Флинкс на распутье - Алан Фостер

Правда, непонятно, зачем грабителю понадобилось избивать ее до полусмерти. Профессионалу достаточно было бы оглушить ее и выбросить из машины, все остальное сделали бы река и джунгли — чистая работа и никаких следов.

Флинкс посмотрел на женщину в зеркало. Синяки беспорядочно покрывали ее тело. Здесь чувствовалась рука опытного истязателя.

Флинкс хмыкнул. Что он тут гадает на кофейной гуще? Причина может быть какой угодно — от простого несчастного случая до ссоры любовников.

Вездеход соскользнул в реку. Гусеницы превратились в гребные колеса. Загудев, ожили компенсаторы плавучести. Отправляясь в джунгли, Флинкс выбрал себе машину покрепче и попроходимее. А вот теперь, разглядывая свою израненную пассажирку, жалел, что не взял напрокат быстрое воздушное судно.

У Флинкса ушло три дня на путешествие вниз по течению, прежде чем из-за изгиба реки показались плавучие доки Миммисомпо. Его пассажирка так и не открыла глаз, хотя уже несколько раз стонала во сне. Ее бессвязное бормотанье ничуть не мешало ему, так как он сосредоточился на эмоциональном состоянии ее подсознания. Как он и ожидал, там все было вперемешку — от боли до удовольствия. Лекарства делали свое дело, и крепкий молодой организм постепенно залечивал раны.

Пришвартовавшись в Миммисомпо, Флинкс вернул хозяину вездеход и вызвал роботакси. Оно доставило спасителя и спасенную в скромную гостиницу, где Флинкс поселился по прибытии на Аласпин пару недель назад. Управляющий выдал ключи без лишних вопросов. Он был прикован к экрану трехмерки и даже не взглянул в сторону Флинкса, когда тот явился с бесчувственным женским телом в руках. В Миммисомпо клиенты частенько вселялись и покидали номера именно с таким грузом.

Лифт доставил их на третий, верхний этаж отеля. Флинкс провел электронным ключом вдоль замка, подождал, пока устройство считает код, и отворил дверь. Первыми внутрь юркнули Пип и Поскребыш. Вслед за ними вошел и Флинкс, ногой задвинув за собой дверь.

Дивясь стройности ее тела, он аккуратно опустил незнакомку на кровать. Просканировав ее еще разок, впервые за много дней позволил себе поблаженствовать в душе. Вернувшись в спальню, увидел, что девушка все еще спит беспробудным сном. Этим утром он израсходовал последние ампулы из бортовой аптечки. Завтра он отыщет приятелей незнакомки, а если это не удастся, отвезет ее в больницу.

Она лежала на постели в тусклом свете, лившемся в комнату сквозь единственное, во всю стену, окно. Над головой горел зеленый огонек электронного репеллента. Эта штуковина готова была отпугнуть любого кровососа, сумевшего пробраться через внешние защитные устройства.

Флинкс, проверив, работает ли электронный пугач над его кроватью, швырнул полотенце на пол и блаженно вытянулся под чистой, прохладной простыней. Обстановка была спартанской, зато сама комната — просторной, сухой и без насекомых. За пределами столицы — Аласпин-порта — вряд ли можно было получить нечто подобное.

Женщина дышала ровно, и Флинкс перевернулся на бок, чтобы глядеть на нее. Пип заняла свое излюбленное место у него в ногах, а Поскребыш примостился рядом с ней.

Даже если кто-то, потеряв от отчаяния голову, сейчас разыскивает эту девушку, все равно ему придется ждать, пока Флинкс выспится. Больше юношу сейчас ничто не волновало. Да и к чему волноваться, если в ногах, словно часовой на посту, устроилась Пип. Засыпая, Флинкс думал, что ему удалось сделать доброе дело, не впутываясь при этом в чужие проблемы.

Утро показало, что он жестоко ошибся.

Он проснулся, беззвучно поднялся и собрался уходить. Незнакомка спала сном младенца.

Одеваясь, он не мог удержаться, чтобы еще разок не взглянуть на нее. Она лежала на боку. Простыни соблазнительными складками огибали тело. В утреннем свете она была не просто хороша — она была красавица.

Флинкс беспрестанно убеждал себя, следя за тем, как вздымается и опускается ее грудь, что он всего лишь проверяет ритмичность ее дыхания. Однако трудно обмануть самого себя.

Он бросился вон из комнаты, застегивая на ходу комбинезон.

Он знал, что женщина не испытывает боли — ведь недаром он накачал ее антибиотиками, питательными смесями и синтетическими эндорфинами. Сканер в последний раз даже не пискнул. Прекрасная незнакомка быстро возвращалась к жизни, благодаря ресурсам своего организма и лечению Флинкса.

«А она крепкая, — подумал Флинкс с уважением. — Не мешало бы узнать, за что ее избили и бросили на верную смерть посреди джунглей Ингра».

Это был всего лишь второй визит Флинкса в Миммисомпо, поэтому в городе он ориентировался не очень хорошо. Однако по опыту знал, что не обязательно рыскать повсюду, чтобы найти ответы на интересующие его вопросы. Он знал также, в каких местах лучше всего наводить справки. При этом официальные справочные бюро занимали в его списке последнее место.

Наряд женщины совершенно не годился для путешествий, поэтому Флинкс предположил, что в район Ингра она попала случайно. Даже начинающий старатель или археолог ни за что сунется в джунгли в наряде курортника. Даже путешествуя на таком надежном транспортном средстве, как вездеход, никогда не знаешь, когда придется выйти наружу. А для этого нужны как минимум высокие ботинки, рубашка с длинным рукавом, брюки, репелленты и охлаждающая подкладка.

Те, кто напал на нее, знали свое дело. Любой человек в джунглях Ингра без машины — мертвец. К тому времени, когда обнаружат тело, местная фауна сделает невозможным опознание пострадавшего, а тем более — установление причины смерти. Мысли о чрезмерной жестокости нападавших не давали покоя Флинксу. Кровоподтеки — по всему телу. Это наводит на интересное предположение: истязатели были заинтересованы, чтобы девушка как можно дольше оставалась в сознании. Что это, садизм? Или допрос с пристрастием? Флинкс обеспокоенно размышлял об этом по пути к набережной.

Увеселительное заведение стояло полупустым. Было еще рановато. В этот час тут собрались водители, грузчики и старатели; был и один независимый заготовитель тропических пород дерева. Флинкс узнал его по специальному инструменту, висевшему на поясе.

Присутствовала еще пара транксов, причем чувствовали инсектоиды себя гораздо непринужденнее, чем люди, с которыми они болтали. Ходили слухи, что транксы вообще предпочитают человеческое общество. Флинкс прекрасно знал, что такие слухи специально распускают транксийские психологи. Даже сейчас, через сотни лет после Слияния, среди рода человеческого все еще встречались инсектофобы, которые нуждались в медицинском наблюдении и лечении.