, врачом, чей офис находился этажом ниже балетной студии.

Билл мог бы стать неплохой партией — удачлив, молод, не женат и симпатичен. Ох, если бы она могла влюбиться! Ждать его, волноваться от предчувствия встречи, непрестанно думать о нем! Но, нет… Этих эмоций Каллаген не вызывал. В отличие от Стива Сейвина…

Неожиданная эта мысль буквально ошарашила Лану. Да, она вынуждена признаться хотя бы самой себе: этот человек, так неожиданно и грубо ворвавшийся в ее жизнь, занимает ее мысли. Более того, уже грезится — вдруг да он поцелует ее? Интересно, что можно почувствовать, если гипотетический поцелуй станет реальностью? Чувствовать его тело рядом со своим, ощущать тепло объятия… Господи! О чем это она?..

— Все еще в постели, сестренка? — раздался его голос из соседней комнаты.

Сестренка! Именно так Стив ее воспринимал. Почти родственница. Член семьи. А вот у нее были совсем другие мысли. Нескромные, честно сказать, мысли. Ситуация выходила из-под контроля. Общение с ним вызывало поток фантазий. Нужно заставить себя вернуться к реальности! Возможно, работа развеет нелепый настрой мыслей.

Лана зашла в студию и сразу же раздался телефонный звонок.

— Я позвонила тебе домой, чтобы узнать, слышала ли ты что-нибудь еще о том божественном мужчине, — сыне Доминик. — Это была всезнающая тетушка! Ее южный акцент становился более отчетливым, когда она начинала быстро говорить. — Знаешь, кто поднял трубку? Он сам! И скажу тебе: это замечательно. Просто замечательно. Я так рада за тебя!

— Тетя…

— Но лучше мы ничего пока не будем говорить ни Уильяму, ни Доминик. Пусть они не знают, что он здесь. Молодые уехали этим утром — еще одна причина, почему я не звонила до того… Но при первой возможности звоню. Ну так что ты думаешь о Доминик? Разве она не прекрасна? Да к тому же так подходит Уильяму — нежная и женственная, прямо как твоя мать. Но хватит о них, расскажи мне лучше о Стиве. О, я представляю себе — ты от него без ума?

Это так похоже на тетю Джун — при первой возможности переходить на долгий эмоциональный монолог. Предложения сливаются в одно, а тема разговора меняется со скоростью света. Как это ни странно, зачастую, начиная строить свои фантастические предположения, она тем не менее нападала на верный след, как, например, сейчас. Лана решила, что лучше резко прервать монолог и тем самым сразу поставить тетку на место, пока та не успела разослать приглашения на свадьбу племянницы.

— Оставь, пожалуйста, на другой случай роль свахи и забудь о своей идее нас свести! Я не желаю об этом слышать. — Лане показалось, что говорит она достаточно гневно и убедительно, что и подтвердила тетушка своей следующей репликой, высказанной разочарованным тоном:

— Но почему, девочка? Деньги и внешность — отличная комбинация…

— Стив не слишком жалует Тэннеров, неужели не понятно?

— Нельсон тоже не сразу полюбил леди Гамильтон. Но какая жизнь, какая страсть!

— У Сейвина на один глаз больше, чем у Нельсона, а ненависти к нашей семье втрое больше, чем у Нельсона по отношению к врагам отечества.

— Вздор! — отозвалась тетя. — Мы с ним очень мило и долго беседовали об Уильяме и Доминик и о тебе тоже. Он — восхитительный парень, как Доминик и говорила.

Ох, как хотелось бы вызнать у тетки о «милой и долгой беседе», особенно в той ее части, которая впрямую касалась Ланы. Но это — бессмысленное занятие: наплетет фантазий, а может, прибегнет и к явному обману. Раз она в мыслях уже один раз попробовала соединить любимую племянницу с новоявленным племянником, теперь ее уже не остановить.

— Доминик, кстати, чтоб ты знала, сообщила: сын пережил серьезную сердечную драму. Как он сам в разговоре с матерью выразился — я, мол, пресытился любовью. Он учился в колледже, когда влюбился в девушку и предложил ей выйти за него замуж. Она согласилась, а потом променяла его на богатого прощелыгу. Разбила сердце мальчику! Конечно, теперь-то женщины буквально преследуют его. А как же иначе — такая партия! Но он непреклонен. Возможно, нужна особенная женщина, способная изменить его несколько циничное отношение к жизни.

— Тетя Джун, пожалуйста, не надо.

— Что «не надо», дорогая?

— Не пытайся налаживать какие бы то ни было отношения между нами. Я меньше всего хочу, чтобы Стив Сейвин думал, будто я очередная претендентка на роль его жены. Он уже выставляет папу охотником за удачей, человеком, способным жениться не на женщине, а на ее деньгах. Ему ничего не стоит посчитать, что корысть — наша семейная черта.

— Ах, дай ты мне хотя бы возможность помечтать. — Тетя громко вздохнула. — Почему ты всегда мне говоришь что-то неприятное? Ну ладно, хватит. Передай Уильяму и Доминик привет, если они тебе позвонят.

Этим вечером Лана допоздна задержалась в студии, стараясь оттянуть стычку со Стивом, которая — тут уж можно быть уверенной — обязательно произойдет. Когда отзанимались группы, Лана проделала целый комплекс упражнений для поврежденной ноги. Потом убралась в студии, желая хоть как-то убить время. По дороге домой остановилась у небольшого кафе и купила еды на двоих. До дома девушка добралась почти в девять часов.

Стив сидел ссутулившись над пишущей машинкой, когда Лана вошла в гостиную. Он обернулся и почесал затылок. Сначала ничего не сказал, но его обеспокоенный взгляд говорил сам за себя. Наверняка, дело не обошлось без вмешательства тетки, что-то она, видимо, и Сейвину наговорила. Иначе с чего бы он вел себя чуть ли не мужем, уставшим от ожидания неверной жены?

Он сдержанно спросил:

— Будем ужинать? Или, может, это лучше назвать легкой трапезой перед сном?

— Послушайте, мистер Сейвин, вы незваный гость в этом доме, поэтому считайте, что вам повезло, раз вы получаете еду в любом виде и в любое время.

— Постараюсь запомнить это. — Он встал из-за стола, чтобы забрать у нее сумки. — Ммм, жареный холестерин?

— Ты всегда так шутишь? Или у тебя хорошее настроение?